Рубеж памяти

Вторник, 1 января 2008 г.
Просмотров: 3388
Подписаться на комментарии по RSS
Автор: Максим Рябинин (Тореас).
Зашипела догоравшая свеча, стоящая возле полупустого пузатого кувшина с дешевым крепким вином. Жуткая на вкус, но шибающая по мозгам бурда была до ужаса кислой и противной. Но сегодняшнему посетителю было совершенно все равно. Отсутствующий взгляд замер на потемневших от времени бревнах стены. Лишь время от времени постоялец брал бокал и делал основательный глоток. После чего бокал плавно возвращался на стол.
Робкий язычок пламени от оплывшего огарка дрожал, грозя вот-вот погаснуть. На стенах небольшой комнаты в таверне на окраине Дэйна устраивали свой прощальный танец тусклые тени, изгибаясь, словно в немой муке.
Огонь свечи еще пару раз колыхнулся и окончательно угас. Лишь рдеющие в камине угли продолжали освещать комнату багровым. Цветом крови.
В этот момент во взгляде постояльца появился живой блеск – словно наяву перед глазами замелькали обрывки утерянных воспоминаний. Рубеж, отряд, лица товарищей… потом провал… cтрах и животный ужас в стекленеющих глазах умирающих… и кровь… на ладонях, одежде, лице…
В ладони, жалобно хрустнув, треснул бокал. Кулак разжался, и кровь из порезов смешалась с вином. В руке запульсировала боль.
“А про меня ты не забыл?” – прошелестел скользкий шепот в сознании.
 
                                                                   ***
 
Позади остались седые камни Ардентона – пограничной крепости на южном краю Топей. По правую руку лежали бурые просторы болотных хлябей с зелеными прожилками поросших кустарником островков. Слева, вдалеке, виднелась голубая лента реки, и у самого обреза горизонта обозначились шпили Дэйна. А перед глазами отряда страйдеров – тех немногих, кто отваживается пересекать Рубеж – с каждой пройденной милей вырастали древние стены.
…Никто не знает, когда появился и кем был возведен Рубеж – благо и проклятие Предела. Но на памяти многих поколений он был всегда, как и Твари, приходящие из-за него. Ни маги людской расы, ни какой-либо иной не могли объяснить, что же происходит на севере, за великой пограничной стеной, на которой вечно бодрствовал неусыпный дозор. Решить данную проблему оказались бессильны даже глумы – раса прирожденных волшебников, те, кто открыл чудесное свойство Камней Силы – кристаллов, позволяющих черпать Силу словно бы из ниоткуда. Магический взор туманила разноцветная пелена, будто сотканная безумным мастером, состоящая из мельчайших обрывков цветов, находящихся в вечном движении, хаотической калейдоскопической пляске.
Лишь единицы отваживались пересекать Рубеж, но от них бесполезно было что-либо выведать. Несмотря на таящиеся на каждом шагу опасности, Зарубежье служило для них источником дохода. Практически каждый раз, возвращаясь из похода, они приносили с собой Камни Силы, что за большие деньги скупала Школа Магии. Поэтому желания делиться знаниями о землях за Рубежом у страйдеров не возникало. Напротив – эти сумрачные люди образовали отдельную касту вечных странников, живущих по своим собственным законам и устоям…
 
Отряд из пятерых страйдеров достиг Врат – единственного известного людям места, где была возможность перейти Рубеж. Стража их пропустила без вопросов – еще бы, смельчаков знали в лицо и в тайне завидовали их мужеству. Из Зарубежья не возвращались отряды и по полусотне обычных воинов, а этим хоть бы хны.
- Удачной охоты, Зарам! – капитан стражников приветливо махнул рукой лидеру страйдеров. Тот лишь кивнул в ответ – многословность не числилась среди его каждодневных талантов.
Створки Врат разошлись на короткое мгновение, открывая путь в неизвестность…
 
…В сердце того, что зовется Зарубежьем, пульсировало, билось нечто. Мерцающий сгусток, словно не обретший форму гигантский спрут, раскинул свои невидимые титанические щупальца по северным землям. Бесконечные потоки образов со всех сторон, яркие и будто размытые в тумане видения – рыщущий по окрестным землям взор был в чем-то подобен бессмысленному взгляду новорожденного, что, не сознавая себя, стремится объять окружающий мир во всей его красе, раскрыть все его тайны.
Необъяснимая легкость. Полет. Сознание плывет в небе, испещренном танцующими огнями, словно претворяя в действительность все те мысли, что наполняют его. Властелин всего и вся в создаваемой им же самим реальности.
Для чего же это? Как и всякому младенцу, хотелось лишь одного – играть.
Горы и моря, реки, холмы и глубочайшие провалы – все это возникало и исчезало за доли мгновения, повинуясь неуемному желанию самозваного Творца. Наконец, он решил, что достаточно. Поле для задуманной игры великолепно, за исключением, быть может, мелочей. Но необходимые поправки можно вносить и по ходу действа. Оставалось только одна проблема – игрушки. А они, как назло, не хотели получаться. Так хотелось создать идеальных марионеток, только понятие идеала менялось быстрее, чем разум успевал воплощать задуманное.
Прочь! Прочь! Незримые руки с силой отшвыривали неугодные образцы к дальней стенке его огромной комнаты, где те имели обыкновение исчезать. Сознание пока не заботилось, отчего так происходит.
А тем временем люди на Рубеже отбивались от появляющихся словно бы из ниоткуда тварей, которых прежде глазу человеческому видеть не доводилось. Жвалы, клыки, сочащиеся ядовитой слюной; перепончатые крылья, многосуставчатые лапы, щелкающие угрожающего вида клешнями – всего разнообразия форм было и не перечесть. И неизвестность не останавливалась на достигнутом - ни одна из тварей не была похожа на другую…
 
- Кэлси! Пригнись! – совсем молодой страйдер с только начинающей курчавиться короткой белокурой бородкой едва успел уклониться от летящей ему в голову клешни. Огромное, так схожее по форме с крабом существо, только превосходящее в размерах своего морского побратима, появилось, будто бы из воздуха, тут же принявшись с потрясающей скоростью орудовать клешнями.
В агатовые буркалах глаз не отражалось ни ненависти, ни страха, ни всех тех эмоций, какие вправе испытывать животные, стоит кому-либо вторгнуться на их территорию. Напротив – пустота… ничего. Словно бездумный голем, созданный кем-то из чародеев только с одной целью – повиноваться господину, выполнять его приказы. И сейчас целью “краба” были пять небольших, но вертких фигурок, что никак не желали расставаться с жизнью. Они упорно уклонялись от атак чудовища.
Прошло пять долгих минут. Из многочисленных ран на теле монстра, шипя и пузырясь, вытекала какая-то белесая жидкость, которую даже кровью назвать было нельзя. “Краба” уже шатало. Начиналась агония, но чудовище и не думало бросать схватку, по-прежнему пытаясь достать хотя бы одного противника.
На людях не было ни царапины. Страйдеры были опытны, если не считать Кэлси, но тот, видимо, превосходно усвоил уроки старших. Хотя молодого воина так и подмывало ринуться на монстра и свалить его одним ударом. Наверное, он и сам не понял, что подтолкнуло его, заставило броситься в кажущуюся самоубийственной атаку…
- Куда!!! – возглас Зарама был схож с ревом пещерного медведя, а его прыжку позавидовал бы любой пустынный лев. Мелькнувшее в полете тело сверкнуло стремительным стальным росчерком. Правая клешня “краба”, уже летевшая к Кэлси, отлетела, отсеченная умелым ударом. Секундой позже клинок юного воина, который умудрился запрыгнуть на спину чудовищу, рухнул, пронзая антрацитовый панцирь на голове монстра. Страйдер едва успел соскочить с загривка умирающего чудовища.
“Краб” опрокинулся на спину, суча всеми восемью лапами. Тело еще с минуту билось в конвульсиях, пока меч командира отряда, не прервал затянувшуюся агонию. Последовавший следом взгляд Зарама обжег Кэлси подобно удару плети. Юный воин виновато опустил голову, предчувствуя нагоняй. Это было бы, по крайней мере, заслуженно.
Но опытный страйдер промолчал. Зачем, лишние слова, когда Кэл и сам прекрасно понимает свою вину. Он рисковал не только своей жизнью, но и жизнями товарищей. Команда сильна только тогда, пока она действует едино, слаженно. Если же каждый будет пытаться выделиться, то это приведет лишь к тому, что в Зарубежье останутся белеть не один, а все пять костяков…
 
                                                                   ***
 
Зарам… - воспоминания вызвали жгучую боль. Голова горела, словно охваченная раскаленным металлическим обручем, который все теснее и теснее сжимает свои объятия. С глаз закапали непрошеные слезы.
Почему жив я, а вы нет… Чем я заслужил подобной кары! – ладонь, с которой продолжали скатываться темные капли, сомкнулась на горле кувшина. Плевать на разбитый стакан, на саднящие порезы! Зачем память решила вернуться и терзать его? Как теперь Кэлу хотелось напиться и забыться, чтобы уснуть и, пробудившись поутру,  ничего и никогда больше не вспоминать!
“Ничего не получится, и ты знаешь!” – гнилостное нашептывание вновь дало о себе знать…
 
                                                                   ***
 
- Идемте, - донесся голос скрывшегося за ближайшим невысоким холмом командира. Четверых оставшихся не надо было просить дважды. Перед ними стояла четкая задача, которую они намеревались выполнить как можно быстрее. А до предполагаемого места было порядка полутора дней пути.
Кристаллические кустарники, дающие миру Камни Силы, тоже не растут, где попало. Зараму и его отряду было известно лишь одно место - в пещерах под Танцующими Холмами, что постоянно меняют свое местоположение и структуру. Впрочем, даже в этих, казалось бы, необъяснимых явлениях, прослеживалась логика. Раз в полгода Танцующие Холмы появлялись в двух днях пути к северо-востоку от Врат.
Нужно было проделать нелегкий путь по кишащим тварями землям, чтобы только добраться до холмов. После чего пройти по опасному вечно меняющемуся лабиринту тоннелей в самое сердце, где живет магия… Всего ничего. Страйдеры привыкли.
 
… Проклятые куклы!
Сознание досадовало, гневалось, приходило в ярость, но ничего не могло поделать. Идеальными игрушки получаться никак не хотели. Очередной образец оказался отброшен. Но Сознание не стало возвращаться к своей всегдашней работе. Что-то кольнуло на самой границе восприятия. Легкие эманации, идущие от дальней стены, были знакомы и неузнаваемы одновременно.
Мерцание Сознания стало более частым. Воздух пронизали сполохи интереса. Ведь подобного в собственные игрушки он не закладывал. И самое главное, почему раньше он не замечал подобного?
Поток посторонних образов на время затопил, заставил забыть о своих неудачах. Дальняя стена, так вот ты какова… Целая группа неизвестных объектов удалялась от тела его сломанной марионетки. То, что игрушка пришла в негодность, совершенно не волновало существо. Перед собой он видел другие, более совершенные конструкции.
Пульсация стала еще более интенсивной. Кому-то удалось больше, чем создать просто бездумных марионеток. Они могли думать, чувствовать, воспринимать окружающий мир.
Нечто почувствовало определенное родство с этими объектами.
Взор обратился на одного из незнакомцев, того, кто прожил меньше других. От него шла самая мощная волна эмоций. Разум, подобно губке, впитывал все до последней капли.
Молодая горячая кровь, что кипит в жилах, заставляя порой совершать нелепые поступки. Проявить себя, выделиться перед другими, блеснуть умением… Меч в руке и валящееся под ноги тело врага… Ярость, досада на самого себя, чувство вины и желание ее загладить…
Сознания на мгновение слились, и нечто потонуло в потоке чужих воспоминаний, образов…
 
Отряд расположился на привал в уютной лощинке, поросшей густой травой. До Танцующих Холмов оставался дневной переход…
 
Названия и ощущения были внове. Все, что было взято из памяти страйдера: его чувства и переживания - постигалось и вызывало удивление. Разум Кэлси еще пытался сопротивляться чужому вмешательству, но был не более чем небольшой помехой – быстро затих в возведенной клетке.
Оставался необследованный самый дальний уголок сознания. Черный, как сама ночь, и горячий, как огонь в горниле, клубок чувства рос прямо на глазах. Сознание жадно притронулось к нему.
Чужая ненависть охватила Сознание. Разум юного страйдера яростно бросился на прутья клети, которые, казалось, чуть подались его напору.
 
Ненависть. Не важно к кому. Ее пламенный поток обжигал…
Рука Кэла помимо его воли сжала меч.
- Кэлси, что… - и ближайший из страйдеров рухнул на землю, добавляя красных оттенков к палитре трав. Остальные не успели даже клинков поднять. Зарам и тот…
Кровавый смерч прошелся по небольшой стоянке странников Зарубежья, оставив за собой лишь багряные капли и мертвые тела под разноцветным полотнищем неба.
В последний момент разум молодого воина сумел сломать свое узилище, и столкновение сознаний, незримый поединок воли затмил прошлое. Утопил его в небытие.
 
                                                                   ***
 
- НЕТ!!!
Разлетелся градом осколков брошенный кувшин с вином. По стене скатились кислые капли.
“Да. Это ты убил их!” – чуждое сознание, казалось, развлекается.
- Это был не я! – в темноте глаза Кэлси разгорелись, засверкали безумием, - это… это…
“Скажи это своим друзьям. Ты пытаешься оправдаться перед самим собой и только”
Кэлси со всех сил сжал голову в ладонях, словно пытаясь заглушить звучащий в ней голос.
“Не поможет. Память не обмануть. Правда, я могу помочь ей заснуть”, – незримый собеседник был исполнен уверенности, - “Иначе нельзя”
- Я тебя ненавижу…
“За это твои товарищи могли бы сказать еще одно «спасибо». Если бы не твоя ненависть ко мне… Вы, люди все-таки так несовершенны”
- Я убью тебя! – сквозь стиснутые до боли зубы вырвалось сдавленное шипение, лишь отдаленно напоминающее человеческую речь.
“Интересно, как тебе это удастся? Можешь попробовать!” – в голосе послышалось некое злорадство.
Рука страйдера вырвала кинжал из ножен…
 
Утром хозяин таверны, придя будить заспавшегося постояльца, обнаружил только коченеющее в луже собственной крови тело…
 
                                                                   ***
 
В сердце того, что зовется Зарубежьем, пульсировало, билось нечто…
Автор: Максим Рябинин (Тореас).