Побег из замкнутого круга

Вторник, 1 января 2008 г.
Просмотров: 2718
Подписаться на комментарии по RSS
Исследовательский корабль «Peregrinus» вышел из гипера неожиданно и явно не в том месте, куда намеревался попасть. На вахте в этот момент был навигатор корабля – Сэм Джонсон. И он не мог поверить своим глазам: навигационные приборы вели себя так, как будто в них вселился нечистый дух (Сэм, как и все американеры, верил в существование нечистой силы). В таком ступоре он находился вплоть до прихода капитана Кедрова, которого, согласно инструкции, он вызвал сразу по возникновению нештатной ситуации.

- Что произошло, Сэм? Почему мы выпали из гипера?

- Навигационные приборы будто взбесились, сэр. Наверное, из-за этого.

- Вызови техника.

Техник Иванов явился через десять минут. Всё это навигатор провел в задумчивом молчании, а капитан связывался с экипажем на предмет выяснения работоспособности аппаратуры.

- Что случилось, кэп?

- Навигационная аппаратура, Семён. Всё остальное в норме.

- Гипердвигатель тоже гавкнулся.

Еще минут семь Семён копался в приборах и наконец вынес вердикт:

- Сбилась настройка, и не спрашивайте как, я сам этого не понимаю. Но одно очевидно: здесь мне их не починить, надо искать кислородную планету и садиться.

- Хорошо, Семен, - сказал капитан, хотя радоваться как раз было не чему. – Можешь быть свободен.

После того, как техник удалился, Кедров спросил навигатора:

- Ты тоже считаешь, что нужно садиться?

- Да, сэр.

- Хорошо, пусть тогда наши планетологи запускают свои тестеры.

После этого капитан встал и начал выходить, но перед тем как выйти бросил Джонсону:

- Объяви общий сбор в кают-компании через два часа.

- Есть, сэр.

Еще через два часа, в кают-компании собрался весь экипаж, куда кроме навигатора, оставшегося на вахте, а также капитана с техником, входили биолог Джулиано Парсело, геолог Клод Пруст, и корабельный врач Тао Чжао, по совместительству помощник капитана. Первым взял слово капитан:

- Как вам уже известно, наша навигационная аппаратура вышла из строя, и мы вынуждены пойти на посадку. А теперь я предоставляю слово нашим планетологам.

С места поднялся коренастый чернявый француз геолог и, немного подумав, начал:

- Мы с моим коллегой обследовали систему, куда нас занесло, и получили следующую информацию. Первое – звезда класса dG5, что очень похоже на наше родное Солнце, и, несомненно, не может не радовать; второе – в системе находиться пять планет и только одна из них имеет кислородную атмосферу, причем практически идентичную привычной для нас; а теперь я передаю слово своему коллеге.

Биолог, итальянец по происхождению, внешне был полной противоположнос-тью француза: высокий, худой и с абсолютно лысой головой. Он встал, легким кивком поблагодарил Клода, и произнес:

- Все параметры этой планеты укладываются в среднестатистический уровень кроме одного, на ней абсолютно нет крупной и средней фауны. – И, немного помедлив, мрачно пошутил, - так что быть съеденными вам не грозит.

И как не странно, эта мрачноватая шутка развеяла ту мрачную тяготящую атмосферу, царившую до этого в кают-компании. После этого Кедров снова поднялся и заговорил:

- Благодарю, Клод, благодарю, Джулиано. И так все вы слышали, что планетологи дали добро на посадку, и теперь попрошу всех разойтись и заняться подготовкой к оной.

Когда подготовка к посадке была завершена, капитан в связке с навигатором начали серию посадочных маневров, и от обычной, космодромной, посадки эта отличалась не столько качеством посадочного поля, сколько количеством сил, внимания и нервов, затрачиваемых пилотом и навигатором. Тот факт, что планета была кислородная, только осложняло ситуацию. Пока капитан и навигатор пытались посадить корабль на планету, пользуясь остатками приборов, остальной экипаж, сидя в антиперегрузочных креслах, мысленно поддерживал пилотов и желал им и себе удачи. Наконец перегрузки прекратились, и Чжао с Ивановым направились в рубку, чтобы посмотреть, не нужна ли там помощь. Джонсону Тао дал успокоительное и отправил полежать в каюту, а добраться капитану пришлось помочь дюжему Семёну. В связи с плохим состоянием командира, высадку на планету пришлось отложить на несколько часов, это время было потрачено на дополнительные тесты и на подготовку и проверку оборудования для выживания на необитаемых планетах.

После того как Кедров проснулся, было проведено короткое совещание, на котором было решено, что в разведывательную группу войдут оба планетолога, а возглавит её Чжао. Разведчики облачились в легкие скафандры, и вышли из люка корабля. То, что они увидели, поразило их: «Странник» сел на небольшой площадке, где зелени почти не было, уничтожив ту, что была, а чуть в отдалении происходило такое буйство зелени, с которым на Земле могла бы поспорить разве что Амазонка.

Из восхищенного оцепенения их вывел голос командира:

- Разведгруппа, ответьте. Разведгруппа, ответьте.

- Да, командир?

- Наконец-то. Я пытаюсь докричаться до вас уже полторы минуты. Что произошло?

- Не знаю, кэп, мы просто вас не слышали. Какие будут указания относительно нашего рейда?

- Ладно. По возвращении пусть Семён проверит вашу аппаратуру. Двигаётесь по расширяющейся спирали вокруг корабля, пока не удалитесь на 200 метров. При повторной потери связи немедленно возвращаётесь.

- Есть, сэр, выдвигаемся.

- Пошли. – Сказал он планетологам и двинулся, начиная описывать первый, самый небольшой из предстоящих сегодня кругов, но в тоже время немаленький, так как корабль, хоть и был исследовательского класса, был велик. Когда разведчики дошли до кромки леса, находящегося метрах в ста двадцати - ста тридцати от корабля они, наконец, получили возможность разглядеть необычные растения поближе. Вблизи они еще больше поражали своей величиной, глубиной окраса и толщиной стволов. Разведгруппа вступила в этот лес, заставлявший их чувствовать себя лилипутами, и с первых шагов им пришлось прокладывать себе путь сквозь паутину лиан и стволов молодой поросли. Когда они углубились в лес на запланированное расстояние, вокруг стало темно и мрачно, казалось, их хотят раздавить, как докучливых насекомых, нарушивших величественный покой этого великана. Последовал приказ из корабля на возвращение, и разведчики тронулись в обратный путь.

Эти два часа капитан просидел как на иголках, но вопреки его ожиданию ничего не произошло, но расслабиться себе он позволил, только когда группа подошла к кораблю.

Когда разведгруппа вернулась в корабль и прошла дезинфекцию, капитан отпустил, чуть ли не прыгающих от нетерпения, планетологов заниматься теми образцами, которые они принесли, а Чжао пригласил на доклад в рубку. Делая доклад, Чжао внимательно изучал лицо капитана, но так и не смог ничего на нем разобрать. Ближе к концу раздался вызов по внутренней связи. И вот тут-то на миг маску капитана на миг прорвало то ли удивление, то ли что-то на него похожее. Но только на миг, потом на его лицо снова вернулось холодное спокойствие. После того, как китаец закончил, капитан подождал немного, чтобы удостовериться, что это действительно все, а потом сказал:

- Всё это описание природы это конечно хорошо, но меня больше интересует твое мнение как врача: сможем ли протянуть на этой планете неделю? Это первое и главное. Второе – так что же все-таки произошло тогда, после выхода из корабля. Семён говорит, что ваша радиоаппаратура исправна.

Так это был Сёмен, запоздало подумалось Чжао. Вслух он ответил:

- Моё мнение – да сможем, причем. Кстати, почему именно неделю? А что касается инцидента после выхода, то я уже говорил, что не знаю!

- Ладно, спокойнее Тао, что-то ты нервный какой-то и раздражительный, никто тебя ни в чем не обвиняет. А что касается недели, то Семён сказал, что на ремонт приборов у него уйдет дня три-четыре, столько же на гипердвигатель.

- Да, кэп, вы правы, наверное сказываются последствия посадки и разедрейда. Знаете, в глубине леса такая давящая атмосфера, что хочется лечь и тихо помереть. Можно мне пойти отдохнуть?

- Да, Тао, можешь идти.

После окончания тестов, биолог сообщил капитану, что планета пригодна не только для дыхания, но и для нахождения на ней человека без каких-либо дополнительных средств. И капитан, пусть и после непродолжительной борьбы с терзающим его нехорошим предчувствием разрешил высадку остальному экипажу. И в последующие несколько дней распорядок дня экипажа установился такой: с утра по местному времени экипаж завтракал на свежем воздухе, потом каждый занимался своим делом, прерываясь только на обед, а в конце дня снова собирались всем экипажем на трапезу на свежем воздухе. А дел у экипажа хватало: биолог и геолог брали с собой еду и уходили в дебри до вечера, возвращаясь только на обед, вымотанные до последней степени; техник возился в рубке с навигационной аппаратурой; врач исследовал местных микроорганизмов или с навигатором сидел на свежем воздухе и просто предавался ничего неделанию; а капитан либо сидел и заполнял отчеты, либо находился с навигатором и врачом. На третий день, однако, такое положение вещей было нарушено. День начинался как обычно, и ничего не предвещало плохого. Ближе к полудню капитан, навигатор и врач сидели около корабля и болтали ни о чем.

- Знаете, кэп, и всё-таки жалко, что здесь нет крупных животных. Можно было бы сходить поохотиться. Всё лучше, чем сидеть здесь и помирать со скуки. А ты как считаешь, Тао?

- К твоему сведению, Сэм, я противник охоты.

- Не знаю как насчет охоты, Сэм, но оттого, что крупных животных здесь нет, мне только спокойнее. Ладно, уже приближается время обеда и пора бы уже начинать созывать наших. Пойду пока позову Семёна. – Сказал капитан и пошел в корабль; вернувшись через десять минут, спросил: Планетологи не приходили?

- Нет, сэр.

- Странно, давно пора бы им прийти. Я начинаю за них волноваться. Сэм, возьми рацию и спроси где они.

Когда Сэм подошел к рации и взял её, на его лице выступила смесь удивления и тревоги.

- Сэр, рация не работает!

- Что за, Сэм, Тао, быстро облачаться в защитные скафандры. – Крикнул капитан, уже вбегая в корабль.

Добежав до рубки, он включил рацию, и до него донесся истошный крик итальянца:

- Помогите! Корабль запрашиваем помощь! Мы находимся к северо-северо востоку от корабля в ста пятидесяти метрах от корабля! На помощь!

- Сэм, Тао, северо-северо восток, сто пятьдесят, напали на наших.

От волнения капитан стал лаконичен до предела. Сэм и Тао выскочили из корабля и побежали к месту трагедии. В мыслях у них крутился один и тот же вопрос: «Кто же мог напасть на этой планете?». Но предположения у них были разные. Тао предполагал, что они всё же кого-то проглядели, Сэм думал, что опять балуется нечистая сила, а капитан пришел к очень неприятному выводу, что здесь обосновалась цивилизация на очень высокой ступени развития, раз смогли спрятаться, и с непонятной идеологией. Но когда спасатели добежали до места, продираясь с ходу через заросли, выяснилось, что не угадал никто. Взору их открылось воистину непредсказуемое событие: Джулиано из последних сил отбивался от хищного растения, но вся жуть была в том, что растение двигалось, и довольно быстро. А невдалеке лежал раненый француз, и рана его кровоточила. Чтобы увидеть всё это они потратили одно мгновение, после этого включились рефлексы, выработанные в центре подготовки дальней космонавтики. Еще через несколько мгновений со страшным монстром было покончено. Тао сразу же бросился к раненому, а капитан начал расспрашивать Парсело:

- Что произошло, Джулиано?

- Кэп, мы возвращались по своим же следам, когда на нас напало неизвестно что. Клода сразу ранило, а мне удалось продержаться до подхода наших, хоть это было и нелегко.

- Хорошо, возвращайтесь.

Когда они вернулись, биолог, покачиваясь, но сам, а раненого геолога несли Сэм с Тао, медблок уже было готов к приёму раненого. После того, как о раненом позаботились, весь остальной экипаж собрался в кают-компании.

- Итак, - начал Кедров, - что у нас есть к этому моменту. Планета, близкая по параметрам к Земле, отсутствие высшей фауны, и наличие бегающих хищных растений. Что по этому поводу можете сказать, коллеги-космонавты?

- Я, как биолог, могу вам сказать, что наличие планеты без фауны обосновано теоретически, хоть и впервые встречается на практике. Наличие хищных, передвигающихся растений может быть обусловлено тем, что нишу хищной фауны можно и нужно было занять. Так что, по моему мнению, ничего экстраординарного нет. Я предлагаю продолжить вылазки за образцами.

- Отлично, я предлагаю, чтобы по поводу целесообразности продолжения исследований этой планеты высказался каждый член экипажа. Начнем с тебя, Тао.

- Я против, так как мне совершенно не доставляет удовольствия лечить своих товарищей.

- Сэм.

- За. Причем я буду ходить с Джулиано в качестве охранника. Даже и не мечтал о такой охоте. Друзья поумирают от зависти.

- Смотри, чтобы не поохотились на тебя. Твоя идея насчет охраны хороша, но никаких самовольств, твоя миссия – охранять Джулиано. Теперь ты, Семён.

- А я, пожалуй, воздержусь. Всё равно я копаюсь только в приборах да двигателе.

- Мне, пожалуй, тоже придётся воздержаться. Как ученого, как человека меня терзает любопытство, а как капитан я должен оградить экипаж от опасности. Тем, что с биологом будет ходить Сэм, возможно, сведёт оную опасность к минимуму. Поэтому, так как большинство за, то исследования будут продолжены. Теперь о причине того, из-за чего мы очутились в этом, не таком гостеприимном, как казалось вначале, месте. Прошу, Семён.

- Как я и рассчитывал, общее время ремонта составит неделю. Аппаратуру я уже почти починил, так что завтра, если ничего не случится, закончу с ней и приступлю к двигателю. Теперь о неработающих рациях: рации исправны, просто они почему-то не всегда воспринимают некоторые частоты сигналов, я попытаюсь найти частоту и перенастроить наши рации. Для этого я дам нашим исследователям специально настроенную рацию, которая будет посылать через определенные промежутки времени короткие пакеты, меняя после каждого раза частоту. Проанализировав количество недошедших пакетов, мы определим максимально стабильную частоту.

- Хорошо, тогда порядок действий таков, Тао присматривает за раненым; Сэм с Джулиано продолжают исследовать окрестности; Семён занимается аппаратурой и двигателем; я сижу в рубке на связи. Всё, все могут быть свободны.

Последующие двое суток прошли без существенных происшествий, хоть Сэму и пришлось пострелять по странным хищным растениям, и не без успеха: одно он убил, а другое ранил, хоть и стрелял разрывными пулями; живучесть этих созданий просто поражала. Беда случилась на третьи сутки. Исследовательская группа в составе Сэма и Джулиано с утра, как обычно, ушли в лес, Семен возился с двигателем, Тао - с раненым, а капитан - с исследовательским рапортом о найденной планете. Инцидент произошел часа за два до обеденного перерыва. Сэм по рации сообщил, что Джулиано нехорошо, и они возвращаются. Довольно скоро из леса показался Сэм, поддерживающий биолога, который через каждые несколько шагов обвисал у навигатора на плече. К ним тотчас же бросился Семён, и перехватил биолога, потому как Сэм сам едва держался на ногах. У корабля больным тотчас же занялся врач, и Сэма тут же вызвал к себе капитан. Когда Сэм вошел в рубку и поглядел на капитана, он не сразу узнал его, так состарилось всего за несколько дней его лицо. Капитан, хмурясь, сразу же перешел к делу:

- Тебе не кажется, Сэм, что планета похожа на ловушку?

- Если честно, то я пока об этом не задумывался, но после ваших слов мне кажется, что вы правы. Слишком уж эта планета безобидная на вид, и слишком неприветливая внутри.

- Да. И каждый раз преподносит всё новые и новые сюрпризы. И каждый сюрприз всё хуже и хуже предыдущего и всё непонятнее.

- Такое ощущение, что мы попали в замкнутый круг, состоящий из неприятностей. Уж слишком уж их много было в последнее время. И неизвестно, сколько их еще впереди.

- Ладно. Подождем вердикта Тао. Всё рано убраться отсюда мы сможем не раньше, чем послезавтра.

- Сэр, - раздался по внутренней связи голос врача. – Я обследовал Парсело и поставил ему диагноз – нервное истощение. С одной стороны этого следовало рано или поздно ожидать, исходя из того, как мы живем, но с другой – у Джулиано очень завидное здоровье, и такого диагноза я меньше всего ожидал увидеть у него. И еще я начал замечать у себя и у всего остального экипажа схожие симптомы. Поэтому я считаю разумным вынести эту проблему на совещание.

- Хорошо, Тао, - и после того, как врач отключился, заметил. – Что-то много в последнее время мы проводим совещаний, не находишь, Сэм?

- Да, и всё меньше из нас в состоянии на них присутствовать.

- К сожалению, ты, прав, - и капитан невесело чему-то усмехнулся.

Вечером, когда в мрачной как никогда кают-компании собралась оставшаяся на ногах часть экипажа, первым слово по традиции взял капитан.

- Итак, вы все всё знаете о сегодняшнем инциденте, и наверняка понимаете, что если так будет продолжаться и дальше, то мы просто все банально вымрем здесь. Поэтому я предлагаю послушать нашего врача, а потом высказать по этому поводу кто что думает. Прошу, Тао.

- Спасибо, сэр. Данные обследования, проведенного мною среди экипажа, получились очень интересными: самая высокая степень истощения у Сэма, а самая низкая у Семёна. По-моему, вывод напрашивается сам собой.

- Да еще, если принять во внимание то, что произошло с Джулиано. – Вставил слово Сэм, а Семён кивнул, соглашаясь.

- Итак, всё всем понятно и никому объяснять не надо. Посему приказываю воздержаться от походов за пределы корабля.

Следующий день прошел без каких-либо заметных происшествий, которых настороженно ожидал весь экипаж. Это настораживало людей еще больше. Наконец настало утро дня бегства с этой планеты. Экипаж занял места, положенные по распорядку. Капитан с навигатором, готовясь к старту, перебрасывались предположениями.

- Кэп, наконец-то мы выберемся с этой проклятой космическими богами планеты.

- Сэм, на нашем месте я не стал бы говорить «гоп» пока не убежал бы из того круга проблем, в какой мы попали.

- Вы правы, кэп, я не подумал перед тем, как сказать.

Старт и выход на орбиту прошел на удивление спокойно и капитан, готовясь к гиперу, заметил навигатору:

- Остался еще один маленький шажок, Сэм, так давай же совершим его.

После входа в гипер капитан впервые за последнюю неделю позволил себе расслабиться и без напряжения поболтать с другом-навигатором.

- Ну что, Сэм, - подмигнул он Джонсону. – Похоже ты несмотря ни на что был прав. Этот круг неудач всё-таки выпустил нас и, смею надеяться, самым большим приключением будет подача рапорта об этой жуткой планете. – И вместе с навигатором рассмеялся. Гипер продолжался несколько часов, после чего корабль опять из него выпал.

- Дежа вю, - прошептал Сэм.

- Да… поспешили мы, пожалуй, радоваться. Семён, что с двигателем?

- Из строя не вышел, но был близок к этому. – По внутренней связи раздался голос техника. - Сейчас приду глядеть приборы.

- Интересная петрушка получается… - сказал капитан, посмотрев куда их занесло.

- Простите, сэр, что?

- Ничего Сэм, это так, мысли вслух.

Вскорости пришел техник Семён и, посмотрев приборы, вынес вердикт:

- В ремонте не нуждаются, но подобно двигателю были близки к поломке. Когда доберемся до дома, надо будет сказать специалистам, чтобы посмотрели, что с кораблём, а то это уже второй вылет из гипера из двух полётов. Кстати, куда мы попали?

- А попали мы, товарищи, туда, куда и не могли, и не хотели. Наши неудачи еще не закончились. А чтобы проверить другую свою теорию нужно сделать еще пару прыжков. Сможем, Семён?

- Должны, сэр. Я могу быть свободен?

- Да, можешь идти.

Совершив еще два гипера и вылетев из обоих, корабль получил маленькую передышку, а его экипаж традиционно собрался в кают-компании.

- Итак, товарищи, совершив наше короткое путешествие, наш корабль необъяснимо попал в то место, из которого начинал оное путешествие. Прошу высказать ваши соображения.

- Моё мнение, - сказал Чжао после того, как капитан закончил. – Нас держит сама планета, и через гипер нам вряд ли уйти.

- Значит нужно искать другой выход из сложившейся ситуации. В данный момент мне в голову приходит только попытаться решить проблему в лоб, то есть пойти к ближайшей звезде на околосветовой скорости. Жизнеобеспечения должно хватить.

- Всё-таки оправдал наш корабль своё название, - вставил поправившийся биолог. – И теперь ему придётся постранствовать по вселенной.

- Итак. – Продолжил капитан. – Кто “за”?

- Я так думаю, что все. – Взял слово врач, а все остальные закивали.

- Тогда, принято. Всем начать подготовку к старту.

Когда все приготовления были сделаны, капитан дал команду на старт и «Peregrinus» начал вторую попытку сбежать из того замкнутого круга в который попал.