Семь оттенков черного

Вторник, 1 января 2008 г.
Просмотров: 2739
Подписаться на комментарии по RSS

 

 

- Дела этого мира больше не будут тебя волновать, Уильям Блэйк.

Джим Джармуш «Мертвец»

 

 

Gula

 

- Я умру. Ты умрешь. Все умрут. В свое время… Каждый в свое время… Извини, я отвлекся. Что ты говорил?

 

Вновь послышалось дребезжание полного отчаяния голоса толстяка.

 

- Оставить тебе жизнь? И думаешь, в твоем предложении есть рациональное зерно? Хотя бы для меня. Чем живой ты можешь мне быть полезнее мертвого?

- Я не хотел… Ты же понимаешь, что Дрейфус меня заставил. У меня…у меня просто не было выбора. Иначе, тоже самое он сделал бы и со мной.

 

Толстяк попытался перевернуться на бок.

 

- В том положении, в котором оказался я. У-увфф… У меня не было выбора.

- Выбор есть всегда. Даже тогда, когда его нет.

 

Человек с Револьвером подошел к лежащему на полу толстяку и вгляделся в его окровавленное лицо.

 

- Не убивай меня, я умоляю тебя! Я помогу тебе найти Дрейфуса. Да, да я все сделаю для тебя. Я найду его для тебя. Я знаю. Я знаю, где он сейчас скрывается.

- Конечно, поможешь. Иначе умрешь ты мучительно и мерзко. Ты же этого не хочешь. Лучше ответь мне, что ел сегодня?

- Что? Я-я не понимаю… Что я ел?

- Да, что ты сегодня ел?

- Овощной п-пирог…жареный тунец с грибами, суп-пюре…

- …эскалоп с гарниром, полдюжины колбасок, ломоть хлеба с печеночным паштетом, - продолжил Человек с Револьвером. - Ты любишь поесть хорошо. И много. Верно? В этом твоя слабость. Ты слаб. Но никто не подумает, глядя на тебя, такого толстощекого детину, что ты слаб. Ведь слабость твоя внутри.

- Прошу тебя, давай договоримся. Я буду полезен тебе! Я… я все сделаю… я… все…

- Заткнись! Лучше подумай о том, каким ты предстанешь перед Всевышним.

 

Толстяк перекатился на спину и завыл. Человек с Револьвером сел в кресло-качалку и оттолкнулся от пола носком сапога. Кресло пришло в движение.

 

- Послушай, толстяк! Даже если бы я, как нынешний владелец твоей никчемной жизни, решил бы ее переуступить, думаю, нашлось бы мало желающих заполучить ее. Сколько можно выручить за тебя? Как ты думаешь? Молчишь.

Твое тело, несмотря на кажущуюся силу, не приспособлено к тяжелому труду. Твой ум позволит тебе быть разве что заурядным счетоводом в какой-нибудь мелкой конторе. Твои таланты и способности… Хммм. На лицо один единственный навык, которым ты владеешь в совершенстве - это поедание пищи. Вот тут ты достоин хвалы! Скольких бродяг можно было накормить, поделись ты сегодня с ними обедом? Двух, трех, десяток? Но это умение, этот талант не принесет твоему возможному владельцу ничего кроме дополнительных расходов. Или я не прав? А, толстяк, почему ты молчишь?

 

Толстяк сплюнул на пол скопившуюся во рту кровь.

 

- Я скажу тебе, где найти Дрейфуса.

- И взамен ты, наверное, хочешь получить обратно…

- Небольшой городишко в трехстах километрах от нас на северо-восток…

- И взамен ты хочешь получить? – настойчиво перебил его Человек с Револьвером.

- Свою жизнь… Так вот, городишко под названием…

- Ория? Я прав? Дальше.

- Да… Дрейфус набирает людей в экспедиционный корпус. Насколько я знаю, он получил квоту на добычу какого-то редкого минерала в труднодоступных районах Пронции. И ему нужны наемники. Его новое имя…

- Гарбер? Корнелиус Гарбер.

 

Толстяк истошно закричал.

 

- Тише, тише. Как видишь, я знаю не меньше тебя, а посему обмен не состоится. Извини.

 

Толстяк, силясь разорвать связанные ремнем руки, налился кровавым цветом.

 

Человек с Револьвером поднялся с кресла.

 

- Мне пора. Ты можешь больше не кричать.

 

Резким движением Человек с Револьвером вскинул руку, нажал на спусковой крючок, и вырвавшееся наружу пламя принесло толстяку вечное успокоение.

 

Человек с Револьвером быстро дошел до двери, открыл ее и, не оборачиваясь, покинул комнату.

 

Superbia

 

- Господин управляющий, но…

- Какого черта! Я спрашиваю, какого черта?! Ты опоздал на целый час!

- Прошу вас, господин управляющий, виноват, но…

- Меня не волнует причина твоего опоздания, меня волнует и очень злит факт твоего неуважения к нашему банку и лично ко мне.

- Виноват, господин управляющий, виноват. Впредь, заверяю вас, такого не повторится.

- О чем вообще ты мне говоришь? Не повторится!? Да я уволю тебя к чертовой матери! Понял меня, недоумок! Я уволю тебя к чертовой матери!

 

Провинившийся служащий стоял напротив стола управляющего банком «Indulgentia». Он опустил голову, сгорбился и готов был провалиться под землю от стыда.

Долгие годы он честно выполнял свои обязанности, умом и трудолюбием снискал уважение коллег и благосклонность руководства, чтобы теперь… Его грубо и бесцеремонно отчитывал новый управляющий за первое опоздание в течение многих лет.

- Я уволю тебя без выяснения причин твоего проступка. Мне на них плевать, слышишь плевать!

Служащий вспомнил о тяжелобольном ребенке, оставленном дома. Его подрагивающие в приступе непрекращающегося кашля плечи, выбеленное изнурительной болезнью лицо, воспаленные глаза, молящие о помощи. Сегодня утром мальчик был особенно бледен; боль, появившимися морщинами, напоминала о бессонной ночи.

И он, как отец, просто не мог уйти, оставив его до прихода сиделки. Просто не мог…

 

Человек с Револьвером стоял у входа в банк.

Он посмотрел на карманные часы – без четверти девять. Нашел глазами окна кабинета управляющего банком – второй этаж. Окна зашторены. Человек с Револьвером открыл дверь и проследовал внутрь помещения.

 

- Приветствуем вас в банке «Indulgentia»! – навстречу вышел светловолосый юноша в деловом костюме.

- Как вы желаете, чтобы я обращался к вам? – юноша заискивающе улыбнулся.

- Господин…Гула. Да, Сэм Гула.

- Замечательно, господин Гула, чем могу служить вам?

- Я бы хотел разместить у вас деньги. Внушительную сумму, но мне нужны гарантии.

- Наш банк гарантирует абсолютную сохранность вашего депозита. Кроме того…

- Это славно, молодой человек, но я привык удостоверяться во всем лично, - перебил его Человек с Револьвером. – Или, по крайней мере, принимаю гарантии первого лица компании. Понимаете, о чем я?

- Да-а. Вы хотите переговорить с управляющим?

- Да, именно с ним.

- Я вас понял. Но, позвольте спросить, насколько большой суммой вы располагаете? Видите ли в чем дело…

- Неуместное уточнение. Внушительной, мой юный друг, внушительной.

- Извольте, я распоряжусь о встрече. Когда вам будет удобно?

- Сейчас же. Иначе… Есть в вашей городе другие банки?

- Я вас понял, господин Гула. Подождите, я распоряжусь подать вам кофе. Пожалуйста, присаживайтесь.

 

Спустя короткое время Человек с Револьвером в сопровождении юноши стоял у двери, ведущей в кабинет управляющего банком.

 

- Может быть, ты сравниваешь себя со мной? А? Ты – ничтожный клерк! Это я имею право самостоятельно распоряжаться своим временем! А ты… Тобой распоряжаюсь всецело я. Понял это! Пошел вон отсюда! Иди, работай пока.

 

Юноша постучал в дверь.

 

- Да!

- Господин управляющий, разрешите?

- Конечно, конечно, господин Гула, прошу вас! - воскликнул управляющий, увидев на пороге потенциально богатого клиента.

- Я могу идти, господин управляющий? – не переступая порог кабинета, спросил юноша.

 

Управляющий не ответил, толчком закрыв дверь. В нем еще не улеглось негодование.

 

- Прошу простить моих невежественных подчиненных, господин Гула.

- Ничего.

 

Человек с Револьвером прошелся по кабинету. Его внимание привлекли живописные полотна, украшавшие стены.

 

- Копии? – спросил он.

- Ну что вы. Подлинники. Конечно же, подлинники. А вы господин Гула…

- Сэм. Просто Сэм.

- Сэм, вы любитель живописи?

- Отдельных ее проявлений. Привлекает изящество форм. И фантазия автора.

- Да, прекрасные работы. А многие не ценят, не понимают истинного искусства. Желаете выпить, Сэм?

 

Человек с Револьвером отрицательно покачал головой.

 

- Тогда прошу вас. – Управляющий предложил гостю кресло рядом со своим столом.

- Я постою, с твоего разрешения.

- Да, да… конечно, - смутившись, ответил управляющий.

- Сэм, разрешите тогда перейти к делу. Какую сумму вы хотите разместить на депозите?

- Босх. Семь смертных грехов, - вполголоса произнес Человек с Револьвером, разглядывая одну из картин.

- Да, великолепная работа. Шедевр средневековья.

- Семь смертных грехов, - задумчиво повторил Человек с Револьвером. - Как ты думаешь, можно ли искупить такой грех?

- Извините… Давайте вернемся к делу, - управляющий, растерянно улыбнувшись, потер запястье правой руки. Ему показалось, что браслет часов сжимает его.

 

Человек с Револьвером продолжал стоять к нему спиной, сосредоточенно вглядываясь в изображенные на картине образы.

 

- Сэм, так какую сумму вы желаете разместить у нас в банке?

- Сумму?.. – отстраненно переспросил Человек с Револьвером. – Твою жизнь. Возможно?

- Что-о? Извините, Сэм, не понял вас.

- Твою жизнь. Толстяк сообщил мне, что она нынче дорога. Не так ли?

 

Управляющий повернулся и, не сводя глаз с гостя, боком двинулся к своему столу.

 

- Сэм, я не понимаю, почему вы говорите со мной в таком тоне?

- А ты подумай, Мэтью Джилингс? Или тебя теперь зовут иначе?

 

Управляющий остановился и, приоткрыв рот, потянулся за носовым платком.

 

- Мэтью, я пришел за твоей жизнью.

 

Управляющий небрежно вытер платком лоб.

 

- У меня много денег, я могу тебе их отдать. Очень много.

- Хочешь выкупить свою жизнь? Она ведь у меня сейчас. В залоге. Так у вас это именуется. Верно? Толстяк тоже предлагал мне похожую сделку. Я отказал.

- Ты не понимаешь, от чего отказываешься. Я говорю не о своих деньгах. Нет. Банковское хранилище. Я имею право единоличного доступа. Я могу отдать тебе все деньги! Ах, да! Картины. Забирай их все! Тебе же нравятся картины? Забирай все!!

- Я отказываюсь, Мэтью. Я отказываюсь.

 

Управляющий приблизился к Человеку с Револьвером и, схватив его за рукав, опустился на пол.

 

- Я…я все понял. Я виноват. Да, я виноват в ее смерти. Боже, как я виноват! Я искуплю свой грех. Я буду молиться за ее душу, прошу тебя…

- Грех твой не искупаем, ибо это смертный грех. И покараю я тебя за него. А за ее душу молиться не тебе. Что предпочтешь яд или пулю?

 

Управляющий, сжимая голову руками, звучно вздрагивал в такт плачу.

 

- Я спрашиваю, что предпочтешь?

- Охрана! Охрана, меня пытаются убить!! – Вскочив на ноги, управляющий кинулся к входной двери.

 

«Значит пуля».

 

Раздался выстрел, из ствола вырвалось скомканное пламя, и управляющий, схватившись за дверную ручку, медленно сполз на паркетный пол.

Человек с Револьвером, не прицеливаясь, выстрелил второй раз. Пуля попала в голову, окрасив деревянную дверь витиеватым кровавым пятном. Послышались встревоженные крики и приближающиеся шаги. Человек с Револьвером подошел к окну, раскрыл его и выпрыгнул наружу.

 

 

Luxuria

 

Человек с Револьвером лежал на низкой кушетке в полумраке комнаты. Сигарета то и дело загоралась ярким пятном, изо рта устремлялся плотный дым, прикрытое наполовину полотенцем лицо на несколько мгновений попадало в поток уличного света.

Человек с Револьвером в очередной раз глубоко затянулся, затушил сигарету и надвинул полотенце на подбородок.

Его снова посетили воспоминания.

 

Трепещущаяся в порывах колкого зимнего ветра входная дверь дома… Выхолощенное тепло домашнего очага, ускользающее через дверной проем…грязные отпечатки чужих сапог на полу… Пронзительный укол в сердце – предположение случившегося несчастья.

Потом – больше. Второй этаж…разбросанные повсюду вещи…пугающая тишина…раскрытая дверь в спальню… Ее рука! Она лежит на полу! Лежит в невообразимой для живого человека позе!! Она мертва!!! Боже всевышний, она мертва! Ее навсегда застывшие глаза, уже не излучают ничего. Они погасли, она угасла. Навсегда. Навсегда. Навсегда...

Человек с Револьвером рывком поднялся с кровати, посмотрел на часы. Пора!

 

Он поднял трубку телефонного аппарата. Набрал, указанный на обрывке сегодняшней газеты номер. В трубке послышались гудки.

- Да, я слушаю вас.

- Мне нужна женщина.

 

Монотонное потрескивание. Женский голос в трубке на мгновение замолк. На том конце провода прикрыли микрофон рукой. Послышались неразборчивые слова.

 

- Да, конечно. Каковы ваши предпочтения?

- Мне все равно. Мне просто нужна женщина.

- Пожалуйста, я записываю ваш адрес.

- Я сам приеду к вам, диктуйте свой.

- Но…видите ли в чем дело, господин…

- Сэм.

- Да, да, Сэм. Необходимо записываться заранее. У нас очень много постоянных клиентов.

- Я буду чрезвычайно щедр.

- В таком случае… извольте, записывайте.

 

Человек с Револьвером записал адрес. Положил трубку и стал собираться.

 

Его встретила высокая шатенка с длинными распущенными волосами. Алое шелковое платье уютно обтягивало притягательные анатомические выпуклости. Человек с Револьвером скользнул взглядом по фигуре девушки. Обнаженные плечи, глубокое декольте, обтянутые платьем бедра, загорелые ноги. «Портной поскупился на ткань, - подумал Человек с Револьвером. – И не зря».

 

Угрюмый охранник не сводил с незнакомого посетителя глаз.

 

- Мое имя - Сэм. Я звонил вам.

- Это я с вами беседовала, господин…

- Гула. Сэм Гула.

- Да, конечно. Вы знаете наши правила, господин Гула?

- Да.

- В таком случае необходима предоплата.

 

Человек с Револьвером достал из внутреннего кармана куртки бумажник и, отсчитав десять купюр, передал их шатенке.

 

- Этого достаточно?

- Более чем, господин Гула. Более чем.

 

Шатенка проводила Человека с Револьвером в номер, на двери которого красовались три большие буквы - «All».

Обнаженная, слегка полноватая девушка (на вид ей было чуть больше двадцати лет) поднялась с кресла и открыто улыбнулась новому клиенту.

 

- Меня зовут Елена, и в течение этой ночи я буду исполнять любые ваши желания. Я помогу вам раздеться.

 

Человек с Револьвером не двигался.

 

- Как вас зовут?

- Сэм. Не нашла лучшего применения своим способностям? Не поверю, что ты совсем бесталанна.

- Так распорядилась судьба, Сэм, - спокойным голосом ответила Елена.

- Хотя я знаю тебя не больше минуты, мне уже очевидно одно твое несомненное достояние – твоя красота.

- Спасибо, Сэм. Приятно слышать нормальные человеческие слова.

- Скажи, Елена, а человек по имени Бастиан…

- Немец?

- Да, немец Бастиан?

- Он сегодня здесь, у нас.

- Ты сообразительна, Елена. Второе твое очевидное достоинство. В каком он номере?

- Номер Катрин.

 

Человек с Револьвером улыбнулся.

 

- Немец у нас постоянный клиент.

- Спасибо. Ты должна устроить свою жизнь по-другому, Елена. Поверь мне, просто обязана.

 

Человек с Револьвером вышел в коридор. Навстречу попалась обнаженная лилипутка со спутанными рыжими волосами.

 

- Где комната Катрин?

- Я занята, господин.

- Пошли. - Жестко ухватил ее за руку Человек с Револьвером. – Я не к тебе.

 

Высокий худощавый мужчина с костистой впалой грудью лежал на спине. Его глаза были закрыты перевязанной на затылке черной атласной лентой. Он был абсолютно гол.

- Это ты, моя великолепная тварь? Моя похотливая шлюха!

 

Человек с Револьвером, не отпуская руку лилипутки, кивнул ей.

 

- Это я, мой ненасытный хозяин.

- Сегодня ты должна, как следует ублажить меня. Слышишь, как следует. Чтобы я вернулся домой и был примерным семьянином и любящим мужем. Ты все поняла? Я хочу, чтобы ты долго и ласково облизывала мой член, нежно игралась с моими питомцами в кожаном мешочке. Я хочу, чтобы ты вылизала меня всего! Особенно тебе придется поработать язычком вокруг моего темного глаза. Сегодня у тебя много работы, Катрин. Слышишь меня? Да, кстати, - мужчина потянул руку к повязке. – Ты сказала Тому, что мне нужен сегодня его толстый член…

 

- Почему же ты замолчал, Бастиан?

 

Человек с Револьвером жестом указал лилипутке на кресло. Прислоненный к губам палец попросил ее о послушании.

 

- Говори, Бастиан. Как бы ты хотел использовать толстый член Тома?

 

Немец молчал. Его лицо исказила гримаса страха. Глаза нездорово блестели.

 

- Катрин, как Том использует свое орудие?

- Он имеет его в зад, - бесхитростно ответила лилипутка.

- Ясно. А жена, Бастиан, жена в курсе твоих развлечений? Конечно, нет. Молчишь. Ты узнал меня? Отвечай.

- Да, - выдавил немец. – Я узнал тебя. Пришел меня убить, хочешь отомстить за ее смерть.

- Ты удивительно прозорлив.

 

Человек с Револьвером посмотрел на часы.

 

- Извини, не уделю тебе столько же времени, как толстяку и Джилингсу. Встань на четвереньки и повернись ко мне задом.

- Ты хочешь…

- Хочу выместить злобу способом, который тебе привычен. Вставай.

- Отымей меня в зад. Да, давай! Ты же этого хочешь. Зачем тебе убивать меня, если есть более унизительные варианты!?

- Только не для тебя.

 

Немец выполнил приказание Человека с Револьвером, покорно выставив вперед тощий зад.

- Подними голову, - медленно произнес Человек с Револьвером.

- Ну же! Давай! Всади в меня свое возмездие! - отрывисто прокричал немец.

- Не дождешься, - прошептал Человек с Револьвером, резко выхватил из кобуры пистолет и, приставив ствол к анальному отверстию немца, мгновенно выстрелил.

 

Пуля прошила тело насквозь по горизонтали и с характерным звуком, выбив несколько передних зубов, вылетела наружу.

Немец с предсмертным хрипом повалился на кровать.

 

Лилипутка испуганно посмотрела на Человека с Револьвером.

- Тс-с-с, - приложив палец к губам, произнес он, и хлопнувшая дверь возвестила о его уходе.

 

***

 

Дрейфус откинулся на спинку кресла и в задумчивости дотронулся до давно не бритого лица. В дверь постучали. Дрейфус поднял со стола пистолет и направил его в сторону двери.

- Кто там?

- Дрейфус, это я Алессандро.

 

Дрейфус узнал голос, но оружие не опустил.

- Входи.

 

Алессандро Маретти проследовал в кабинет Дрейфуса.

 

- Зачем пришел?

 

Маретти поднял руки, предлагая удостовериться в том, что безоружен.

 

- У меня плохие новости, Дрейфус.

- Рассказывай. – Дрейфус опустил пистолет.

- Может, предложишь выпить?

- Валяй.

 

Маретти налил себе в стакан виски, и поднял глаза на Дрейфуса.

 

- Нет, мне не надо. Садись, рассказывай.

- Дай хоть отдышаться с дороги. Я, между прочим, только что приехал. Эти поезда. Разные попутчики… - Маретти провел ладонью по кромке стакана. - Мне пришлось ехать в купе с каким-то бухгалтером в невероятном щегольском наряде. Ехал в город Машин. Представляешь? В его-то виде! Так он всю дорогу не сводил с меня испуганных глаз, сжимая в руках здорове-е-енный саквояж. (Маретти попытался изобразить странного попутчика). Наверное, я сильно напугал его своими рассказами. Но ведь, это город Машин…

 - Послушай, Маретти, у меня очень мало времени! - подавшись вперед, прорычал Дрейфус. - Так что выкладывай быстрее, мать твою!

- К чему так злиться, Дрейфус. Кстати, отличный скотч. Твое здоровье!

 

Дрейфус поднялся с кресла, перегнулся через стол и направил на Маретти оружие:

- Выкладывай, я тебе сказал!

- Гнев тебя погубит. Я прибыл-то именно к тебе по очень важному делу. А ты так неприветлив. Зря… Тебя ищет Блэйк.

- Блэйк!?

 

По ощетинившемуся лицу Дрейфуса явственно пробежала тень застарелого страха. Воспоминания яркими пятнами проступили на зыбкой поверхности памяти.

 

- Он в городе? - после скоротечного замешательства спросил Дрейфус.

- Будет скоро. Я налью себе еще?

 

Маретти поднялся и направился к бару.

 

- Как… как он узнал? И кто тебе сказал? Откуда ты знаешь?

- Поверь мне, через пару дней он будет в Ории.

- Ублюдок…

- Ты считаешь? Я бы так не говорил. После того, что мы сделали с его сестрой…

- Закрой свой поганый рот. Эта сука сама виновата, не надо было лгать мне! Ложь всегда очень злит меня, особенно, когда я знаю, что человек врет.

- Как скажешь. – Маретти пожал плечами. - Да, кстати, неделю назад убили толстяка. Догадываешься, кто бы это мог сделать?

- Значит, он разыскивает меня, чтобы отомстить…

- Ты невероятно догадлив, Дрейфус. И не только тебя, вероятно, но и меня и всех остальных, кто причастен к ее смерти.

- Ублюдок, во что он ввязался? Да я раздавлю его, кто он вообще такой, этот Блэйк?! А? Ты где остановился?

- В Итаке.

- Ладно, вечером встретимся у меня дома. Надо подготовиться…

 

Acedia

 

Человек с Револьвером сразу отыскал этот дом среди других. Жалкая развалина на окраине города. Казалось, что никто давно не живет в ней. Лишь вездесущие пронырливые крысы и посещают этот дом изредка. Да соседские собаки иногда забредают на дикий участок, чтобы справить нужду.

Покосившийся серый забор. Сломанная калитка. Заросший травой участок. Одноэтажный облезлый дом. Одно из оконных стекол разбито, отверстие закрыто листом фанеры. Запустение и уныние.

Наверное, ночью здесь особенно тоскливо.

Человек с Револьвером приотворил калитку и пошел по направлению к дому. В темной траве что-то прошуршало. Послышался сдавленный визг, хруст костей и чье-то жадное урчание.

Он подошел к входной двери и попробовал ее открыть. Дверь была заперта и, судя по отсутствию следов на грязном пороге, из дома давно никто не выходил.

Пришлось пробираться внутрь через окно.

 

Затхлый воздух, запах гниющего мусора неприветливо встретил его внутри дома. Человек с Револьвером чиркнул о коробок спичкой.

Он медленно продвигался вглубь дома. Повсюду были разбросаны грязные вещи, какие-то бумаги, остатки пищи с темными пятнами плесени. Предметы мебели были изгажены какой-то темной жидкостью.

В одной из комнат Человек с Револьвером наткнулся на полуразложившееся тело кошки.

В самой дальней комнате горел свет.

Человек с Револьвером приблизился. Ноздри вновь поразил ужасный запах. Но на этот раз немного другой. Так пахнет разлагающаяся человеческая плоть. Этот запах ни с чем не спутаешь.

В кровати лежало нечто. Покрытое темно-красными язвами лицо, торчащие из-под одеяла кисти рук с отметинами зачинающегося тления, более подходящие трупу, нежели живому человеку. Провалившийся нос, зияющее чернотой отверстие свища на щеке, запавшие глаза… Но… Это был именно живой человек! Он медленно повернул голову в сторону вошедшего.

- Ты можешь разговаривать? – нарушил тишину голос Человека с Револьвером.

 

Полуистлевший человек молчал.

 

- Узнал меня?

 

Еле различимый кивок в ответ.

 

- Тогда знаешь, зачем я пришел. Ты болен?

 

Человек глазами указал на лежащее на столике письмо.

 

«Я, будучи в здравом уме и твердой памяти, добровольно отказываюсь от всего, что присуще человеку. Все стремления – тщетны, все заслуги – ничтожны, все приобретения –временны. Тогда к чему все эти действия, прозванные жизнью? Я отказываюсь от жизни, но не призываю смерть. Пусть будет то, что будет. Меня не интересует моя судьба, мое тело, мой разум. Я безразличен ко всему происходящему во внешнем и внутреннем мире. Я, добровольно заточая себя в доме, обрекаю свою судьбу на угасание. Если вы попали в мой дом, знайте – ничего не предпринимайте! Оставьте меня здесь и уходите».

 

- Я прочитал. Честно говоря, мерзкое зрелище. Но я не смогу выполнить твою просьбу.

 

Полуистлевший человек закрыл глаза.

 

Человек с Револьвером вытащил пистолет и выстрелил несчастному в голову.

«Это даже не мщение, а освобождение тебя от мира, и мира от тебя. Прощай».

Разгорающееся пламя медленно охватывало дряхлую плоть полусгнившего дома.

 

 

Avaritia

 

Служащий местной станции железной дороги открыл окошко.

- Мне один билет, до Ории.

- Какого класса желаете?

- Мне все равно. Мне просто нужно быть там и как можно скорее. Понимаешь?

 

Мрачное лицо Человека с Револьвером разъяснило все клерку лучше любых слов.

 

- Да. Вот, пожалуйста, один билет первого класса.

 

Поезд набрал приличную скорость. Вагон шатался. Человек с Револьвером, прислоняясь к стенам, медленно следовал по плохо освещенному мигающими лампами коридору. Снаружи вагона мерцал размытыми огнями какой-то поселок. Мерный стук колес вселял в спящих уверенность в завтрашнем дне. В то, что он обязательно для них наступит.

Человек с Револьвером остановился напротив нужного купе.

 

- Здесь? – спросил он мелко трясущегося проводника. Ствол пистолета уперся железнодорожному служащему в спину. – Открывай.

Проводник со второй попытки вставил в скважину ключ и два раза провернул его. Человек с Револьвером надавил на дверь – та поддалась.

 

- Когда будет Ория? – тихо спросил он.

- В час сорок.

- Можешь идти. Только будь хорошим. Проводником.

 

В одиночном купе спал мужчина. Он лежал на спине, обнажив из-под покрывала женоподобную полную грудь.

Человек с Револьвером закрыл дверь.

Рот спящего был приоткрыт, сгусток слюны застыл на щеке.

«Вот мы и с тобой встретились, - подумал Человек с Револьвером. - И теперь уж тебе не уйти. Пришло время расплаты. И никто не защитит тебя. Никто».

В памяти забрезжили осколки прошлого. Прошлого, которого не изменить. Не исправить. Оно незыблемо. Вернуть ее уже нельзя…

Они тогда перерыли весь город. Искали его везде. Но все безрезультатно. Никто ничего не знал. Молчала и сестра. Вероятно, они бы так и ушли, оставив ее посреди собственного разбитого дома, израненную, но не предавшую брата. Если бы этот человек не предложил ее убить. Он очень боялся, что она запомнит его лицо.

- Скотина!

 

 

Человек с Револьвером еще какое-то время стоял подле спящего, разглядывая его. Вагон качнуло сильнее обычного, и левая рука спящего выскользнула из-под покрывала вниз. На безымянном пальце прочно обосновался массивный золотой перстень, унизанный многочисленными бриллиантами.

Человек с Револьвером наклонился и резко ударил спящего в солнечное сплетение.

Мужчина согнулся, выпучив обезумевшие глаза, и широко раскрыл рот, словно желая откусить от воздуха большой кусок. Человек с Револьвером вырвал подушку, набросил ее на лицо мужчины и надавил. Скоротечные попытки спастись окончились ничем, и руки мужчины безвольно повисли на шее Человека с Револьвером.

Обмякшее тело опустилось на постель. Человек с Револьвером перекрестился и мысленно перечеркнул слово «Avaritia».

- Осталось два.

 

Поезд дернулся и стал тормозить.

 

«Ория – как раз вовремя», - подумал Человек с Револьвером и, покинув купе, сошел с поезда.

 

***

 

Задымленное пространство бара. За столиком в углу сидят Маретти и Дрейфус.

Маретти заметно взволнован. Он берет со стола бутылку рома и наливает себе полный стакан. Вопросительно смотрит на Дрейфуса. Рука с бутылкой чуть заметно трясется.

 

 

- Я же сказал, мне не надо.

- Ты уверен, что все пройдет гладко?

- Доверься мне.

 

Мареттти отпивает половину содержимого стакана.

 

- А я не уверен. Рискую-то в первую очередь я. И, между прочим, всем.

- Твое предложение? Тогда, пасть закрой!

- Молчу, молчу.

- Все готово. Блэйк первым решит расквитаться с тобой. Меня, как организатора, он наверняка оставит напоследок. И придет он к тебе именно сегодня. Ближе к ночи. Как я уже тебе говорил - я и двое моих людей устроим засаду в твоем номере. У него ни единого шанса.

- А как Блэйк узнает, где я остановился?

- Уже узнал.

 

Invidia

 

Маретти вернулся к себе в номер в начале десятого вечера. Позже к нему поднялся Дрейфус в сопровождении двух мужчин. Через час все было готово для встречи Блэйка.

Маретти лежал на застеленной кровати и курил. Тревожные мысли роем мерзкого гнуса кружили в его голове. Несмотря на то, что он был изрядно пьян, ожидание мучило его. Сердце усиленно форсировало нагнетание плоти адреналином. Маретти поднялся и подошел к столику.

 

- Черт… с досадой проговорил он, убедившись, что бутылка рома бесстыдно пуста.

- Дрейфус, - позвал Маретти.

- Я же предупреждал, твою мать, - яростно прохрипел из соседей комнаты Дрейфус.

- Спокойно. Я лишь хотел заказать выпивку.

- Из номера не выходи.

- Конечно.

 

Маретти поднял телефонную трубку и сделал заказ.

 

Спустя короткое время в дверь постучали.

 

- Мистер Маретти, ваш заказ, - донеслось из коридора.

- Да, заходи.

 

Юноша в мятом костюме прошел в номер и поставил поднос на стол. Мареттти рассчитался с ним и закрыл дверь.

 

- Спокойно, все в порядке.

- Ты уже надрался, как смазливая баба, - донесся голос Дрейфуса.

- Еще чуть-чуть, для храбрости. – Маретти попытался улыбнуться.

 

Он положил в стакан несколько кубиков льда и налил рома.

 

- За успех, - тяжело выдохнул он и одним глотком опустошил стакан.

 

Наступила тишина.

 

«Этот ублюдок не остановится. Не лучше ли было уехать из города, ко всем чертям?.. Оставить дело и убежать? Ты смешон! Сегодня все будет кончено. Ты лично всадишь последнюю пулю в лоб этого ублюдка. Как его сестре!» – Дрейфус нервно оскалил зубы. Переложил пистолет в другую руку. Правая ладонь заметно вспотела.

 

- Маретти?

 

Никто не ответил.

 

- Маретти, мать твою!?

- Энди посмотри.

- Док, он мертв.

 

Ira

 

Дрейфус растерянно оглядывал полулежащего на кровати Алессандро Маретти. Глаза его были открыты, в углу рта затаилась кровь.

 

- Яд… - тихо проговорил Дрейфус.

 

Энди взял со стола бутылку рома.

 

- Да, это ром. Какой-то быстродействующий яд, - добавил Дрейфус. – Ублюдок…

 

Резко распахнулась дверь.

Раздались выстрелы. Помощники Дрейфуса, дернувшись в стороны, беспорядочно палили в стены. Открывший дверь человек лежал на полу в коридоре и целенаправленно расстреливал устроивших засаду.

- Вшшш!! - пронеслось что-то внизу и Дрейфус, ужаленный болью, повалился на бок – пуля пробила ногу.

Послышалось чье-то гнетущее душу предсмертное всхлипывание. Звук упавшего на пол тела. А потом наступила тишина.

 

Дрейфус попытался подняться.

 

- Лучше не двигайся. - Ствол пистолета безразлично смотрел ему прямо в лицо. Это был Блэйк.

- Сейчас здесь будут мои люди, - выдавил Дрейфус.

- У меня есть время, - сказал Человек с Револьвером, пятясь к дверному проему.

 

Держа голову Дрейфуса на мушке, он прикрыл дверь.

 

- Ты помнишь ее имя?

- Ira?

- Так вот, тебя я убью за нее.

- Валяй, ублюдок. Но знай, тебе не быть там, куда ты так мечтаешь попасть. А знаешь почему?

 

Энди, с трудом сдерживая наплыв разрывающей сознание боли, сжал скользкую рукоять пистолета.

 

- И почему же? – ухмыльнулся Человек с Револьвером.

- Все грехи могут быть прощены, если человек раскается. У тебя неверная информация о том месте. Карая нас за смертные грехи, ты ничего не приобретешь.

- Вероятно. Но мешки с костями, одним из которых станешь и ты, не будут больше громыхать. Я согласен на то, чтобы просто увидеть вас мертвыми. Всех.

- Тебе не попасть туда.

- Значит, я отомстил за ее смерть. – Человек с Револьвером улыбнулся и выстрелил Дрейфусу в лоб.

 

Спустя мгновение Энди направил на Блэйка оружие и, теряя сознание, нажал на спусковой крючок…

 

***

 

Человек без Револьвера, прикрывая глаза ладонью, шел в гору. Солнце ослепительно разливалось теплом и светом вокруг, не давая возможности смотреть вверх. Легкий ветер шевелил волосы. Человек без Револьвера избавился от сковывающих движения остатков тлеющей одежды и ускорил шаг.

 

Слева мелькнуло темное пятно.

- Сто-о-ой!! – истошно выкрикнул кривляющийся толстяк, пытаясь собрать воедино неумолимо распадающееся тело.

 

Клокочущий звук возвестил о разорвавшемся теле бывшего управляющего банком.

 

Немец Бастиан сделал несколько широких шагов, пытаясь настичь удаляющегося Человека без Револьвера, но выпавшие на пыльную дорогу внутренности остановили его, и жаркое солнце спешно сожгло его плоть.

 

Переполняющая естество безмятежность. Спокойствие, как нечто непостижимое раньше. Солнце, ласкающее лицо. Тепло, согревающее продрогшее за долгую жизнь тело.

 

 

Ворох бессмысленных слов, унизанный чьими-то просьбами, мольбами, упреками, пожеланиями, обещаниями, предостережениями шумно скатился вниз.

 

В стороне хлюпнул, растекаясь по каменистому склону, еще кто-то.

 

С неба упали, похожие на птичий помет, обгоревшие ошметки тела.

 

Последним появился Дрейфус. Он почти нагнал Человека без Револьвера. Искаженный гримасой страдания, Дрейфус схватился за его ногу, беззвучно прорычал последние слова и, отцепившись, быстро распался на множество исчезающих в потоке солнечного света кусков гниющего мяса.

 

Человек без Револьвера остановился и, смахнув с плеча чей-то предсмертный стон, с вечной улыбкой двинулся дальше.