Выбор

Вторник, 1 января 2008 г.
Просмотров: 2564
Подписаться на комментарии по RSS
Небо над городом напоминало кофейную гущу в чашке у спящей гадалки. Хмурые зеленорожие тролли в оборванных косухах подпирали спинами обшарпанные стены и вполголоса перекидывались ленивыми ругательствами, покачивая своими раскрашенными во все цвета радуг гребнями и позвякивая кольцами в ушах. Уличная шпана. Сами по себе не опасны, но не дай бог попасться им там, где они чувствуют свою силу. Или твою слабость. Или и то и другое сразу.
Мерзкое место, что и говорить. Только и достоинств, что стража сюда не суётся и комнату можно снять за гроши. Утилизация трупов – за свой счёт.
Впрочем, людям моей профессии выбирать не приходится. Поэтому я сейчас качу по улице на малых оборотах, а в рукавах у меня висят готовые вот-вот скользнуть в руки парные “Киба-дефендер”. Один чёрный и один белый. Судя по цене и той паре раз, что мне приходилось ими пользоваться – настоящие.
А впереди ждёт заказчик. Некто Шер. Больше я о нём ничего не знаю. С информацией о собеседнике в нашем деле вообще туговато. Менять имена и облики, скакать с ноды на ноду, выходить в эфир с разных адресов – обычное дело по нынешним временам. Никому верить нельзя. Угадать облик и возраст заказчика - это всегда игра. Испытание для интеллекта. Порой оно даёт мешочек-другой монеты сверх оговорённой цены. А порой – нож в бок. Как повезёт.
Развалюха, в которой должна была протекать наша встреча, должно быть, строилась ещё во времена лорда-регента. Обшарпаные гаргульи с отбитыми крыльями и головами, полусколотая лепнина на окнах, несколько заложенных рыжим кирпичом проломов - у этого домика была славная история. У остальных соседей по улице – не хуже.
Войны банд – единственное, что хоть как-то удерживает популяцию этих кварталов в рамках комфортного существования. Когда свары здешних обитателей на хоть сколько-то длительное время сводятся к минимуму, им становится слишком тесно. А у длинноухих из Белой Башни обычно свои взгляды на желаемую численность населения на вверенной им территории. За тех, кто оказывается тут в момент тренировки зелёных беретов, можно только помолиться.
Байк пришлось оставить на улице. Впрочем, я за него не особо переживал. Моя защита оставит без ноги или руки любого идиота, наивного настолько, чтобы к нему прикоснуться. Рекламные фразы “Масаки” о седьмом круге ада отнюдь не пустое бахвальство – в их движках сидят одни из самых мерзких бесов, которых только можно призвать. Один такой, на моей памяти, вырвавшись, перед тем, как провалиться обратно в нижние миры, порвал в клочья всё, что подвернулось под руку, включая легковушку, несколько квадратных ярдов дорожного покрытия и добрую дюжину живых.
Если дать такому совсем немножко свободы, подстроив сетку на движке так, чтобы он мог просунуть наружу какую-нибудь из своих мерзкого вида хваталок, то из угонщика скорей всего даже зомби уже не получится.
Не из чего будет.
Под обшарпанной лестницей кто-то исступлённо рычал и чавкал. То ли размножался, то ли ел… так сразу и не поймёшь. Впрочем, не лезут – и ладно. Трёх лет срочной мне хватило на всю оставшуюся жизнь, больше я с этим ничего общего иметь не желаю.
Коридор перегораживало бесчувственное тело, вокруг которого расплывалась вонючая лужа. Чёрный и белый мягко толкнулись в ладони ухватистыми ручками, затрепетав в ожидании, но их помощь не пригодилась – этот и правда просто перебрал. А некоторые так зарабатывают. Их кривой самодел в таких условиях убивает ничуть не хуже произведений оружейного искусства от Кибы, или ещё кого из Великих.
А вот и дверь за номером тридцать девять. Тускло светившуюся на ней печать я, при желании, мог вскрыть даже не выходя за Предел. Наложения рук хватило бы.
Но наниматель просил постучать.
- Открыто! – прокричал изнутри глухой прокуренный голос. – Заваливай!
Печать погасла. Я толкнул дверь и увидел то, что и ожидал увидеть – маленький тёмный тамбур перед второй дверью. На полу валялось какое-то тряпьё. Слой липкой грязи на стенах, куске пола и потолке наводил на не самые приятные воспоминания. Почему-то стало очень неуютно.
- Ну, чего встал? –осведомился всё тот же голос. – Проходи, не стесняйся!
За спиной хлопнула закрывшаяся дверь.
- А вы не могли бы открыть внутреннюю дверь? – спросил я. - Видите ли, на этой стороне нет никаких ручек…
- Двери там тоже нет, - с видимым удовольствием ответили мне. – Ты проходи, не стой столбом, а то я уже не могу смотреть без смеха на твою глупую физиономию. Что у тебя в рукавах спрятано то?
- Киба-дефендер, парные, - вздохнул я, проходя иллюзорную дверь насквозь. – Твою мать!
- Почему-то все это говорят, - вздохнула хрупкая девушка-эльф в шортиках и тонкой футболке, умостившаяся на здоровущем антикварном кресле с подушками из красного плюша.
Остальная обстановка комнаты соответствовала креслу. Левиафаноподобный стол, на зелёном сукне которого можно было бы с чистой совестью играть в биллиард, книжные шкафы по каждой стене, дорогущий окованный медью стационар в углу, с шаром в верные тридцать шесть дюймов, кровать, на которой вполне можно было повторить подвиг лорда-регента и спрятаться от наёмного убийцы в завалах подушек…
Настоящее алхимическое солнце под потолком, заливало комнату тёплым светом. Не удивительно, что ушастая так загорела. Да и потолок в комнате был гораздо выше, чем можно подумать. По примерным прикидкам, внутренний размер комнаты превышал кажущийся раза в три.
- Ерунда эти твои дефендеры, - сказала девушка. – У Кибы вообще нормальных марок раз-два и обчёлся, сплошной ширпотреб для улицы, уже на пятнадцати метрах точность никакая и рассеяние фантомного лезвия как у фонарика…
- Мне хватает, - сказал я. – У меня как-то не тот профиль…
- А ты правда крутой ломщик?
- А ты правда мой наниматель?
На столе глухо звякнули несколько увесистых мешочков.
- Задаток, - сказала эльфийка. – Ну так что, ты крутой ломщик?
- Пока никто не жаловался, - сказал я. – И потом, я же прошёл отбор, верно? Код триста семнадцать белый, ячейка в восточном блоке внешнего кольца городской сети… содержимое ячейки описать?
- Это всего лишь детские игрушки, - сказала она, – тест на минимальные способности кандидата. Настоящий тест будет впереди. Видел тряпьё в коридоре?
- Ну?
- Это то, что осталось от твоего предшественника. Он не справился. Так что я тебя ещё раз спрашиваю – ты хороший ломщик?
- А ты действительно платишь столько, сколько обещала?
- Да.
- Тогда да, я хороший ломщик. Показывай, что вскрывать.
- Папин камень, - эльфийка скисла. – Он ухитрился закрыть его даже от меня! Как будто догадывался!
- Этот что ли?
- Других тут нет, - сказала она.
Я подошёл к возвышавшейся в углу кристальной глыбе в медной оплётке, на ходу извлекая из поясной сумки перчатки и маску. На третьем шаге меня выперло в первый слой. На пятом – пропало ощущение пола под ногами, а маска плотно облепила лицо, даруя новое зрение.
За Пределом сфера выглядела куда опаснее того, что видно на нуле. Чёрные полосы в спектре протуберанцев защиты домашнего камня я вообще видел впервые в жизни.
А вот колючки активной защиты аналогичные тамошним за время работы по специальности я видел целых три раза. После первого раза меня откачали в армейском госпитале. На второй, правда, я минут за десять отошёл сам, так что некоторая надежда на то, что сейчас всё получится как надо, оставалась.
Я навесил на себя хрустальный полог, вздохнул поглубже, и решительно протянул руки к жадно рванувшимся навстречу протуберанцам защитной сферы.
 
На ноль я выпал почти в ясном сознании. Ноги дрожали и подгибались, из-под маски стекали крупные капли пота, руки тряслись мелкой дрожью. Что именно я пью, я понял только после второго стакана, заботливо вставленного мне в руку эльфийкой. Первый я даже не успел ощутить, выпив его залпом. А потом мне под колени мягко толкнулось кресло, подбежавшее ко мне, повинуясь воле своей хозяйки, негромко цокая коготками по лакированному паркету.
- Отдыхай, - сказала эльфийка, всецело погрузившись в общение со стекляшкой. – Бутылка справа, на столике…
- Очень… предусмотрительно… - выдавил я, отдышавшись. Если судить по ощущениям– я только что выпил примерно треть своего аванса. Плюс-минус. Может быть, и всю половину. – Полагаю, это значит, что испытание я прошёл?
- Вроде того, - ответила эльфийка. Её руки в дорогих серебристых перчатках от “Итела” порхали над камнем, вызывая в нём какие-то туманные образы.
Стекляшка была дорогая, защищённая – никому, кроме пользователя, ничего не было видно. Так что я ни черта и не видел.
И хорошо. Так спокойнее. Некоторая информация бывает в наше время горяча настолько, что не стоит даже находиться рядом с ней в одной комнате.
Случай был как раз из таких. Прежде чем мелодично прозвенели тонкие металлические трубочки эфирного детектора, я успел только отдышаться и пригубить третий стакан. Но насладиться одной из лучших марок вина, которые только могут создать длинноухие, мне не удалось.
Детектор трезвонил не замолкая. Неторопливо покачивавшийся поначалу язычок теперь метался размытым туманным контуром, колотя по сигнальным трубкам. Эльфийка прошипела что-то неразборчивое, уподобившись рассерженной кошке, и вскочила, стягивая с рук перчатки.
- Выметайся! – скомандовала она. Кресло подбросило меня в воздух, и, надо отметить, довольно грубо. Десантные катапульты на барже аэромобильной пехоты и то мягче работали.
- Эй, в чём дело?
- Папочка сюрприз оставил, чтоб ему!
- Я стекляшку проверил, она чистая была!
- На комнате, триггерную, под активацию стекляшки! Комнату ни ты, ни я не проверяли! Вот ведь дура то! Выметайся, мне упаковаться надо! В коридор, живо! Ну?
Я выскочил. За спиной со скрипом складывались перекрытия. Помещение, в котором я находился, стремительно ужималось до размеров изящной дамской сумочки. Эльфийка выскочила в последний момент, прихватив с собой короткий жезл, свитый из двух переплетённых прутьев – чёрного и белого.
- О, чёрт, - пробормотал я, – мои деньги…
- Какие деньги?
- Там остались мои деньги.
- На выход, живо! У тебя колёса есть?
- Байк. А…
- Потом вопросы! Бегом!
Я вспомнил армию и исполнил команду “бегом” так, как она того заслуживает, на ходу стискивая в кармане амулет противоугонки. С улицы донёсся недовольный вопль демона, получившего по рукам схлопнувшейся на место сеткой движка. Опять асфальт жрал, паскудник!
Я запрыгнул в седло с ходу, мгновением позже за мной плюхнулась эльфийка. Под яростное рычанье опалённого искрой небесного огня демона, мы сорвались с места.
- Жми к торговому мосту! – скомандовала эльфийка.
- К этой помойке?
- Делай, что говорят, идиот! Жми!
Я нажал.
Мы успели удалится квартала на два, когда позади с грохотом разорвалось пространство. Над нами, раскинув алые полотнища парусов в боевое положение, выходил из линейной свёртки корабль флота Белой Башни.
В зеркалах заднего вида яркой стеной встало ослепительное оранжевое пламя.
- Бедные тролли, - успел подумать я перед тем, как в спину мягко толкнула набежавшая волна горячего воздуха.
- Твоя колымага может ехать быстрее? – недовольно спросила эльфийка.
- А тебе этого не хватает?
- У них спроси! – прокричала ушастая.
В воздухе грозно загудели чьи-то крылья. Хлопнул разрыв.
Пара стрекоз неслись вслед за нами по улице, поливая её огнём из подбрюшных жезлов. Их всадники пока в дело не лезли, позволяя своим тварям немного попрактиковаться… на мне, чёрт побери!
- Держись! – скомандовал я, и сдавил рукоятку сифона.
Демон взвыл так, что я чуть не оглох. Система впрыска святой воды под давлением – это вам не искрой в зад колотить.
Движок ходил ходуном. Ошалелый демон метался там куда как резвее чем обычно, подгоняемый нестерпимой болью. На металлических частях байка вспыхивали и гасли огоньки святого Эльма. В закреплённом на руле рогатом черепе вновь проснулся и завыл, озаряя дорогу зелёным огнём глаз, призрак его прошлого хозяина. Вцепившаяся в меня мёртвой хваткой эльфийка орала что-то неразборчивое и, судя по долетавшим до меня обрывкам, нецензурное.
Стрекозы поотстали.
В конце концов, они были всего лишь насекомыми.
А вот их всадникам это не понравилось. Несколько ледяных стрел с грохотом влетели в асфальт, оставляя в нём глубокие выбоины. Я так и не понял, каким образом сумел удержать байк на трассе после того, как совершил сумасшедший зигзаг, огибая воронки.
Улица впереди была непривычно пустой – с неё, с максимально возможной скоростью, исчезали все, кто только был в состоянии хоть как-то переставлять ноги. Длинноухие из Белой Башни напугают кого угодно.
Байк с рёвом выскочил на набережную. Громада корабля неспешно тащилась где-то позади, но стрекозы не отставали – теперь их стало уже три, и к ним вот-вот собиралась присоединиться ещё парочка.
- Направо! – проорала мне в ухо эльфийка. – В старые тоннели!
Я послушно вывернул руль, лавируя между попадавшимися навстречу машинами. С визгом распороли воздух ещё несколько ледяных стрел.
Одна из них лопнула у нас над головой, разлетевшись безобидными мелкими крупинками льда. Моя спутница, похоже, была в состоянии противопоставить что-то их атакам. Хотя вряд ли надолго.
- Туда! - над ухом коротко протрещал жезл.
Ослепительный разряд в щепки разметал потемневшие дубовые ворота на въезде в тоннель.
Я послушно вывернул руль, кидая байк в открывшийся проход. Преследователи, поняв, что мы уходим, открыли огонь из всего, что у них было. Волна разрывов прокатилась за нами верных полсотни метров, прежде чем угаснуть.
Не догнала.
С протяжным гулом начали одна за одной проседать и переламываться балки перекрытий.
- Быстрее! – кричала эльфийка. – Нас вот-вот накроет!
До сих пор не понимаю, как я ухитрился разглядеть в неверном свете эльмовых огней неожиданно выпрыгнувшую на нас стену и вывернуть руль. Позади что-то с грохотом обрушилось и просело, но перекрытия того тоннеля, в который мы вылетели, устояли.
- Здорово покатались, - задумчиво сказала ушастая. Вспыхнул огонёк. В движке нервно икал и всхлипывал переутомившийся демон. Байк трясся мелкой дрожью.
- Тебе не кажется, что настала пора немного объясниться? – спросил я.
- По поводу? – недоумённо вскинула брови эльфийка.
- Знаешь, я, конечно, живу в нижнем городе, и видел многое, но крейсер в небе и сожжённый квартал – это даже на мой взгляд несколько чересчур. Ты не хочешь рассказать мне, кто его прислал, зачем и почему?
- А у вас тут принято расспрашивать нанимателя?
- Деньги сначала верни, наниматель!
- О чём ты?
- О кошельке с моими деньгами! Он до сих пор находится у тебя в сумочке вместе с той комнатой! Как насчёт того, чтобы всё-таки отдать мне мой законный аванс? Я не настаиваю на расконсервации этой комнаты, можешь просто дать мне точно такую же сумму из своего кошелька…
- Его я тоже там оставила, - немного помявшись вздохнула она.
- Ты… что сделала?
- Ну да, я его там забыла! А ты бы предпочёл, чтобы зелёные береты моего папочки вывернули тебя наизнанку?
- А кто он такой, вообще, что гоняет их направо и налево?
- Эльдар.
- Какой Эльдар? – мне стало плохо. – Тот самый…
- А ты знаешь другого властолюбивого маньяка, склонного решать проблемы исключительно силовым путём?
- Кажется, мне надо выпить…
- Извини. Бутылку я тоже там оставила…
- Ну и что нам теперь делать? Со всем твоим народом у нас на хвосте?
- Выбираться отсюда в какое-нибудь жильё. У тебя есть квартира?
 
Разумеется, домой я её не повёл. Хотя дом у меня есть. Работа позволяет. Но именно поэтому мысль о том, что над моим домом может неожиданно появиться эльфийский крейсер, и спалить всё к чёртовой матери, как-то совершенно не радовала. Так что мы зависли в какой-то второсортной дыре, из тех, куда приходят ненадолго и только затем, чтобы утром или через пару дней уйти дальше. Дурной привычки пристально рассматривать гостей там не имеют. Слишком уж она укорачивает жизнь в таких вот краях.
На ушастой после древних, построенных ещё до смены Эпохи, тоннелей висело столько грязи, что она даже на полукровку то не походила. Так, какая-то чумазая дурочка, разорившаяся на дешёвую пластику, из желания быть помоднее.
Жаль, что у эльфов не бывает прыщей – для полноты картины не хватало только их.
В номере ушастая первым же делом кинулась к умывальнику в тщетной попытке отмыться. По мне, так она просто развезла грязь по лицу. А ещё говорят, что эльфы совершенны во всём. Ерунда какая! Это гувернантки с визажистами у них обычно что надо, а копнёшь поглубже – всё те же нетерпеливые капризные дети, что и у остальных рас.
- Итак, - сказал я. – Денег у тебя нет. Аванс ты не заплатила. Я из-за тебя потратил уйму нервных клеток и извёл несколько унций дорогущей святой воды. Замечу, воды подлинной, а не разбавленной один к десяти, как обычно. Один только ремонт расшатанного демоном движка встанет мне в хорошую сумму. Это не говоря об аренде комнаты в этом клоповнике. Чего имеешь сказать в своё оправдание?
- Ну… если ты снимешь маяк с моей комнаты, я смогу её открыть…
- Точно?
- Точнее некуда! – ответила она. И потом, не забывай, контракт то ты всё равно подписал! И даже скрепил магически!
- А где мои деньги, “контракт”?
- Там, где ты их бросил, - невозмутимо сказала эльфийка. – На твоё счастье, мне тоже нужна функционирующая карманная комната, так что я не возьму с тебя никакой дополнительной платы за их хранение, кроме взлома этой самой комнаты…
Кажется, я зарычал.
- Ну ладно, не злись, - примиряюще сказала она. – Обещаю, что как только ты вскроешь эту комнату, я тебе всё расскажу.
- Замётано, - вздохнул я, и вновь натянул перчатки и маску. – Хотя лучше б ты мне просто заплатила.
За Пределом комната, смирно лежавшая на столе в неприметной кожаной сумочке, лишённой каких-либо украшений, напоминала скопление стальных пластин с бритвенно-острыми краями, заплетённых в причудливый металлический узел. Они дрожали от напряжения, и прикасаться к ним было просто-напросто страшно.
Трепетавшие на этих пластинах комочки оголённых нервов жадно ловили каждое моё движение.
- Не хочу тебя разочаровывать, но эта штука развернётся, как только я попробую к ней прикоснуться, - сказал я. – И, по-моему, нас при этом просто расплющит. Ты не скажешь, чем ты насолила своему папе так, что он тебя настолько сильно ненавидит?
- Это обычная защита от медвежатников, - сказала она. – Помнишь те тряпки в коридоре?
- Могла бы и не напоминать! Лучше скажи, что мне с этим делать?
- А кто тут ломщик?
- А кто тут маг? Это не программная защита, тут всё на чистой энергии, информационным полем и не пахнет!
- Ладно, сейчас что-то придумаю, - сказала она, и меня скрутило невыносимой болью.
 
Приходить в сознание было… странно.
- Эй, что ты со мной сделала? – спросил я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более уверенно. Со мной творилось что-то не то. Я ощущал себя перекрученным и вывернутым наизнанку, перед глазами всё плыло, а когда я пытался пошевелиться, окончательно терялось чувство реальности.
- Спокойно, - ответил странно искажённый голос. – Всё нормально, работай. Я тебя отождествила.
- Ты… что?
- Отождествила. Теперь эта ловушка тебя не воспринимает, поскольку ты – часть её. Давай, отключай сигнальную систему, я открою комнату и вытащу тебя оттуда. Учти, твоё тело в таком виде долго не протянет.
- Ну спасибо! Успокоила! Сколько у меня хоть в запасе то?
- Откуда я знаю? Я никогда ещё этого не делала, только теорию кое-как знаю. Минуты две, наверное, есть.
Это были самые напряжённые две минуты в моей жизни. Никогда ещё я не успевал сделать так много, за столь короткое время. Больше всего, наверное, то, что я делал, походило на попытку удалить аппендикс самому себе. В армии так геройствовать не приходилось, честное слово!
Но я всё же успел. И был вознаграждён, пожалуй, самым жутким ощущением в своей жизни – развернулся вместе с этой проклятой комнатой.
- Ты живой? – спросила у меня ушастая, едва я пришёл в сознание. – Историю слушать будешь?
- А выпить есть?
- Лёжа пить неудобно.
- А я встану… - пробормотал я, и комната поплыла у меня перед глазами. – Или нет… не встану…
- Не встанешь, - вздохнула она, - хлипкий вы народец, люди…
- Это не мы хлипкий… это вы – злобный.
- Злобный, - вздохнула она. – И жестокий. А что делать?
- Рассказывать, - сказал я. – Зачем тебе был нужен ломщик, я уже понял. Что без человека с улицы ты бы осталась под завалом из обожжённых кирпичей – даже не обсуждается. А вот что будет дальше, я бы послушать не отказался…
- Ну… - она задумчиво возила пальцем по зелёному сукну стола. – В общем-то выбора у тебя особого нет. После того, как ты подписался на этот контракт, папочкины маги без моей защиты найдут тебя довольно быстро.
- Чего только не сделаешь ради денег, - сказал я.
- Да, мне тоже нравится эта черта вашего племени, - кивнула эльфийка.
- Из-за чего всё началось то? Небось, из-за денег, да? Может расскажешь?
- Из-за отката
- То есть из-за денег
- Каких денег?
- Ну ты сама сказала – откат. Кому сделку то сорвала?
- Не тот откат! Другой! Ты про смену Эпох слышал?
- Она же давно была. Лет с полста уже. Что, ещё одна будет?
- Хуже, - вздохнула Шеррил. – можно откатить эту.
- Чего сделать?
- Вернуть всё как было, вот чего! И папочка этого хочет!
- Что? – выпалил я. – Чего он хочет сделать?
- Того самого! – отрезала эльфийка. – Он же был человеком… тогда. И сейчас он считает, что лучше вернуть тот мир, чем жить в этом!
- Но зачем?
- Затем, что это будет правильно, - прозвучал чей-то властный голос.
Я обернулся.
Сквозь стену в комнату один за другим вошли три эльфа. Двое профессионально-бесстрастных зелёных беретов и один в дорогом гражданском костюме, с изящной тростью в руках.
Эльдар Хан.
Лорд Белой Башни.
Один из тех, вокруг кого вращается наш мир. Рождённый ещё до смены эпох. Повелитель.
- Меня поражает твоя тяга к бессмысленным бунтам, Шеррил, - сказал он. – Поверь мне, я вовсе не хотел, чтобы твои наивные идеалы привели к необходимости столь жёстко ограничивать твою свободу, но ты не оставляешь мне иного выбора…
- Беспринципный эгоист! – прошипела эльфийка. – Что ты вообще знаешь о свободе, старый кукловод?
- Возможно не так много… но именно поэтому я и пришёл сюда. Поговорить с тобой, пока ещё возможно что-то исправить. Ты не знаешь, что именно пытаешься разрушить. Какой прекрасный мир ты не даёшь мне вернуть.
- Прекрасный? – Шеррил фыркнула. – Забитые города-муравейники, отравленные леса, селяне, разучившиеся пахать и дети, считающие, что молоко делают на заводе, а хлеб растёт в магазинах! Кому он нужен, такой мир?
- Мир, в котором существует абсолютное оружие, - сказал эльф. – В котором никто не осмеливается напасть на соседа, потому что знает, что в лучшем для него случае погибнут оба. Ты не знаешь, что такое ядерное оружие. Ты не помнишь, как всех дисциплинировало одно его существование. Ты вообще не представляешь, какой прекрасный мир… какую мечту мы потеряли, когда пришла новая Эпоха! Но сейчас, именно сейчас есть шанс вернуть эту прекрасную мечту! Возродить былой мир! Былое величие!
- Засунь это величие себе в задницу, старый трус, - сказала эльфийка. – Ты просто боишься проиграть свою нынешнюю войну, и цепляешься за всё, что позволит тебе удержать свою задницу на троне!
- Малолетняя дура! – рявкнул эльф. – Ты ничего не понимаешь! Я хочу вернуть людям счастье!
Ты хочешь вернуть себе власть! Думаешь я не знаю, какие состояния ты платил за артефакты прошлой Эпохи? Целые подземные кварталы оборудования, станков и старого оружия! Думаешь, я не догадываюсь, зачем оно тебе? – не тая злость выпалила Шеррил. – Властолюбивый маньяк, решивший стать всемогущим!
Я верну в этот мир порядок! – прорычал эльф. – Мой порядок! Моё счастье!
Раздался тихий звук, от которого у меня мороз пошёл по коже. Я никогда его не забуду. Когда плоть превращается в стекло под воздействием трансформирующего заклинания, первыми, под своей тяжестью обламываются, падают на пол и бьются волосы.
Один из зелёных беретов завалился на спину и рассыпался хрустящим разноцветным крошевом. Второй остался стоять в шатком равновесии нелепой скульптурой.
Шеррил замерла в защитной позе, подняв руки со скрюченными в отражающем жесте пальцами. Остатки некогда длинной гривы, принявшей на себя враждебное заклинание и отразившей его в эльфов-телохранителей, мелкими крошками стекла лежали у неё под ногами.
- Счастье… - эльфийка неспешно сдвигалась в сторону, ни на минуту не выпуская отца из виду. – Засунь его себе в задницу, такое счастье! С чего ты взял, что мне понравится твоё счастье, если ты дашь его мне насильно? Что за вечная привычка пытаться сотворить добро из зла?
- Из зла? Да что ты вообще понимаешь, малолетняя дура! Это был мир без войн! Мир прогресса! Сверкающих башен из стекла и стали, поднимающихся к небесам, и парящих между ними сверхзвуковых самолётов! Мир, в котором люди жили на Луне и ходили по Марсу! Другой! Лучший!
Эльфы сплелись в рычащий комок. Заклинание ускорения всегда со стороны выглядит очень незрелищно. Метающиеся по комнате размытые полосы, каскад ударов, грохот бьющейся утвари… Если бы я не вжимался в стенку между письменным столом и монументальной глыбой стационара, под спешно накинутым на себя покровом неприметности, вряд ли мне удалось бы избежать пары-тройки смертельных ударов.
Пару раз полыхнули жезлы. Запахло озоном. На ковре и стенах появились несколько обгорелых дыр, тут же начавших неспешно затягиваться обратно.
Отец и непослушная дочь, тяжело дыша, замерли друг напротив друга. Вся правая половина лица Шеррил была одной сплошной кровавой раной, с которой медленно падали яркие капли крови. Её отец держался чуть скособочено, стоя спиной ко мне, но ему явно было гораздо легче, чем шатавшейся от усталости и ран эльфийке.
- Если, - он запнулся. – Если для того, чтобы вернуть миру счастье, мне придётся убить тебя… я это сделаю!
-Ты ничего не вернёшь, старый дурак! – кривясь от боли выговорила Шеррил. - Ты просто разрушишь его себе на потеху!
- Он станет лучше! – выкрикнул эльф поднимая свою трость. Из неё с тихим шорохом выдвигалось хищно поблёскивающее синеватое лезвие рунного адамантина.
И в этот момент я не выдержал.
Шагнул вперёд и всадил оба клинка ему в спину, обломав их у рукояти.
Эльф ещё успел обернуться, прежде чем упасть.
- Зачем? – проговорил он. – Дурак, зачем, ты всё испортил… я же… счастья… всем… даром…
- И пусть ни один обиженный не уйдёт, - закончил я. – Глупый старик. Кому вообще может понадобиться счастье, если для него надо разрушить целый мир? Какой бы он ни был – он наш. И не тебе решать за всё человечество!
- Человечество… - лицо старого эльфа исказила усмешка. – Что ты вообще знаешь о человечестве?
- То, что в этой комнате сейчас стоят два человека и один высокородный подонок, - я достал из кармана платок и протянул его Шеррил. – Решивший, что ему по силам перекраивать судьбы целого мира. И не важно, что это за мир. Прежде всего – он наш. И мы не отдадим его никому. Идём, Шеррил.
И мы ушли.
Не оглядываясь и не прощаясь.
Так, чтобы некому было бросить нам вослед своё предсмертное проклятие.
 
- Ты свои деньги забыл, - сказала эльфийка, когда мы вышли на улицу. – Опять.
- Зато приобрёл целый мир, - я пожал плечами. – Разве это плохо?
- И никаких сомнений?
- Ни малейших, - сказал я. – Насильного добра не бывает. Есть только ты, и твой выбор.
- Наш выбор, - сказала Шеррил, отнимая руку от искалеченного лица. На месте кровавой раны стремительно наливалась красками свежая, пока ещё розовая после регенерационного заклинания кожа.
- Наш, - поправился я. – Тебя подкинуть до дома?
- Подкинь, - эльфийка улыбнулась. - Но боюсь, тебе придётся принять за это плату.
- Ну, если она будет не очень велика за такую пустяковую услугу…
- Не очень. Всего лишь один мир.
- Наш мир.
- На двоих.