Вторжение

Вторник, 1 января 2008 г.
Просмотров: 2832
Подписаться на комментарии по RSS

 

Король глянул на свое застывшее в ожидании войско, потом в сторону ощетинившегося остриями копий противника, прищурился и легким движением руки подал знак. Трубач немедленно вскинул серебряный рог, и над полем брани протяжно прогудел сигнал: «К атаке». Почти одновременно герольд поднял лиловый штандарт с изображением лошадиной морды и начал отчаянно им размахивать.

Сигнал услышали и заметили. Стройные ряды тяжелой конницы колыхнулись, рыцари разом опустили забрала шлемов и тронули коней шпорами. Шеренги закованных в сталь всадников медленно двинулись на врага. Снова проревел рог, всадники резко прибавили ход и опустили копья.

– Люблю этот момент, – сказал король. – Что может быть впечатлительнее, чем лобовая атака тяжелой конницы? Когда земля дрожит, комья дерна вылетают из-под копыт, и лязг стальных доспехов блистательных рыцарей пугает все живое на тысячи шагов в округе. Что скажешь?

– Что ж, ваше величество, весьма смело, – сказал Ириз. – А как вы посмотрите на это?

Из стоящего на высоком холме синего шатра выбежал трубач и проиграл сигнал, а дожидавшийся здесь же герольд в коротком синем плаще немедленно поднял штандарт с изображением изогнутого лука и стрелы. Стрелки, расположившиеся на холмах, разом натянули  тетиву.

-- Не мудрено было догадаться, -- прищурился король, -- а мы тебе…

Он не договорил, потому что снова протрубили в рог. Где-то очень близко. Король с досадой глянул в сторону, откуда донесся сигнал, и щелкнул пальцами. Фигурки на доске застыли: рыцарская конница на всем скаку, эльфийские стрелки – с натянутыми луками.

Полог неслышно колыхнулся, слуга – эльф полукровка вошел в шатер, низко поклонился и сообщил:

  – Прибыл род Ветлы. Полторы тысячи воинов, сорок разведчиков.

  Король Лесных эльфов, властитель Больших Эльфийских и Синих лесов, Великий Зеленый Маг и повелитель Сил Живого Древа Ароианн еще раз глянул на позицию, не без сожаления отошел от игральной доски, уселся на походный трон. Взял перо, сделал пометку в свитке и удовлетворенно улыбнулся:

  – Плюс полторы тысячи и сорок, это получается… Это получается…

  – Семнадцать тысяч четыреста тридцать. Почти семнадцать с половиной, – подсказал ему партнер по игре – высокий юноша в зеленом плаще, украшенном искусной вышивкой распустившегося цветка Ириса. Юноша тоже покинул «поле брани» и теперь стоял в углу шатра у жаровни, грея над ней ладони.

  – Да, почти семнадцать с половиной тысяч. Спасибо, Ириз, хоть в чем-то ты преуспел. Что-что, а уж считать ты научился в совершенстве. Вот бы ты и в остальном так же...

  – Ну пап, – заученно заныл Ириз, – ну сколько можно…

  – Ладно, ладно, – снова усмехнулся король и повернулся к слуге. – Что стоишь? Что-нибудь еще?

  – Да, ваше величество. Разведчики просили сообщить, что ваша дочь принцесса Крапива замечена на дороге в лагерь. Они предполагают, что принцесса скоро будет здесь.

Король сразу нахмурился, сделал движение рукой, отпуская слугу, переглянулся с сыном.

– Крапива здесь? – пробурчал Ириз. – Право же, как это не кстати. Интересно, кто ей проболтался?

– Ириз, твоя сестра, в отличие от тебя, не слепа, не глуха и соображает, что творится вокруг. Ты что думаешь, когда она вернулась с охоты и не увидела в лагере своих «крапивок», она осталась совершенно спокойна? Если даже разведчики уходят из деревень, чтобы собраться в одном месте, к тому же – у портала, легко догадаться, что это не легкий пикничок, а намечается что-то интересное. Нет, конечно, ты бы на месте Крапивы ничего не заметил и продолжал упражняться в стрельбе по мишеням и в поглощении эля...

– Пап, ну сколько можно? – снова заныл Ириз, изобразив на лице плачущую гримасу. – Сколько времени прошло, а ты все вспоминаешь… Я же все давно понял, сделал выводы, я…

Ириз не договорил, потому что громко хлопнул полог, и в шатер вошла Крапива – высокая девушка в  коротком зеленом плаще с вышитыми на плече листьями крапивы. Судя по сапогам-ботфортам, обильно покрытым грязью, на долю девушки выпала нелегкая дорога.

– А, Крапива, доченька моя, ты здесь? – сказал король, всем своим видом изобразив радость и удивление одновременно. – Какими судьбами?

Крапива учтиво поклонилась отцу, глянула в сторону брата, сухо ему кивнув, после чего снова посмотрела королю прямо в глаза и громко сказала:

– Отец, я не понимаю, что происходит.

– Ты о чем, дочка?

–  Вы знаете, о чем я, отец. Я не слепая. Даже разведчики ушли из Синих лесов, чтобы собраться здесь. Или вы хотите сказать, что это простая прогулка? Легкий пикничок на природе по примеру смертных?

Король широко улыбнулся, откинулся на спинку трона, и хохотнув: «Что я тебе говорил, Ириз», указал пальцем сначала на сына, потом на дочь.

– Извините, но я не заметила в своих словах ничего смешного,  – нахмурилась Крапива.

– Конечно, не обижайся, – продолжал улыбаться король, – и не стой ты столбом. Сними лук, скинь плащ, здесь тепло, не то что на улице. И присядь, как я понял, тебе пришлось проделать довольно долгий  путь. Наверное, скакала без остановки?

– А вы сами как думаете? – ответила Крапива, вешая лук на оружейный щит и присаживаясь на лавку, покрытую ковром. – Конечно, скакала без остановки. И поверьте, увидела много интересного.

– Что же именно?

– Воинов, мой дорогой отец. Лучших эльфийских воинов.

– И что же тут интересного? А тем более, удивительного? С каких пор тебя удивляют эльфийские воины?

– Меня удивляют не сами воины, а их количество. Тут ведь, судя по кострам, их не меньше пятнадцати тысяч? И подходят еще. Я права? Это не простая операция  по захвату пары-тройки сотен молодых самцов в Заповеднике. Это вторжение, отец?!       

Король отвечать не торопился. Побарабанил пальцами по крышке стола, зачем-то взял свиток в руки и тут его отложил. Сказал кратко:

– Да, вторжение.

– Но почему?! – Крапива вскочила на ноги и прижала руки к груди. – Мы же говорили об этом. Много раз говорили. Вы же помните, что мне рассказывал Боб.

– Ты сядь, сядь, чего стоять-то, устала ведь. Пойми, Крапива, – король опять взял свиток в руки и начал его вертеть, -- вторжение – не моя прихоть. Это решение старейшин.

– Я понимаю, но вы – король эльфов. Всех Лесных эльфов! Ваше слово – закон. Кто может указывать королю эльфов?

– Крапива, ты забываешься, – пришел на помощь отцу Ириз. – Папа не обязан ни перед кем отчитываться, и перед тобой в том числе. Наоборот, это ты, не получив приглашения, прискакала и начинаешь тут…

 – Ириз, я не нуждаюсь в твоей защите, – резко прервал принца король, – я вполне способен защитить себя сам. Что касается «слово-закон», то ты права. Для Лесных эльфов каждое мое слово – это закон. И я, да, именно я произнес это слово «вторжение»! Правда, произнести его мне пришлось вынужденно, и не без твоей помощи.

– Моей помощи? – Крапива удивленно глянула на отца. – Я не понимаю вас, папа. Что значит, «моя помощь»?

– А это значит… Помнишь, месяца три назад ты проводила инспекцию озер в Заповеднике?  Гостила у твоего любимого Боба.

– Ну да, конечно помню, – потупилась Крапива,  – только никакой он мне не любимый.

– Любимый-любимый, уж я-то знаю. Ты и запредельский язык выучила с одной целью, почаще к своему Бобу через портал шастать. Ладно, ладно, шучу я,  – поторопился добавить король, заметив зеленые искорки в глазах дочери, – а то как дашь молнией в отца родного. Так вот, тебе известно, что после той инспекции нам пришлось запечатать портал?

– Да, но… Почему из-за меня? Ко мне какие-то претензии по инспекции?

– Что ты, дочка, инспекцию ты провела блестяще, как всегда. Однако та пара рабов, что ты привела…

– Разве я нарушила квоту?

– Крапива!!! – король в сердцах стукнул кулаком по столу. Под куполом шатра мелькнула голубая молния, языки пламени вырвались из жаровни, едва не опалив брови Иризу. – Да не перебивай ты меня, дослушай хоть раз до конца! – с досадой сказал король. — Что за привычка у тебя такая, вечно перебивать меня своими вопросами? У Озерных эльфов научилась? Нет, ты не нарушала квоты, да, ты хорошо провела инспекцию, тобой все довольны. Но вот та пара рабов, что ты привела с озер… они оказались не так просты. С ними возникли проблемы.  Кажется, они из знати. Один – сын какого-то ГАИ – очень влиятельной в Запределье персоны. Второй – чемпион их рыцарских турниров. Смертные их искали, долго искали, пока не натолкнулись на портал. К счастью, нашедших удалось нейтрализовать. Но поиски продолжились. Поэтому я приказал срочно переправить приведенных тобой рабов  обратно, лишив их памяти, но… Они пропали и здесь. После торгов оба раба как в воду канули вместе с эльфом, их купившим. Ищем, но пока… К счастью, в портал сунуться смертные не догадались. Или испугались, не знаю. В общем, портал пришлось срочно запечатать. И завтра истекает срок «Большой печати». Ты понимаешь меня?

– Мне теперь можно спросить? – после довольно долгой паузы поинтересовалась Крапива.

– Да, конечно, моя девочка, – спохватился король, вспомнив, что сам запретил дочери задавать вопросы.

– Вы опасаетесь, что по ту сторону портала смертные собирают свою группу вторжения? И едва Большая печать падет, они ринутся в наш мир? И мы должны отразить нападение?

– В общих чертах – да.

– Тогда почему я не вижу с нашей стороны рвов и крепостных стен вокруг портала? Почему здесь собираются лучшие разведчики? Почему мы готовимся не к отражению, а, наоборот, к вторжению.

– Видишь ли, Крапива, тут такое дело… К счастью, точный срок снятия Большой печати с портала в Заповедник знаем только мы, поскольку мы ее и наложили.  Запредельные маги вряд ли смогут рассчитать точный день и час, хотя, и не исключено. И чтобы навсегда обезопасить себя от вторжения из Запределья, мы должны нанести удар первыми. К тому же момент самый удачный, боюсь, больше такого не предвидеться. Пока орки увязли в осаде пограничных крепостей смертных, пока рубиновые гномы режут изумрудных, а те отвечают им полной взаимностью, пока великие маги Средиземья подозревают друг друга в сговоре, мы должны ударить по Запределью. Либо мы, либо они.

– Защита нападением? Как в игре? – Крапива кивнула на маленьких воинов, застывших на игровой доске.

– Вот именно.

– А вас не пугают вещи смертных, про которые я вам рассказывала, отец. Те вещи,  о которых мне рассказал Боб.

– Ох уж мне этот Боб, – покачал король головой сокрушенно, – так напугать мою девочку. Ты имеешь в виду те самые бензопилы, ружья, тре… три… тралевщики…  Крапива, доченька моя, поменьше бы ты слушала этого Боба. Конечно, честь ему и хвала, не каждый эльф сможет так долго прожить среди смертных, да еще в натурализованном виде. Да, он лучший из разведчиков, и народ эльфов не забудет его ежедневного, ежечасного подвига, но… Не повлиял ли этот подвиг на  психическое состояние Боба?  Надо же такое придумать – бензопила. «За пару минут один смертный может завалить корабельную сосну». Сказки какие-то. Что касается их страшных ружей, то на них у нас есть такое… Впрочем, сама увидишь чуть позже. А теперь, – король взглянул на светлячков, выстроившихся в «девятку» на циферблате походных часов, – извини,  у нас  военный совет. Давай поговорим позже.

–  Вы хотите, чтобы я ушла, папа? – спросила Крапива.

– Да, извини, сама знаешь, совет…

– Так вот, я никуда не уйду.

– Крапива, ты забываешь, что говоришь с королем!

– Да, ваше величество. Но ваше величество, наверное, забывает, что маленькая девочка давно выросла и сама является командиром разведчиков рода Крапивы. А посему имеет полное право принимать участие в любом военном совете. По вашему же указу, мой дорогой отец. К тому же, как вы собираетесь осуществить вторжение без главных специалистов по Запределью? По крайней мере – без переводчиков? Мне и моим девочкам отправиться обратно в деревню?

– Да, но…  – король замялся, – но это очень, очень опасно, Крапива. Я не могу, не имею права рисковать тобой...

Ириз в углу громко хмыкнул. Крапива показала ему язык и, широко улыбнувшись, сообщила отцу:

– Нет, папа, если будет вторжение в Заповедник, я пойду в первых рядах. Вспомните закон, первыми всегда идут разведчики…

 

***

 

Большой совет подходил к концу, главы родов уже доложили о состоянии своих отрядов, маги сообщили о наличии манны, разведчики высказали свое мнение по части первой фазы боевых действий. Особых прений не было, из чего Крапива сделала вывод, что детальный план операции разработан уже давно и в мельчайших деталях.

Ириз закончил долгую, но бессвязную речь о долге Лесных эльфов перед природой, не дождавшись аплодисментов, сел на свое место. К карте подошел глава рода Ясеня генерал Цвет, невысокий коренастый мужчина с густой шевелюрой. Как у каждого боевого эльфа -- разведчика кисть правой руки у него была значительно больше левой, а трицепс левой куда мощнее трицепса правой. И хотя разведчик использовал при стрельбе кольцо, украшенное большим рубином, пальцы правой руки у него загрубели и казались значительно толще, чем на левой.

Генерал прокашлялся, взял в ладонь серебряную стрелу и ткнул ее в изображение древнего дуба в центре карты.

– Итак, это портал, место сосредоточения наших основных сил. К утру рабы закончат сооружение помоста, с восходом солнца операция начнется.

Первый этап: захват плацдарма. По команде его величества маги лиственных родов снимают остатки Большой печати с портала и выстраивают защитный купол по ту сторону. По всем расчетам купол будет диаметров в восемьдесят – сто шагов. Думаю, этого должно хватить. Немедленно после образования защитного купола в портал идут специально подготовленные разведчики рода Дуба. Скорость прохода – один разведчик в секунду. Через три-пять минут разведчики должны занять круговую оборону по границе купола. За ними отправляется команда стрелков рода Ясеня. Стрелки сосредотачиваются в месте скопления противника или напротив ворот, если портал в Запределье обнесен стеной, что тоже не исключено. Все должно занять не более десяти минут, уважаемые маги  гарантируют, что в это время защитный купол выдержит любые атаки противника.

Генерал глянул в сторону седого старика в мантии, покрытой вышитыми листьями тополя. Старик утвердительно кивнул.

– Сразу за стрелками в портал пойдут маги родов Сосны и Ели, – продолжил генерал. – Они должны создать дополнительный защитный купол для наших стрелков в месте прорыва, либо оказать иные вспомогательные действия, прежде всего – в немедленном излечении раненых.

Второй этап: закрепление на плацдарме. Вслед за магами и стрелками в портал идут воины рода Дуба, Ветлы, Осины, Тополя и далее по списку. Задача – расширение плацдарма для размещения основных сил. В это время разведчики рода Дуба захватывают пленных и передают разведчикам рода Крапивы для допроса. Получаем информацию, рассредоточиваемся.

  Третий этап: движение в поселок, захват заложников. Молниеносный переход примерно в тридцать тысяч шагов. По данным разведки в этом районе, восточнее портала имеется крупное поселение смертных с так называемыми пионерскими лагерями. Это места, где смертные держат и выгуливают свой молодняк. Следует отметить, очень верное решение, учитывая ужасы, творящиеся в их так называемых городах, но не буду отвлекаться. Движемся тремя колоннами вдоль озер в направление вот этих объектов – лагеря «Полянка», «Ласточка», «Сосновый бор». В двух последних содержатся совсем юные детеныши смертных, в «Полянке» так называемые студенты – учащаяся молодежь. Пока идет захват детенышей, род Ивы захватывает опорные пункты в поселке Ласково. В первую очередь телеграф и телефон – это средства их связи, что-то вроде нашей голубиной почты, но гораздо примитивнее.  Далее захватываем конюшни, отделение милиции – это их гвардия, пожарную часть, лесопильную фабрику.

  Четвертый этап – организация конных отрядов в зависимости от количества  реквизированных лошадей и закрепление на захваченной территории. Места расположения родов обозначены на карте  соответственными листьями. Далее – организация обороны на случай контратаки и переговоры с представителями смертных. Планируемые силы, занятые в операции – двадцать тысяч воинов, из них до тысячи разведчиков. При необходимости вызываем через портал отряды остальных родов.  У меня все.

  Генерал положил стрелу обратно, поклонился королю.

  – Ну что ж, я думаю, весьма грамотный план, – тут же откликнулся его величество. Маги и воины согласно закивали. – Теперь дадим слово начальнику внешней разведки генералу Плющу.

  Внешне Плющ был полной противоположностью Цвета. Высокий, худощавый,  как жердь, в сером плаще до пят. К тому же разведчик был почти лыс, и острые ушки его на сильно вытянутом черепе очень напоминали крылья ночного летуна.

Плющ подошел к карте:

  – Уважаемые эльфы. Я хочу обратить ваше внимание на всю серьезность предстоящей операции, хотя на первый взгляд она и выглядит легкой прогулкой. Да, наш предстоящий противник – смертные Запределья не так ловки и бесстрашны, как боевые орки, не сильны в магии, как гномы, и не так искусны в военном деле, как рыцари Аррохона или Леслота. Хотелось бы сравнить их с презренными гоблинами, но я бы не стал торопиться. Смертные Запределья опасны… как бы это сказать… технически. Безжалостно эксплуатируя природу, в своих варварских экспериментах они  придумали массу отвратительных вещей по сравнению с которыми катапульты орков, орочий огонь, проклятья гномов и топоры смертных кажутся детскими игрушками. Запоминайте: бензопила, огнемет, трелевщик, гербициды и так далее. Полные списки уже вручены командирам разведчиков. Все перечисленные артефакты, захваченные у врага, должны бережно сохраняться и немедленно доставляться к порталу для переправки и дальнейшего изучения. Далее, генерал Цвет упомянул в списке важнейших объектов, подлежащих  захвату, лесопильную фабрику. Она расположена на окраине поселка, вот здесь. Предупреждаю, пленные, захваченные на последнем объекте, должны быть демонстративно казнены, причем, наиболее позорным для смертных образом.

-- Каким именно? – подал голос кто-то из командиров.

Плющ охотно разъяснил:

-- У смертных Запределья есть обидная, позорная и мучительная казнь. Они называют это «Спился и сдох под забором». Поэтому захваченных лесорубов и работников деревоистребляющих  предприятий мы будем выводить под специально выбранный забор и при большом скоплении смертных насильно поить захваченным алкоголем. Думаю, одной пинты чистого алкоголя хватит для мучительной смерти одной особи.

  Среди командиров и глав родов при этих словах прошел глухой ропот, эльфы все-таки считали себя цивилизованным народом и пытки применяли крайне редко. Плющ прищурился и метнул в их сторону гневный взгляд:

Да! А что вы хотели?! Мы не в игрушки играем! Это война! Да, в ходе операции мы должны проявить предельную твердость и жесткость, иного обращения смертные не понимают. Пусть эта казнь послужит для них уроком в назидание!

Далее – о самоуправлении. Несмотря на все наши предстоящие акты насилия над смертными, видимость законности мы все-таки должны соблюсти. Таким образом на захваченных территориях должно быть создано что-то вроде самоуправления. Для этого всем разведчикам надлежит отыскивать и выделять среди смертных особей с зеленым цветом кожи. Известно, что в Запределье только зеленые, выступающие за сохранность окружающей среды –  наши реальные союзники. Эти смертные должны быть выделены из основной массы пленных и назначены старостами в захваченных населенных пунктах. Теперь о переговорах. Цель их уже озвучивалась, но повторю – аннексия прилегающей к порталу территории Заповедника площадью не менее ста тысяч шагов, установка размеров дани и квоты на вылов рабов. Я закончил.

Плющ уселся на свое место, Крапива обратила внимание, что сидевший с ним рядом глава рода Дубравы брезгливо поморщился и отодвинулся.

  – Кто еще? – громко спросил король.

  – Я! – маленький, юркий эльф поднял руку. Крапива узнала Букета, главу рода Горных Лугов. – Я хотел бы узнать, ожидается ли помощь извне? Ведь, насколько мне известно, в Заповеднике живут и наши натурализованные разведчики.

  Король гляну в сторону Крапивы, усмехнулся, перевел взгляд на Ириза. Тот поднялся, подошел к карте.

  – В данном портале… данный портал… В общем, с той стороны действуют несколько натурализованных разведчиков, в основном из озерных эльфов. Союзники они, сами знаете, ненадежные, но что имеем – то имеем. Резидент – всем вам известный Боб из рода Бобовых. В целях безопасности его не информировали об истинных целях операции, сообщили лишь, что речь идет о большой облаве на заложников. В момент снятия Большой печати Боб должен быть на месте и выступить нашим проводником.

Король глянул на часы, встал и громко сказал:

– Думаю, все вопросы решены. Отдыхайте, у нас завтра трудный день…

Члены совета начали быстро расходиться.

-- Что-нибудь еще? – спросил король, когда Крапива, уже надев плащ, остановилась у выхода.

-- Да, папа, меня очень смущают сроки. Ведь сейчас не сезон, и охота в Заповеднике запрещена. Вы же сами утвердили эти правила.

-- Правила на то и существуют, чтобы их нарушать. Иди, выспись хорошенько.

 

***

 

Крапива медленно шла в сторону своего лагеря, чувствуя, как внутри нее растет и зреет какое-то странное чувство. То ли досада, то ли… Она чувствовала себя и обманутой и обманщицей одновременно. Она верила отцу, что вторжения не будет, она обещала Бобу, что вторжения не будет. Но вот оно, вторжение. Неожиданно Крапива призналась сама себе, что во всем происходящем есть и одно хорошее. Завтра она увидит Боба. Не важно, что он может лишь сухо кивнуть ей и отвернуться. Или презрительно усмехнуться, как она сама усмехнулась бы, встретившись случайно с презренным лгуном. Ну и пусть. Главное, что завтра она его увидит, и даже, возможно, поговорит. И будет биться рядом с ним бок о бок, и даже, ведь может и такое случиться, спасет ему жизнь.

Перед глазами ее вдруг возникла яркая, насыщенная красками, картина: Боб, истекающий кровью Боб, красивый и благородный в окружении смертных. Смертные, как один, похожи на встреченного ею в Заповеднике лесника по кличке Лохматый. И вот она на белом коне в развивающемся за спиной зеленом плаще врывается в круг отчаянно визжащих врагов и поражает их магией, стрелами, мечом одновременно. Враги повержены, враги в панике бегут. Но и ее любимый пал в неравной битве. Она склоняется над телом Боба, лицо его бледно, глаза закрыты. Она вливает ему в рот несколько капель живительного бальзама, и вот ресницы Боба дрогнули…

– Ой! – вместо образа лица любимого Крапива насладилась зрелищем целого снопа искр в глазах. Надо же, так замечталась, что сбилась с тропки и врезалась в  сосну. Потирая лоб и недовольно морщась, Крапива вышла на тропинку и, твердо решив выбросить всяческую романтическую дурь из головы, направилась на свет костра.

 

– Крапива! Госпожа Крапива! Крапивушка!!! – дружный девичий визг нарушил тишину на поляне. Разведчицы повскакали на ноги и со всех сторон бросились обниматься к своей командирше.

  – Ну ладно, девочки, ну что вы, – смущенно бормотала Крапива, стараясь увернуться от особо горячих поцелуев.

  «Крапивки» или, правильнее – «Ростки», ибо здесь собрались самые способные девушки со всех родов, свою командиршу просто обожали. И не только из-за высокого ранга начальницы. Крапива была умна, Крапива была красива, Крапива много знала …и Крапива понимала девушек, их проблемы. Когда несколько лет назад одна из «ростков» нашла в лесу истекающего кровью  рыцаря, перевезла его к себе в шалаш, вылечила, выходила, после чего безумно влюбилась, лишь Крапива встала на ее защиту. А когда несчастную изгнали из рода Осин, приняла в свой род вместе с детьми – полукровками. Правда, в посвящении в разведчики отказала: «Для матери главное – дети, а разведку и магические свитки оставьте молодым и бездетным».

  Крапивки наконец расселись вокруг костра, над котором румянился на вертеле их ужин – молодой кабанчик, подстреленный тут же, и принялись наперебой расспрашивать:

  – Что, завтра в бой? Нам пострелять дадут?

  – Скажите, а какие они, эти смертные? Грязные и вонючие, как здесь?

  – А рыцари, рыцари будут?

  – Симпатичные встречаются? И как они, в смысле, хи-хи, как мужчины?

  – Ну ты дура! Откуда ж госпоже Крапиве знать…

– А говорят у них есть такое… Косметичка называется. И там есть все!

  – А правда, что у смертных большая грудь у незамужней девушки – это считается красиво? Но ведь большая грудь мешает стрелять.

-- Если смертная девушка покажется с открытой грудью, то ее все равно замуж возьмут?

  – Нет, вот заладили, все только про сиськи и думаете.  Скажите, госпожа, книги про любовь у них есть? Такие, чтобы плакать.

  – Эх ты, а сама-то? Про любовь ей подавай. Ты еще «Му-Му» трофейную не прочитала.

– Скажите, госпожа Крапива, а убивать смертных, это потом не сниться?

  Крапива щурилась от дыма и, чуть улыбаясь, коротко отвечала на сыпавшиеся со всех сторон вопросы. Девочки, ее милые девочки…

  Кабанчика съели быстро, видно было, что за день девушки проголодались. Отерев  руки ароматными листьями, Крапива объявила «отбой» и проследила, чтобы все разошлись по шалашам. Не удовлетворившись этим, сделала обход, в ходе которого пара девиц была застигнута при попытке прокрасться в соседний лагерь к роду Клена. На нарушителей было наложено взыскание, с понурым видом они полезли в свои шалаши.

Крапива сидела у тлеющего костра, смотрела на багровеющие угли и, глянув в сторону шалашей, вдруг твердо решила, что ее девочки войдут в портал только тогда, когда для их жизни и здоровья не будет никакой опасности. Ни-ка-кой!

Духи леса, тут же подумала она, я размышляю, как обычная человеческая самка.

Прочь все мысли, надо идти спать, после такой дороги надо выспаться.

Но выспаться ей так и не удалось

 

***

 

Всадник в плаще с вышитыми на плече дубовыми листьями  остановился на краю поляны. За поводья всадник держал красивую белую кобылку. Крапива, сразу узнала Молнию, свою лошадь – подарок отца.

– Его величество просит вас прибыть к порталу, – кратко сказал посланник и добавил. – Король просил извинить его, если бы мне пришлось вас разбудить.

Крапива не ответила, отметив про себя, что Молния вымыта и вычищена. Подошла к лошади, лихо забралась в седло.

Копыта лошадей гулко стучали по опавшей листве и Крапива, поеживаясь от ночной прохлады, вдруг подумала, что всякая война зимой – не самая лучшая идея.

Король в окружении свиты стоял около портала. Вернее, около странного сооружения, ведущего к порталу. Это напоминало длинный помост или трап, конец которого упирался прямо в дупло огромного дуба. На помосте были люди, много людей в латах и шлемах. Стояли вплотную, упираясь железными нагрудниками  в спины впередистоящих. Зрелище, стоило признать, было впечатляющим, потому что каждый из стоящих держал в руках факел. 

Откуда здесь люди? – подумала Крапива. Столько людей! Неужели отец все-таки нанял смертных в Леслоте? Зачем? Не верит в силы наших воинов?

– Ну что, долго нам здесь еще стоять столбами?! – крикнул кто-то с помоста, снимая шлем. Крапива сразу узнала Семицвета – славного разведчика из рода Клевера. Семицвет был известен тем, что умел подражать орочьей речи. Однажды ночью он встретил на дороге шайку орков, с помощью своего дара сумел заманить их в болото и  перебить по одному.

-- Когда же начнем? – снова возмутился Семицвет.

-- Начали!

Стоявший последним в очереди у помоста воин хлопнул по плечу впередистоящего, то в свою очередь хлопнул следующего, тот -- стоящего перед ним, и так далее до воина, расположившегося у самого портала. Крапива почему-то подумала, что если  подкрасться к воину, стоящему в очереди последним, и хорошенько пнуть его в зад ногой, то вся цепь повалится, и воин, стоящий у портала, влетит в него с приличной скоростью. Как в игре бильярд, которую она как-то видела в Запределье. Представила себе эту картину и тихонько хихикнула.

– Хорошо, во время уложились, можете спускаться, – крикнул кто-то из королевской свиты, – только осторожней…

Предупреждение запоздало. Представьте себе, что получится, если с полсотни эльфов, наряженных в стальные латы, разом повернутся кругом на относительно нешироком помосте с хлипкими перилами. Перила и не выдержали, с хрустом переломились сразу в нескольких местах. Воины с жутким лязганьем посыпались на землю, увлекая друг друга. Под помостом немедленно образовалась куча-мала. Кто-то громко застонал, кто-то ругнулся, но тут же раздался смех, а затем дружное ржание. Благо помост был невысоким, и особо пострадавших не оказалось. Эльфы, смеясь, выбирались из кучи, снимали шлемы. Крапива немедленно узнавала лучших разведчиков Синего леса.  Разведчики приветствовали принцессу поднятием руки и тут же принимались разоблачаться от лат.

– Что за маскарад, ваше величество? – спросила Крапива, подъезжая ближе и спешиваясь.

Король в отличие от свиты, с трудом сдерживающей смех, был серьезен и даже хмур:

– Не видишь, что ли, тренируемся. Отрабатываем быстрый вход в портал.

– А зачем это железо на разведчиках?

– Помнишь, ты спрашивала про ружья смертных. Плющ, покажи.

Из свиты вышел Плющ, слуга немедленно поднес и подал ему двустволку с изрядно потертым прикладом.

– Остался всего один заряд, ваше величество, – предупредил Плющ.

– Ничего, он нам больше не понадобится, завтра у нас этого будет вдоволь. Покажи Крапиве.

Плющ поклонился, подозвал к себе одного из разведчиков, не успевшего снять латы, и что-то пошептал ему на ухо.  Тот широко улыбнулся, и нелепо заковылял к дощатому щиту, оставшемуся от строительства помоста. Дойдя до места, повернулся к Плющу лицом и надел шлем.

Грянул выстрел, некоторые из эльфов от неожиданности вздрогнули,  кто-то зажал уши. Едва дым рассеялся, все бросились к стоящему у щита латнику рассматривать произведенный эффект.

– Вот видишь, – сказал король, указывая, куда светить факелом. – Вот их оружие. Смотри на эти отверстия в досках вот здесь и здесь. Мягкий свинец. А на латах – только слабые отметины. Наш герой жив и здоров.

Героем оказался Семицвет. Он снял шлем и сказал:

– Здорово! Когда эта труба грохнула, по мне как мелким горохом из трубочки...

– Вот видишь, – снова сказал король самодовольно. – Их оружие бесполезно против этих лат даже на пятидесяти шагах. А больше нам и не надо.

– Знаешь, папа, – неуверенно сказала Крапива, – а Боб  говорил, что они из своих ружей бьют лосей и кабанов…

– Выдумщик твой Боб! Выдумщик и паникер. Сама все завтра увидишь! – резко сказал король и, повернувшись к свите, громко крикнул. – На сегодня все! Всем отдыхать.

Снова повернулся к Крапиве:

-- И запомни, без лат, хотя бы легких, я тебя в портал не пущу…

 

***

 

Семицвет нетерпеливо переступил с ноги на ногу, потер плечо, серебряная пряжка широкой краги глухо звякнула о кирасу. Глянул на верхушки сосен, шепнул на ухо Крапиве:

– Сейчас начнется.

Не ошибся. Потому что тут же гулко и протяжно проревел рог. Два десятка магов, стоявших вокруг  дуба, разом подняли руки вверх. Сверкнула молния. В глубине дупла древнего дерева засветился голубой огонек.

Латники на помосте зашевелились, словно разминаясь перед стартом. Крапива отметила, что за остаток ночи перила помоста укрепили, сам помост расширили.

Маги снова вскинули руки и хором произнесли заклинание, теперь уже все дупло засветилось голубым.

– Все, началось! Да пребудет с ними сила леса, – сказал Семицвет и с силой сжал рукоять меча.

Маги в третий раз подняли руки, из дупла вырвались языки голубого пламени. Латник, стоявший первым, инстинктивно отпрянул, тут же резко оттолкнулся руками от перил и рванулся вперед. За ним почти немедленно второй, третий, четвертый…

Длинная очередь у помоста быстро таяла, все шло по плану, лишь однажды  разведчик, собираясь шагнуть в портал,  поскользнулся и упал на помост. Но тут же вскочил на карачки и так, на четвереньках, вбежал в дупло.

– Так, смотри, маги построились, – сказал Семицвет. – Мы за ними. Веди нас, госпожа.

Крапива быстро, как только это было возможно в тяжелой кирасе, подошла к помосту, встала за спиной мага в высоком колпаке с прозрачным шариком на кончике. Плечи мага покрывала длинная лиловая мантия, вышитая сосновыми лапами. Автоматически подумала, как бы не наступить. Перед тем, как опустить забрало тяжелого шлема, глянула на отца. Он стоял около своего трона в окружении свиты и что-то говорил на ухо Плющу. Заметив взгляд дочери, помахал ей рукой.

На мантию магу Крапива все-таки наступила. И не она одна. Едва ли не каждый из десятка магов родов Ели и Сосны валился на помост, пока маги не догадались подхватить полы своих мантий в руки.

Лиловый шелк мелькнул в голубом сиянии, Крапива задержала дыхание и зажмурилась, как всегда делала, перед тем, как шагнуть в портал. Далеко не в первый раз проделывала она это, но все равно, каждый раз волновалась. Все, вперед! Яркая вспышка в крепко зажмуренных глазах, нестерпимое сияние, в ушах – скрежетание и вой. И сразу холод.

Крапива открыла глаза, в узкую щель забрала разглядела под ногами толстый сук и, резко оттолкнувшись от него, прыгнула вниз. На ногах не удержалась – тело не привыкло к тяжелым латам. Повалилась в белое рыхлое крошево. Немедленно откатилась в сторону, и очень вовремя. Семицвет рухнул с дуба почти плашмя, видно, зацепился за что-то в прыжке. Две пары сильных рук помогли ей подняться на ноги. Попыталась оглядеться, да какое там, в щель разве что разглядишь? Откинула забрало и сразу зажмурилась. Глаза немедленно запорошило снежное крошево. Ветер и снег. Вьюга. Вокруг все белое, даже фигуры в латах и мантиях разглядела не сразу.

– Как вы, принцесса? – прокричал ей почти на ухо незнакомый молодой эльф с листом дуба на краге. Странно, а она думала, что из рода Дуба знает всех.

 – Все хорошо. Где враг?

Тут же спохватилась и, не дождавшись ответа, кинулась поднимать Семицвета. Но в латах он оказался тяжеловат, и Крапиве на пару с незнакомцем просто пришлось оттащить его  подальше в сугроб, чтобы не мешал десантироваться остальным. Выпрямилась и только сейчас сообразила, что не чувствует лука за спиной. Нашла его быстро, облегченно вздохнула, натянула тетиву, достала из колчана стрелу.

– Не стоит особо торопиться, принцесса, – прокричал молодой эльф, тяжело дыша, – тут никого нет.

– Что значит, нет?

– Нет никого. Совсем!

Крапива оставила лук в покое, помогла Семицвету встать на ноги и наконец-то глянула в сторону  мерцающего защитного купола. Действительно, за голубой дымкой виднелся  только заснеженный лес без всякого намека на человеческое присутствие. А меж тем воины из портала все появлялись и сыпались вниз, создавая на пятачке перед дубом толчею и неразбериху.

Проваливаясь в глубоком снегу чуть ли не по пояс, Крапива пробралась к стрелкам оцепления. Разведчик, попавшийся ей первым, продолжал натягивать лук, целясь в пустой лес, руки его явно дрожали.

– Эй, где твой командир?

Разведчик не отреагировал. Ну конечно, услышишь тут, вьюга, шлем опять же. Пришлось постучать его перчаткой по затылку.

Эльф повернул голову, опустил лук. Поднял забрало. Лицо его было Крапиве знакомо. Один из лучших молодых стрелков рода Дуба Черенок. Только сильно он изменился. Куда делся румянец с щек? Словно переполз на нос, а губы, наоборот, посинели. Две тонких синих полоски. Черенок, видимо, узнал принцессу и сделал попытку улыбнуться. Получилась гримаса.

– Что здесь? – громко прокричала Крапива?

– Ничего! – прокричал Черенок. – Совсем ничего! Снега много! Разведчики ушли. Три группы. Но очень медленно, много снега. Почему так холодно? Руки сводит, стрелять не смогу.

Крапива не ответила, протянула руку вперед, коснувшись защитного купола. Кончики пальцев, несмотря на перчатку, закололо сотней иголочек.  Отдернула ладонь, глянула на стрелков, по-прежнему натягивающих луки. Громко прокричала:

– Передай по цепи, отбой изготовки к стрельбе!

 Черенок услышал, кивнул и немедленно двинулся в сторону соседа, все еще натягивающего лук.

Крапива повернулась к порталу. Десантирование продолжалось, эльфы сыпались из портала, как лесные орехи из дырявого мешка. Сняла шлем, бросила его в снег, ветер немедленно подхватил ее длинные волосы ледяными пальцами. Вернулась к дубу по проложенной ею же тропинке, почувствовала, что сапоги полны снега. Крайне неприятно. Наткнулась на мага в лиловой мантии. Маг сидел в сугробе и морщился, держась за лодыжку. Видно, вывихнул при падении.

– Ты можешь передать отцу, чтобы он остановил это? – Крапива кивнула на очередного эльфа, свалившегося с дуба прямо на спину своему собиравшемуся встать товарищу.

Маг подумал, потом отрицательно качнул головой:

– Пока портал занят – нет. А он занят постоянно. Я замерз, почему здесь так холодно?

Крапива не ответила, прищурилась, прикидывая план действий. Подошла к дубу, простила очередного «десантника», в два прыжка взобралась по стволу. Сделала паузу, снова пропустив сиганувшего вниз стрелка. Ловко перепрыгнула на толстый сук перед порталом, левой рукой крепко ухватилась за ветку. Едва из дупла показался очередной воин, Крапива что есть силы с правой врезала ему в челюсть. Только подошвы мягких эльфийских сапог мелькнули в голубом сиянии. Прошептала: «Извиняюсь» и тут же, невольно зажмурившись, прыгнула в портал сама. И снова сияние в глазах, и дикий вой в ушах.

Крапива стояла на помосте, у ног ее пытались подняться несколько эльфов. Тот, которого она приложила в челюсть, лежал на спине в совершенной отключке. Переборщила… Почувствовала, как защипало мочки ушей и кончик носа. С трудом нашла в огромной толпе воинов, обступивших дуб, трон короля. Поймала на себе удивленный взгляд отца. Высоко подняла руку и громко крикнула: «Всем остановиться!» Большинство воинов недоуменно переводили взгляд с Крапивы на короля и обратно. Наконец король встал с трона и громко крикнул: «Всем приказываю остановиться»!

 

***

Десантирование продолжалось, но уже без особой спешки. Наконец-то догадались пронести через портал сходни, укрепить их перед дуплом, и надобность в прыжках отпала.

Король сидел на походном троне и, зябко кутаясь в мантию, вертел в руке листок в клеточку, явно вырванный из ученической тетрадки.

– И это все?

– Да, – доложил Семицвет. – Мы проверили все вокруг на тысячу шагов, ничего и никого, только это было пришпилено к дубу ржавым гвоздем. Едва не затоптали.

Король пожал плечами и протянул листок Крапиве.

– Ты у нас специалист, читай.

Крапива взяла листок, украшенный какими-то каракулями. Видно было, писали в спешке огрызком карандаша. Крапива медленно, по складам прочла, сразу переводя на эльфийский: «Гаспадин Боб сказал охота была в такой дубак жопу морозить. И лагиря зимой ни работают. Превед лохам».

Комментировать сие послание никто не решился. Маги смотрели поочередно то на Крапиву, то на короля.

– Кто-нибудь, наконец, мне может объяснить, что это значит? – спросил король. – Я лично ничего не понял за исключением имени Боба и упоминания охоты. Боб что, не нашел другого времени для охоты? Крапива, может быть, ты неправильно перевела?

– Нет, я перевела все верно, – сказала Крапива твердо.

– Я думаю кое-что из данной записи можно объяснить, – подал голос один из магов, чью бороду вьюга превратила в ледяную сосульку. – Все мы, уважаемые коллеги,  наблюдаем здесь явно неблагоприятные климатические условия. Не исключено, что по причине этих самых условий уважаемый Боб и вынужден много охотиться, чтобы прокормить свою семью.

-- У него нет семьи, -- буркнула Крапива, но ее не услышали.

– А дубак – явное указание на дерево дуб, – тут же добавил маг в лиловом, стуча зубами. – Возможно, дубак – это дуб в превосходной степени, большой дуб, и нам следует искать как раз это дерево.

  – Куда уж больше, – возразил первый маг. – Всем ясно, что дубак это и есть наш дуб с порталом…

– Да, но при чем здесь, извиняюсь, «жопа»? – возразил король. – Что значит, «лагиря зимой не работают»? И кто такой этот таинственный Привед Лохам? Помощник Боба?  Его слуга? Тогда где он?  И почему, в конце концов, если здесь нет засады смертных, Боб нас не встретил? Ириз, ты что скажешь?

  – Холодно, папа, – только и ответил Ириз, хлопая себя руками по плечам. – Может быть, приказать развести костры?

  -- Нет, решительно невозможно, -- возразил маг в мантии с сосновыми шишками, – мы не можем определить, какое из деревьев здесь живое, а какое умерло. Деревья крепко спят и не отвечают…

  В это время с ближайших кустов слетел снег, появился разведчик. Тяжело дыша, он поклонился и сказал:

  – Ваше величество, разведчики взяли пленного. Он находился в странном шатре из желтого шелка прямо на льду. Спал на большом мягком тюфяке. Внутри тюфяка – воздух. Разведчики ведут его сюда.

  – Ну хоть какая-то хорошая новость.

  Пленного волокли четверо разведчиков. Волокли не без труда, хотя он особо не упирался. Пленный представлял собой крупного бородатого мужчину в плаще от ОЗК, натянутом прямо на ярко-оранжевый пуховик, в ватных штанах, и мохнатой енотовой шапке с опущенными ушами. На ногах у пленника были лохматые собачьи унты. Мужик,  источая устойчивый запах потребленного накануне алкоголя, очумело озирался по сторонам, тер глаза рукой в армейской трехпалой рукавице, то и дело повторяя: «Ну, фигасе, ну фигасе»...

  Разведчики подтащили пленного к королю.

  – Стань на колени, смертный, – приказал Плющ тут же подкрепил слова тычком короткого меча. Крапива на меч глянула неодобрительно, но перевела.

  – Ага, щас, разбежался, – сообщил мужик и, небрежно двинув плечом, свалил Плюща в снег. Тут же на пленного налетело с десяток разведчиков, намереваясь сбить строптивца с ног, но король жестом останови их:

  – Пусть стоит как есть, – распорядился он, – спросите его, кто он, и что здесь делает?

  Крапива перевела.

  – Так рыбаки мы, – ответил пленный. – А че, не видно? Рыбу мы ловим. Ловили… Здесь мы стоим, недалече, на Черненьком. Зимовка у нас там. Тока не клюет ни хрена. Так вчера мужики сказали, что на Беленьком ерш пошел. Ну, вчера и стали здесь, в палатке, значит, с Лохматым. Ну, лесником. Выпили, не без этого. Как не выпить? Тока все равно – не клюет. Так оно и понятно, мороз вдарил. Кто ж тут клевать будет? Вот и потребили все. Лохматый, он за спиртом, видно, пошел. Ну, на зимовье. Спирт там у мужиков. Ну и остался, наверное. А че, там печка, тепло. Конечно, кто ж в такой мороз-то будет? Просыпаюсь, а Лохматого нет… Удочки его остались, а самого нет. А тут эти придурки... Фигасе, схватили и потащили. А вы че, кино что ли снимаете?

  Крапива по возможности перевела.

  – Спроси его, почему здесь столько снега и так холодно? – приказал король.

  – Так зима ж, – удивился вопросу мужик, – декабрь.

  – Плющ?! – король повернулся к начальнику разведки.

  Эльф с завистью глянул на лохматую шапку пленника, потер начинающий синеть лысый череп:

  – Ваше величество, в прошлом году именно в этом месте и именно в это время мы проводили разведку. Никакого снега не было.

  Крапива быстро перевела на язык смертных.

  – Так потепление, – удивился рыбак. – Вы че, телевизор не смотрите? В прошлом годе да, почти до нового года снега не было, даже ежики не спали. Мы с мужиками лисички собирали. А в этом вот мороз вдарил. А че, бывает. Тока не клюет ни хрена.

  Неожиданно, словно желая реабилитироваться, Плющ взял инициативу на себя. Снова достав меч из ножен, он ткнул пленника в бок и прошипел:

  – Презренный смертный, говори, есть ли у тебя бензопила?

  Крапива перевела. Мужик зло глянул на Плюща и ответил:

  – Гражданочка, скажите ему, что пилы у меня нет, ни к чему она мне, но вот пешня в палатке   имеется. И если это придурок еще меня своей сабелькой ткнет, я ему этой пешней запросто по лысому кумполу организую. У меня пуховик может три тыщи стоит.

  – Нет у него бензопилы, – кратко перевела Крапива, пряча озябшие руки под плащ.

  – Ваше величество, – лиловый маг протянул листок с каракулями. – Может быть, пленный разъяснит нам смысл сего писания?

  Рыбак взял листок, прочел, ухмыльнулся:

  – А че тут не понять? Тут все ясно. Боб говорит, что в такой холод из дому и носу не покажет. Ну пральна, это мы, рыбаки – дураки, а нормальный народ в выходной дома, перед телевизором на диване отдыхает. К тому ж – в такой мороз. Постой, постой, это какой же Боб? Это не из природоохранного комитета? Ну, такой блондин, на Севу Новгородцева похожий. Он, точно, больше у нас Бобов нет. Его матушка так в честь Фишера назвала. Ну, шахматист такой.

  – Что значит, «лагиря не работают»?

  – Так это, наверное, про лагеря летние? Вам туда надо? Так закрыты они зимой. Там и сторожей-то, наверное, нет. Поди, протопи дачу в такой-то морозище.

  – Кто такой Превед Лохам? Ты знаешь этого человека?

  Рыбак громко заржал:

  – Человека такого не знаю, а вот то, что вы лохи, это точно! В такой мороз в лесу в одних рейтузах. Померзните на хрен, и никакой костер не поможет. Не, в лесу вы в такой одеже точно померзните, выбираться надо. Хотя, куда выбираться? Тут до лагерей верст двадцать будет, а до автобуса – все тридцать.

  Крапива перевела, свита короля недоуменно переглядывалась.

  – Хорошо, – наконец решил король, – здесь, действительно, холодновато. Маги, сделайте же, наконец, что-нибудь. Что у нас с разведкой?

  – С разведкой у нас плохо, – ответил Цвет, давно дожидавшийся с докладом. – Первая группа вернулась, дорога непроходима. Снег глубокий, по пояс. Из сил выбились и поморозились все. У Клубня нос побелел и уши тоже, ног не чувствует. От второй группы известий пока нет, но, кажется, они увязли в болоте. Третья группа наткнулась на зимовье в районе озера. Встретилась с сопротивлением. Четверо крупных мужчин, одетых, как этот, – Цвет кивнул на рыбака, продолжавшего озираться и повторять: «нифигасе себе, нифигасе…». – С нашей стороны есть раненые, Еловой Шишке челюсть свернули, Клюкве набили глаз. Лицо отекло, ничего не видит. Пленные дают показания, но понять их трудно. Пьяны…

  Король выслушал доклад, нахмурился еще больше. Снял мягкие тонкие перчатки, подул на кончики пальцев:

  – Что же так холодно? Маги, сделайте хоть что-нибудь…

  Маги рода Ели и Сосны, собравшиеся в кучку, как по команде подняли магические посохи. Мгновенно свист вьюги стих, сразу стало немножечко теплее.

 

***

 

  – Думаю, это была не самая лучшая идея, – сказал король, поджимая ноги, ибо вода залила все подножье трона. И было трудно понять, что конкретно его величество имел ввиду – кратковременное изменение климата на небольшой площадке около дуба или вообще всю эту операцию?

  – Дальше будет хуже, – предупредила Крапива, – тут озеро рядом, будет очень сыро.

  – Так уж куда сырее, – глянул на свое воинство король. Воинство выглядело жалко. Огромная толпа мокрых эльфов, стоящих по колено в талой ледяной воде. И это те, кому еще повезло. Несколько сотен эльфов не втиснулось под магический купол, и теперь продолжали мерзнуть на тридцатиградусном морозе, с завистью глядя на собратьев, попавших в тепло.

  – Гражданочка, – тронул Крапиву за локоть пленный рыбак. – Я, конечно, понимаю, что все это – моя белочка, и что пить надо завязывать, но такие унты тыщ пять  стоят, а я пока не трахаю дочку Березовского.

  – Ты знаешь дочь главы клана Северной Березы? – удивилась Крапива.

  – Значит, белочка не только у меня, – качнул головой рыбак. – Осмелюсь спросить, вы этот чудный май в середине декабря надолго задумали?

  – Маги могут поддерживать защитный купол не более получаса.

  – Фигасе, -- рыбак глянул на часы, -- тогда минут через десять здесь будет хороший каток.

  Крапива почему-то сразу вспомнила старую трофейную книгу, в которой смертный, живший в далекой северной стране, куда-то шел, случайно промочил ноги на морозе и замерз насмерть. Тут же представила, что  будет на тридцатиградусном морозе с промокшими до нитки эльфами, вовсе не привыкшими к минусовой температуре. Расталкивая свиту, бросилась к трону.

  – Отец! Послушайте, отец…

  Король почти не спорил:

  – Трубите отбой! Первыми в портал пойдут разведчики!

 

***

Ириз старался изо всех сил, но проигрывал безнадежно. Его воины сбились у подъемного моста, пытаясь как-то организовать оборону, но тяжелая конница Крапивы раз за разом ее прорывала.

– Все, конец тебе, – подытожила Крапива и, вдруг отведя конницу на фланг, бросила в бой мечников. Ириз все свои резервы уже исчерпал и пошел на крайнюю меру – заставил взяться за мечи лучников.

– Развлекаетесь, детишки? – ласково сказал король, входя в шатер. Фигурки на доске немедленно застыли. Боб вскочил из-за стола, чтобы помочь отцу снять сырую мантию.

– Играйте, играйте, – остановил его король жестом, – я сам.

– Да ладно, пап, че играть, давай помогу.

Король усмехнулся, позволил сыну отстегнуть пряжку на плече и снять с себя  мантию. Неторопливо подошел к столу, глянул на позицию на доске:

– Сдавайся, Ириз, ты проиграл.

Ириз нахмурился, что-то пробурчал и щелкнул пальцами. Герольд, стоящий рядом с командиром Ириза, ожил, протрубил в рог и поднял белый штандарт. Армия  в синих плащах немедленно побросала оружие, солдаты Крапивы, наоборот, дружно подняли мечи и копья.

– Семь на два,  – сказала Крапива и легким щелчком пальцев прекратила игру. Солдатики обеих армий немедленно вложили мечи в ножны и, подхватив убитых и раненых, скрылись в замке. 

– Везет тебе, сестра, – сказал Ириз, убирая игральную доску со стола.

– Везение здесь ни при чем, – возразила Крапива. – Просто головой думать надо.

– А я чем, по-твоему, думаю? – сразу набычился Ириз.

– Я бы тебе сказала, чем, да ты…

– Дети, перестаньте немедленно, – решительно прекратил ссору король. – Как маленькие, честное слово.

Он подошел к жаровне, растопырил пятерни над огнем, сказал:

– Ох и намерзся я сегодня.

– Все намерзлись, – грустно кивнул Ириз.

– А кто-то и поморозился, – добавила Крапива. – Кстати, а сколько этих «кто-то»?

  Ириз подошел к столу, взял свиток, развернул:

  – Тысяча четыреста пятьдесят три. В основном разведчики: уши, носы, пальцы, ноги. У господина Плюща уши так разнесло, что смотреть страшно. Полсотни с телесными. Свернутая челюсть, подбитые глаза, вывихи, переломы.

  Крапива вспомнила, как карабкались эльфы по обледеневшему помосту, как скатывались вниз, не в силах добраться до заветного портала, как скользили на льду и валили друг друга, теряя оружие и амуницию. Вспомнив, поморщилась.

  – Полторы тысячи раненых, как на войне побывали – схватился за голову король, – маги что?

– Обещают, как только восстановится манна, немедленно приступят к лечению. Их самих, кстати, не мешало бы полечить…

  – Пленные?

  – На рыбалке, – кратко ответила Крапива.

  – Как так на рыбалке, – удивился король. – Я же приказал их отпустить …

  – Возвращаться обратно отказались, пока не порыбачат на наших озерах, – объяснила Крапива. – Сказали, что мы им всю рыбалку испортили. Дали им остроги, сейчас они на Голубом озере форель бьют. Просят, когда будем лишать памяти, часть про рыбалку оставить. Клянутся молчать, как рыбы…

  – А может, ничего с ними церемониться? – предложил Ириз. – В кандалы, да в камнеломни…

– После того случая с сыном ГАИ? – усмехнулась Крапива. – Забудь, их завтра же искать начнут, а под дубом лат да шлемов брошенных груда.

– Экая конфузия, – грустно сказал король, усаживаясь на лавку. – Что ж, Крапива, вынужден признать, ты оказалась права. Вторжение обернулось провалом. Не так страшна оказалась мифическая бензопила, как Запределные морозы. И кто же знал, что зимой  в Заповеднике так холодно? Надо бы приказать, чтобы железо наше с той стороны прибрали и трон обратно притащили. Потом, как вьюга стихнет. А то ведь позор, король эльфов лишился в походе трона. И как только перед потомками оправдываться будем? Пожалуйста, Ириз, попроси-ка господина Мухомора, перед тем как он занесет описание данных событий в свиток истории, пусть покажет черновик мне. Отредактирую по возможности.

Ириз тяжело вздохнул.

– Ну Боб-то, Боб! – хохотнул король неожиданно, – каков красавец, ведь мог бы предупредить. Мы бы хоть лыжи взяли и подштанники теплые... Крапива, ты когда будешь проводить следующую инспекцию, передай ему от меня привет…

Крапива не ответила, глянула на игральную доску. Солдатики в синем уже выстроились в боевой порядок и теперь потрясали оружием, требуя реванша. Что ж, их право.

Потихоньку развернула листок с посланием от «Превед Лохам», еще раз прочла на оборотной стороне: «Извини, встретить не могу. Глупцам – не проводник. Увидимся летом. Целую, Боб». Обычные эльфийские руны, написанные цветочными чернилами, проступающими на бумаге только в тепле.

Летом, говоришь? Целуешь, говоришь? Ну ладно, милый, ты еще не знаешь, на что способна оскорбленная в чувствах эльфийская принцесса.

Крапива испепелила листок одним взглядом и сбросила прах на поле брани. Король в лиловом плаще стряхнул пепел с плеча, сдвинул корону набок и весело ей подмигнул.