Сизый эльф

Вторник, 1 января 2008 г.
Просмотров: 2626
Подписаться на комментарии по RSS
Сизый эльф все дни и вечера проводил в этой пивной. Никто этого не помнил, но на самом деле он был многообещающим бардом. Эльфы вообще славятся своим изустным творчеством. Некоторые из посетителей были уверены, что эльфы только на это и годятся. А уж если совсем на чистоту, большинство местных считало, что никаких эльфов не существует… Сизый эльф, тем не менее, был. Завсегдатаи уверяли новичков, что это последний представитель своего, хмм, биологического вида и его надо беречь. Другие подозревали в личности Сизого некий подвох и предлагали сдать его милиции.
 
Зато эльф обеспечивал постоянную заполняемость этого местечка, которое он упорно называл «таверной». Видимо, тем самым он пытался доказать свое происхождение.
 
Неизвестно, как эльф появился. Он просто всегда был, со дня основания пивной. Всегда сидел за одним и тем же столом, уже не первое столетие (если верить вывеске). Всегда платежеспособный, что и позволяло ему до сих пор удерживаться в списках клиентов, несмотря на подозрительно неисчислимый возраст. Кроме того, всегда готовый угостить соседа по столу не только байками, но и кружечкой за свой счет. Поэтому посетители тоже не протестовали.
 
Милиция время от времени наведывалась проверить его документы. Особенную настырность проявляла миграционная служба. Тогда эльф впадал в истерическое состояние на несколько дней. Верещал что-то на древнеэльфийском, тряс верительными грамотами (тоже на древнеэльфийском). Требовал вызвать из небесных чертогов духа его последнего по счету короля и отказывался признавать себя иностранцем. Когда его дебоши надоели властям, «таверну» посетил авторитетный психиатр с выводком помощников и желанием изолировать эльфа. Попытка поставить диагноз «шизофрения» провалилась. Эльф неделю гарланил застольные песни на неизвестном наречии и порывался вызвать санитаров на дуэль на длинных луках. Песни крайне нервировали больных, а перспектива дуэли – санитаров. Успокаивался Сизый только, если ему приносили пиво (он его упорно называл «брага»), что позволило светилу психиатрии отпустить пациента с чистой совестью и диагнозом «алкоголизм». Собственно после этого к эльфу и приклеилась кличка «Сизый», сам-то он требовал называть его «темным эльфом». «Допиться до сизых эльфов» -  именно так отныне характеризовали свое состояние некоторые особо рьяные гости заведения.
 
Победоносное возвращение несостоявшегося сумасшедшего вызвало приток посетителей в питейное заведение. Если уж медицина не смогла опровергнуть принадлежность эльфа к эльфам (пусть и несуществующим), значит точно – эльф!
 
Чтобы снять с себя груз ответственности, миграционная служба решила выдать эльфу паспорт. Так и записали: имя «Сизый», фамилия «Эльф», национальность «Темный». Паспорт торжественно вручили, и эльф долго и вдумчиво чертил руны в учетной книге – писал свое настоящее имя со всеми титулами. Имя заняло три страницы, не смотря на протесты паспортистки.
 
Тем временем за столиком Сизого все чаще объявлялись представители природоохранных организаций. А у дверей проводились хаотичные митинги, призывающие занести эльфа в «Красную книгу» и «предпринять меры по сохранению редкого вида». Гуру науки (распихивая митингующих по пути к барной стойке) что-то бубнили по поводу мутаций и пластической хирургии ушей. Регулярно, засиживаясь с эльфом, ученые предлагали ему сдать анализы (на благо биологии), а после второй кружки – бескорыстно отдать себя на опыты (на благо всего человечества и их персональных диссертаций).
 
В местной оппозиционной газете появилась аналитическая статья: «Овечка Долли и Сизый эльф: генные опыты продолжаются?». На волне роста тиража газеты, эльфа вызвали в суд в качестве «вещественного доказательства». Судили маститого генного инженера, требуя признать эльфа результатом его антигуманных экспериментов. Подсудимый мотивировано отказывался признавать эльфа экспериментом и гуманоидом. В результате «вещдок» вообще признали антинаучным феноменом. Официально. Несомненно, эльф перестал бы считаться существующим, но наличие паспорта его спасло.
 
Защитники прав человека быстро сформировали «Организацию по защите прав эльфа» и объявили сидячую забастовку в поддержку Сизого, потеснив природоохранный митинг. На стыке двух общественных платформ (то бишь на ступеньках пивной) сидела группа растаманов, утверждая, что они готовы стать темными эльфами и, тем самым, перейти на высшую ступень эволюции. Также они были не против подписать какой-нибудь контракт на издание того, что они выдавали за эльфийские песни.
 
У Сизого эльфа от этих песен начала болеть голова, даже «брага» не помогла. Тогда он вышел на крыльцо и сказал, что покажет людям, как поются эльфийские песни. И показал. Конечно, многовековое отсутствие практики дало о себе знать, но это было ведомо только самому исполнителю. Митингующие жадно внимали каждой строчке. А эльф вошел в раж и даже попытался стренькать на растаманской гитаре, но инструмент был расстроен, и вместо лирического мотива получилось что-то просто жалостливое.
 
Защитники природы и поборники эльфов быстро стали объединяться в, хмм, Фан-клуб прямо здесь же, на ступеньках. Кто-то робко попросил автограф, и растрогавшийся певец минут двадцать писал ему руны на трех страницах.
 
Местная оппозиционная газета разразилась обличительной статьей: «Кто же скрывается под личиной эльфа-самородка?». Журналистская братия сплотилась в яростном желании уличить эльфа в плагиате. В ответ вся гильдия адвокатов пришла наниматься к Сизому и засыпала газетчиков исками о защите чести и достоинства. Ответчики на это обозлились и стали рыться в прошлом Сизого, уйдя в глубь веков на пять. Эльф узнал много нового о своих предках, за что остался журналистам вполне благодарен. Тогда издатели быстро подсуетились и выпустили его биографию. Биография неожиданно стала бестселлером и получила нобелевскую премию в области литературы за заслуги в налаживании контактов между цивилизациями. Журналисты поглумились над адвокатами, расплатились с исками и уехали покорять столицу.
 
А в пивную стали водить экскурсии. Столику эльфа придали статус мемориального. Официально. Лично мэр города приезжал. Столик огородили ленточкой и провели подробную опись охраняемого имущества. Эльфа тоже описали и передали в ведение Федерального агентства по сохранению памятников. Эльф пытался по наработанной схеме махать паспортом и утверждал, что его нельзя описывать, но паспорт изъяли и как особо ценный документ отправили в запасник краеведческого музея.
 
Теперь эльф сидит за мемориальным столиком и с интересом следит за экскурсантами. Особенно он любит детские экскурсии: дети всегда подкармливают его конфетами. Согласитесь, что пить круглосуточно пиво без закуски даже музейному экспонату тяжело. Даже ради всеобщего образования и развития туризма.