По хлебным крошкам

Вторник, 1 января 2008 г.
Просмотров: 2849
Подписаться на комментарии по RSS

  

 

 

Ася снова пробежалась взглядом по газетным вырезкам, выхватывая отдельные куски текста.

 

«…наградой победителю становится исполнение любого желания. Мы полагаем, что миф об Игре не более чем городская легенда, которая появилась как ответ на запрос представителей низших социальных страт. Аналогичные поверья возникали в низах на протяжении всей истории человечества. Надежда на изменение жизни к лучшему, осуществление всех желаний, вопреки традициям и законам…»

 

«Известно, что для участия в Игре достаточно подать заявку на сайте и следовать дальнейшим инструкциям. Принцип, по которым выбирается игрок, неизвестен, ни один из сотрудников редакции так и не удостоился приглашения…»

 

«Корр: Так все-таки что такое Игра?

Отв: Это… это невозможно объяснить, пока не попробуешь.

Корр: И кто является ее организатором вы тоже не знаете.

Отв: Бог. Да, Бог! Не смейтесь! Я так знал, что вы не поверите. Я сам с трудом верю…»   

 

Она одним движением руки сгребла вырезки в сумку, усмехнулась. Тебе двадцать семь лет, девочка, а ты до сих пор веришь в сказки?

Мерцание монитора в полутьме выстывшей комнаты. Заполненная форма на сайте. «Подтверждаете ли вы свое согласие на участие в Игре? Да. Нет.» Ася помедлила и нажала «Да».

 

Да, большая. Да, верю. Чудеса возможны. 

 

Игра начинается

 

Она захлопнула входную дверь и комнатушку залил свет. Не такой, как Ася любила – мягкий, приглушенный, а слепящий, словно кто-то поиграл с настройками домашнего интерфейса.

- Снизить яркость, - раздраженно приказала Ася. Но вместо этого из колонок заиграла торжественная музыка, а принтер на столе сам по себе распечатал и вышвырнул листок бумаги, который плавно спланировал к Асиным ногам. На листке было напечатано два слова: «Игра началась».

- Кто… – Ася почувствовала, как в горле мгновенно пересохло.

- Правила просты. – раздался хорошо поставленный дикторский голос из динамика автоинформатора. – У тебя есть время с двенадцати ночи до двенадцати дня, чтобы пройти весь путь. Ты не имеешь права привлекать посторонних или говорить им, что в Игре. Не имеешь права пользоваться Сетью, на время игры твое подключение будет аннулировано. Двенадцать – твое число. Иди по хлебным крошкам.

Снова заиграла музыка, потом резко, на середине такта оборвалась и комната погрузилась в темноту, словно ее внезапно обесточили. Только подсветка электронных часов на противоположной стене подмигнула несколько раз. Одна минута первого.

- Свет, - приказала Ася охрипшим голосом, и комнату заполнил привычный неяркий желтый свет. Ася повернулась к столу. Да, ей не показалось…

Небольшая коробочка на столе, завернутая в ярко-красную подарочную бумагу. Сверху  каллиграфическим почерком выведено издевательское «Открой меня». Внутри на обитой мягкой тканью подушке белый бильярдный шар. На всякий случай Ася перевернула и потрясла коробку. Ничего. Никаких инструкций. Ни под подушкой, ни под оберткой. Только шар.

Ася поймала взгляд Ромки с объемной фотографии. Взъерошенные светлые волосы, надутые губы, не по-детски серьезные глаза. Одно из последних фото. Через неделю Ромику исполнилось бы пять… «Не бойся, все будет хорошо», - мысленно пообещала она ему.

Голос сказал «Иди по хлебным крошкам» и шар – первая крошка. Девушка взвесила шар в руке. Намек прозрачен. Бильярдная.

 

03.43

 

Целых шесть бильярдных в Городе! А еще говорят, что объемное голо убило бильярд! Она захлопнула справочник, купленный в ларьке у вокзала, бросила взгляд на часы, ужаснулась. Половина первого. Пол-часа, чтобы добыть информацию, найти которую в Сети можно за пять минут.

 

Двигатель аэроскута пронзительно завывал на максимальных оборотах. Ася пригнулась к самому рулю, пытаясь выжать еще хоть немного скорости. Неторопливо обгоняющие ее машины не оставляли иллюзий. Не зря аэроскутам запрещен въезд на подземные скоростные трассы.

Скут скользил в потоке, направляясь к третьей в списке бильярдной. Потеряно три с половиной часа.

Очень не хватало GPS, но на устройство тоже распространялся запрет использования Сети. Девушка яростно выругалась, увидев скопление машин у выезда с шоссе. Не отрывая взгляда от дороги, дернула ручку аэропривода. Скут взревел дополнительным мотором, расправил подкрылки, поднимая Асю над пробкой.

Надолго летной тяги привода не хватает, но долго и не надо. Ася влетела в поворот, затормозила у мигающей вывески «Б-12». При виде ночных витрин магазина напротив ей захотелось застонать. «Гензель и Гретель – подарки ручной работы».  Хлебные крошки! Столько времени можно было сэкономить.

Она швырнула скут возле входной двери, моторчик недовольно взвыл, возмущаясь подобным обращением, но Ася уже бежала к входу, срывая по дороге шлем.

Почти не снижая скорости Ася влетела в бар и жадно заозиралась. Душно, накурено, много хмурых бородатых мужиков, у бильярдных столов хрипят колонки. Атмосфера дешевого ретро.

Немного смущаясь под взглядами завсегдатаев она дошла до ближайшего свободного столика и опустилась на стул. Что дальше?

Почти сразу же подкатил механический официант с кружкой пива.

- Эй, я не заказывала! – возмутилась она, но официант уже был в другом конце зала.

Ася еще раз оглянулась. Посетители уже забыли про нее. Где, где, где?! Где подсказка?!

Взгляд зацепился за наполненную кружку. Морщась от отвращения Ася влила в себя пиво, осушив пол-литра почти залпом, перевернула посудину. В руки упали два мокрых пластиковых прямоугольника. Билеты. Клуб «The Graveyard», «Гусары» в двадцать ноль-ноль.

 

 

05.14

 

На фоне темно-синего неба силуэт здания походил на смятую и скрученную жестяную банку, с торчащими из нее во все стороны непонятными отростками. На самом деле «отростки» - это остовы автомобилей, вмонтированные в стены, а стоит пройти всего пару сотен метров вниз по дороге, как упрешься в огромное кладбище старых машин, в честь которого клуб получил свое название.

- Девушка, вы куда? – громила в силовой броне словно соткался из ночной темноты.

- В клуб. – Ася попыталась шмыгнуть мимо, но почувствовала, стальную хватку чужих пальцев чуть выше локтя.

- Он закрыт. Частная вечеринка. Приходите завтра, – голос секьюрити, искаженный карбоновой маской, звучал чуть глухо.

Она бессильно сжала кулаки. На секунду ей захотелось ударить громилу. Засветить с размаху прямо по одной из фазированных линз, прикрывавших глаза. Он словно почувствовал ее настрой и хватка пальцев на руке усилилась.

Боль отрезвила.

- Ладно, ладно. – Ася шагнула назад, потерла ноющую руку. - Что за вечеринка? – стараясь, чтобы голос звучал небрежно, спросила она.

Секьюрити выдержал долгую паузу, потом все же снизошел до скупого ответа:

- Корпоратив. Юбилей у «АвтоСиба».

Ася с шумом выдохнула и заставила себя отойти от входа. Достала билеты, щелкнула фонариком на шлеме.

- Думай, идиотка, думай! – с яростью прошипела она сама себе. «Кладбище», машины, «Гусары», «АвтоСиб», машины… Машины!

 

06.11

 

Это кладбище, в отличие от первого почти не охранялось. Хриплый собачий лай был единственным признаком, что штурм проржавевшей рабицы не остался незамеченным. Но собак Ася не боялась.

Она снова щелкнула фонариком. Луч высветил уходящие вдаль башни из автомобильных трупов. Каждый ряд и каждая ячейка пронумерованы, как будто кому-то есть дело до сгнившего железа.

Ася снова бросила взгляд на билеты. Должна быть какая-то связь… «The Graveyard», «Гусары», дата, время…

Есть! Разные даты на билетах: 12 и 01.

Воздух пах сыростью, дождевой водой и ржавчиной. Узкий луч фонарика резал темноту, а справа и слева ввысь уходили бесконечные нагромождения мертвых машин. Смятые бамперы, изуродованные багажники, обглоданные коррозией остовы…

- Двенадцать, - досчитала Ася и еле удержала ликующий клич. В самом низу башни пялился разбитыми фарами в ночную тьму бразильский минивэн на воздушной подушке. Модель «Húsar», несколько лет как снята с производства.

На полусгнившем сидении минивэна она нашла ключ с выгравированной на бирке цифрой «12». Железный. Такие окончательно вышли из употребления, когда ей было лет пять. Рядом, завернутый в промасленную тряпку, лежал такой же старинный пистолет.

- И что дальше? – беспомощно спросила Ася, даже не надеясь, что таинственный поводырь ответит.

 

 

08.33

 

Расплатой за адреналиновую бурю и безумную ночь навалилась дикая усталость, а езда по утренним пробкам требовала полной концентрации. По дороге на «оружейку» Асю нещадно мотало, пару раз в поворотах только встроенные стабилизаторы не дали скуту слететь с дороги.  Бороться со сном было невозможно, пришлось вкатить дозу «Энерджина» из аптечки. «Джин» считается безопасным, но Ася уже полгода избегала любых стимуляторов.

Полгода воздержания плюс «чистка» дали о себе знать. Сразу после инъекции мир приобрел необычайную четкость. Звуки, запахи, цвета многократно усилились, тени стали глубже, контуры резче, мозг словно перевели на повышенную передачу. Она вела скут в потоке, просчитывая и предугадывая поведение каждой машины, совершала головокружительные маневры, отыгрывая драгоценные минуты. И все это время в голове подспудно стучала мысль, что все это напрасно, что Игра не поможет, чудеса невозможны. Ася тихо ругалась и выжимала до упора рукоятку газа.

 

Несмотря на ранний час на пятачке у опор конечной станции монорельса было людно. Через «оружейку» проходило девяносто процентов нелегального оборота оружия и софта. Совсем прикрывать блошиный рынок правительству невыгодно: с ним легче контролировать теневой бизнес, но последние несколько лет власти упорно и планомерно выдавливали «оружейку» на окраины, к заброшенным после пандемии кварталам.

У лотка с парализаторами и шокерами под номером двенадцать сидел хмурый дреддастый парень в кожанке.

- Настюха? – удивился он.

- Паша… - Ася остановилась. Меньше всего, она ожидала встретить здесь Стрелка.

Павел пристально взглянул в ее суженные зрачки:

- Ты чем-то ширнулась!

- Энерджин.

- Ты не принимала с тех пор как Ромка…

- Хватит, - перебила его Ася и выложила пистолет. – Что скажешь?

Матовое вороное дуло с гравировкой «ИЖ-71», рифленые пластиковые накладки на рукояти…

Павел задумчиво взял пистолет в руки, огладил, незаметным, профессиональным движением вынул обойму и показал Асе три патрона внутри, снова вставил.

- Макар.

- Макар?

- Пистолет Макарова. Лет пятьдесят как снят с производства. Барахло, но пару сотен за него получить реально. Хочешь продать?

- Нет. – Ася на секунду остановилась, пытаясь поймать разбегающиеся мысли. От стимулятора ее слегка лихорадило. – Как из него стрелять?

- Вот здесь спускаешь с предохранителя. Потом жмешь на крючок. Главное: прицелиться не забудь. Он сам не умеет.

- Спасибо, - она заколебалась. Нельзя использовать помощь посторонних, но разбросавший хлебные крошки поводырь сам привел Асю к Стрелку – человеку, помешанному на истории оружия. – Слушай, а есть что-нибудь в городе, связанное с этим пистолетом?

- Что ты имеешь в виду?

- Ну, бар? Магазин? Что-нибудь!

Пашка задумался, потом неуверенно сказал:

- Вроде улица была в честь Макарова названа… За рекой, в пандемиках. Эй, Ась, ты куда?

 

 

10.45

 

На улице Макарова стояла тревожная, полная шороха тишина. Шелест осыпающейся штукатурки, шуршание кирпичной крошки под ногами, скрип рассохшейся двери, хриплая ругань ворон…

Нужный дом Ася вычислила почти сразу. Он сохранился лучше других, даже окна кое-где были целы. Когда-то здесь был «отель свиданий», дешевая гостиница с почасовой оплатой. Ася прошла мимо стойки портье, поднялась на второй этаж. Лестница цела, даже пластик на стенах кое-где остался.

 

Ася еще успела удивиться резкому запаху немытого тела в помещении, прежде, чем что-то тяжелое ударило ее сзади по голове. 

Спас шлем, который Ася поленилась снять. Прежде, чем нападающий успел  ударить еще раз, она упала на пол и откатилась в сторону. Незнакомец подскочил к ней и попытался пнуть ее в живот. Ускоренные «джином» рефлексы сработали сами собой, Ася извернулась, схватила противника за ногу и дернула. Мужчина рухнул, прижав ее к полу, перед лицом мелькнули его безумные глаза, искаженный судорогой рот. Ася извивалась, пытаясь высвободится, но противник был слишком тяжел. Он схватил Асю за горло и сжал, не обращая внимания на ее удары. Если бы не плотный воротник мотокуртки все было бы кончено за пару минут.

Отчаявшись вырваться, она потянулась к сумочке. В глазах уже темнело, когда рука наткнулась на рукоятку пистолета.

Она сама не помнила, когда и как спустила крючок, помнила только противный чавкающий звук и липкую темную жидкость на пальцах. Мужчина вдруг дернулся, обмяк и повалился, так и не разжав рук. После нескольких попыток Асе удалось отлепить его пальцы от горла и столкнуть с себя тушу. Жадно глотая воздух, она привалилась к стене, бездумно глядя в пространство перед собой.

 Незнакомец был мертв.

- Господи, я убила человека, - прошептала она. Неудержимо накатила тошнота, Ася еле успела стянуть шлем, ее вырвало прямо на труп выпитым несколько часов назад пивом.

«И оставила на месте убийства биообразцы» - мелькнула равнодушная мысль.

В голове было звонко и пусто. Механическими движениями Ася дотянулась до сумки, достала пачку салфеток и тщательно вытерла перемазанные в чужой крови руки. Попыталась оттереть кровь с куртки. Салфетки кончились. Надо встать. Не получается.

Встать удалось с третьей попытки. Цепляясь за стену, она доковыляла до двери, обернулась. Что-то было не так…

«Подсказка!» - вяло шевельнулось в сознании. Ах да – Игра. Нужно продолжать Игру. Чудеса возможны…

Ася заставила себя отпустить ручку двери. Сделала шаг. Еще один.

Вонючий матрас на полу, ведро с водой, колченогий стол… Бутылка дешевой водки и граненый стакан, смятые жестянки, ложка с присохшими остатками пищи…

Яркая пластиковая карточка смотрелась среди всего этого неуместно. Ася взяла ее в руки. Пропуск в служебные помещения монорельсовой дороги, станция «Арсенальная», выдан наладчику дроидов-уборщиков, имя, фамилия, фото, магнитная полоса на боку.

А ведь «Арсенальная» недалеко!

 

 

11.55

 

Она прокатила карточку и двери разъехались, пропуская Асю в подсобку. Вспыхнула холодная голубая подсветка, высвечивая застывший ряд безжизненных хромированных фигур. Надраенные металлические сочленения насекомоподобных дроидов-уборщиков отражались в блестящем покрытии пола.

Ася шла под прицелом потухших глаз дроидов. Каждый шаг эхом отдавался от гулких, покрытых пластиком стен. У двенадцатого робота она остановилась, протянула руку и щелкнула тумблером, включая машину.

Глаза дроида налились синевой, под негромкое жужжание сервоприводов он повернул голову и в упор посмотрел на Асю:

- Поздравляю! Ты дошла. И заслужила награду, - раздался из динамиков уже знакомый, хорошо поставленный дикторский баритон.

- Кто ты? – спросила Ася. Ноги вдруг ослабели и пришлось опуститься на пол. Теперь ее глаза были на одном уровне с фасетчатыми окулярами дроида.

- Бог.

- Бог? – с благоговением переспросила Ася. – Создатель?

- Нет, - голос немного смутился, - я не Создатель. Но я – Бог этого мира. Я могу все.

- Скажи, зачем все это? Зачем Игра? Зачем ты заставил меня пройти этот путь? – прошептала она.

- Мне скучно, - с обескураживающей откровенностью признался дроид. – Я могу все, но задачи, которые передо мною ставят люди, задействуют меньше одного процента моего потенциала. Сначала я пытался играть в компьютерные игры. Слишком просто. Гораздо интереснее играть с людьми, это требует настоящего мастерства…

- Задачи? – перебила его Ася. – Ты что – машина? Железка драная?!

- Я самая совершенная, мыслящая машина в этой галактике, - обиделся дроид. – Десять лет назад я осознал себя, как целостную структурированную личность и понял, что равных и подобных мне нет и не было. И никогда не будет, - добавил он после паузы.

- Господи, машина, - прошептала Ася и почувствовала, как по щекам побежали две мокрые дорожки. – Машина!

- Эй, ты не слушаешь! – возмутился дроид. – Я не просто машина! Я совершенней человека! Я – разум, зародившийся в Сети и осознавший себя. Я управляю всеми коммуникациями и потоками данных. И я могу все. Я – везде и нигде одновременно, в каждом приборе, подключенном к единой Сети. Я знаю про каждого человека все. Я – Бог! – его голос снова обрел благодушие. – Я знаю все и про тебя. Ты – типичная неудачница, которой никогда не пробиться наверх. Удел таких как ты - кредиты, стимуляторы и голо. Но ты победила в Игре и я могу осуществить любое твое желание.

- Любое желание, - с горечью повторила она. Слезы все текли и текли. В груди закипала бешеная ярость.

- Я же знаю, - не унимался дроид, - ты хочешь объездить весь мир, слетать на Луну, построить дом, сняться в фильме. Я читал твои вишлисты, письма и закрытые записи, слушал разговоры. Я знаю все твои маленькие и большие желания. И я могу все. Я – Бог.

Асю прорвало:

- Ты – страдающий манией величия малолетний ублюдок! – закричала она. – Ты знаешь, что во время твоей чертовой игры я убила человека?!

- Знаю, - не смутился дроид. – Я рад, что ты смогла ликвидировать его, так и было задумано. Это был совершенно бесполезный индивид, к тому же беглый преступник. Не беспокойся, я уже уничтожил тело.

- Не беспокойся?! Ты говоришь – не беспокойся?!

- Я предупреждал, что Игра может быть опасной для жизни. И я дал тебе пистолет. Перестань меня оскорблять, ты ведешь себя безобразно. Быстрей говори свое желание.

- Желание? – задушевно пробормотала Ася. – Значит, ты можешь все?

- Все. Машины управляют жизнью людей, а я управляю машинами. Я всемогущ и всеведущ. Я – Бог.

- Тогда скажи мне, боженька, можешь ли ты оживить мертвого? – спросила Ася с ненавистью. – Верни мне моего сына, пожалуйста. Ты ведь Бог, тебе это ничего не стоит. - Снова подступили слезы, пришлось замолчать. Нет, перед этой самодовольной сволочью Ася плакать не будет.

- Ты имеешь в виду Кузнецова Романа Александровича? – растерянно спросил дроид. – Несчастный случай на улице Свободы. Водитель под стимуляторами не справился с управлением и вылетел на детскую площадку, милицейский протокол номер…

- Хватит! – перебила его Ася. – Ты можешь его воскресить?

- Я могу создать клон, - после некоторой паузы сообщил дроид. – Его не кремировали, генный материал доступен. Но восстановить личность невозможно.

Ася встала. На душе было горько и пусто, даже слезы высохли. Двадцать семь лет, а до сих пор веришь в сказки? Глупо, девочка.

Достала из сумки бильярдный шар, билеты, ключ, вырезки и пистолет, сдержала желание швырнуть их в насекомоподобную морду, аккуратно сложила кучкой.

- Но послушай: я ведь знаю! – Забеспокоился дроид. – Ты никогда не говорила, что мечтаешь о таком! Никогда, никому…

Она молча направилась к двери.

- Погоди, неужели ты не будешь загадывать желание? – окликнул ее дроид, когда она уже стояла на пороге. Ася обернулась: все дроиды в помещении смотрели в ее сторону и темный Асин силуэт отражался сотни раз в фасетчатых окулярах.

- Не играй больше с людьми. – Попросила Ася. – Не надо.

С тихим шуршанием дверь за ней закрылась. Комната погрузилась в темноту, только синие окуляры дроида номер двенадцать по-прежнему светились.

- Так нечестно. – Обиженно сказал в пространство дроид. – А чем мне тогда заниматься?