Незаметный герой

Вторник, 1 января 2008 г.
Просмотров: 2181
Подписаться на комментарии по RSS
Лес был очень густой, и Саня шел по нему, спотыкаясь, и все еще не зная, где опушка. Вообще-то Саша был коренным жителем деревни, и, если уж и забредал далеко в лес, мог совершенно спокойно найти дорогу назад. Только вот незадача, сейчас он вообще не знал, как попал в такую гущу и где она находится. То есть, он даже не был уверен, что обретается рядом со своей деревней. Он просто потерял сознание, сидя на скамеечке рядом со своим домом, а очнулся уже под раскидистой елью, причем невдалеке вполне явственно слышался волчий вой. Саша побежал.
 
* * * * *
Ул боялся. Кромка леса была близка как никогда, а это была не их территория. И он боялся, потому что больше ему ничего не оставалось делать. Он же не вожак, и возражать ему не пристало. Поэтому он просто бежал, бежал молча, высунув язык.
- Странно, - раздался голос совсем рядом и Ул опознал, правда, от усталости не сразу, во владельце голоса Криса, - вроде кромка леса совсем недалеко, куда же несет Рудольфа?
“Зря он так”, подумал Ул и тут же в подтверждение его мыслям из Головы колонны послышался грозный рык. Горе-философ Крис тут же умолк. Как ни странно, ему прекрасно было известно, что вожаку очень не нравится, когда кто-то сомневается в правильности его решений.
Ул знал одно. Они гонят человека. И он совсем не знал, зачем он им нужен. А ему знать было и не положено. Он просто бежал.
 
* * * * *
 
Становилось холодно, потому как темнело. Бежать Саша уже не мог, дыхалка села, и поэтому он просто шел, уже даже не быстро, даже на это не хватало сил. Единственную странность он заметил. Волчий вой за спиной раздавался все время на одинаковом расстоянии, как будто волки не догоняли его, а просто неторопливо шли по следу. От этого становилось немного спокойнее, но одновременно и довольно жутковато. Кто их знает, этих волков, что у них на уме? Загадочные существа.
 
* * * * *
 
Они почему-то пошли. Все время бежали, а теперь пошли, медленно так, неспешно. Почему – Ул не понимал, а потому просто радовался внезапно выпавшему отдыху. Он, конечно, волк, и не самый слабый, но бежать два часа без передышки даже для него тяжеловато.
И все же его мучили догадки. Что они здесь делают, зачем гонят этого человека? У примата был большой магический потенциал, и от этого вопрос становился совсем уж неразрешимым. Такие люди нужны им, они запитываются от них магической энергией и постепенно, день за днем, восстанавливают свою ментальную силу.
Пока он размышлял, стая остановилась, и волк, наконец, решился задать мучавший его вопрос кому-нибудь из старших. Осмотрелся и, углядев в ближайшем обозрении только Ореста, неспешно затрусил к нему.
 
* * * * *
 
Саня устал. Он уже не то, что бежать не мог – он даже шел с трудом. Ноги болели, спина вообще отваливалась, руки он уже по локоть ободрал о кустарник. Зато он уже точно знал, что он в родном лесу, и даже уже довольно близко подошел к деревне. Саша прошел еще несколько шагов и, как он и ожидал, вышел на небольшую полянку, которую облюбовал еще в детстве, когда сбегал от строгой не в меру матушки, как он это называл, «пообщаться с природой».
 
* * * * *
 
Орест Ула прогнал, употребив при этом целый ряд крайне неприятных выражений. И теперь он обследовал временный лагерь на предмет наличия более общительных старших. Но тут откуда-то сзади до него донесся знакомый с детства старческий голос, Ул обернулся и пошел навстречу своему дяде Герману. Голос дяди действительно был знаком Улу с детства именно старческим. Он у него всю жизнь был таким, хриплым и надтреснутым. Все потому, что еще в раннем возрасте в одном из боев ему сильно подпортили шкуру, задев горло.
Несмотря на то, что Герман всегда был храбрым воином, он не по-волчьи заботился о своем племяннике, отец которого погиб, когда тому не было еще и месяца. Вот и сейчас он решил помочь своему почти что сыну.
- Я слышал, ты у нас сегодня сама любознательность, ходишь среди стаи всем задаешь вопросы, - Дядя явно решил не начинать издалека.
- Да, Герман, - в волчьей стае не принято было называть друг друга как-то иначе, нежели по именам, - я все никак не могу понять, зачем мы гоним этого примата? Я ведь правильно чувствую, от него идет сильный поток?
- Да, Ул, ты правильно чувствуешь, но ты не подумал о том, почему этот человек оказался в самой чаще леса и почему он так долго из нее выбирается? Они ведь, деревенские, не только осторожные, но еще и очень памятливые. Они в лесу знают каждое дерево, и если деревенский человек заблудился в лесу, значит – он не только так далеко еще никогда не забредал, но еще и пришел сюда не сам. Иначе он запомнил бы дорогу домой.
- Ты хочешь сказать, что это происки медведей? Но ведь они не способны даже к банальной маленькой левитации, они не смогли бы перенести взрослого человека в нужную точку пространства!
- Были не способны, мальчик. Они учатся. Нашего уровня они, конечно, никогда не достигнут, слишком грубы, но управляться с людьми, которые вообще не способны творить заклинания, они уже в состоянии. В одном ты прав. В нужную точку пространства они его перенести действительно не смогли. Он оказался в двух километрах от их берлог, а после этого его почувствовал Рудольф и велел стае гнать примата к поселку.
- Герман, мне кажется, что враги недалеко…
Ул весь сжался и внутренне сосредоточился, потом вдруг резко вскочил и залаял на весь лагерь.
- Они приближаются к человеку!
 
* * * * *
 
Саша вышел на середину полянки и как-то сразу успокоился. Наверное, повлияли нахлынувшие воспоминания детства, а может, тут какие-то грибные испарения были особые, черт его знает... Саня широко зевнул, сказывалась усталость, и присел у края поляны спиной к любимой березе. Осмотрелся, и тут сердце его почти буквально ушло в пятки. Тихо, почти бесшумно, на поляну выходили волки, огромная стая. И вел их волк с необыкновенно, красного цвета шкурой. Но даже толком испугаться Саша не успел, потому как, оторвав взгляд от этого зрелища, увидел, что с другой стороны леса на полянку также на удивление тихо вышел медведь. А за ним еще один, а за этим целая группка, и они все продолжали появляться. Саша во второй раз за этот день потерял сознание.
 
* * * * *
 
Одно Руд не учел. Медведи хорошо слышат, вопреки легендам, о них ходящим. И они, поняв, что волки гонят так нужного им человека к опушке, вышли им наперерез. И встретились две воюющие за господство на планете расы на поляне, где нашел себе временное прибежище несчастный, но очень сильный источник магической энергии.
Извечные враги стояли на поляне друг напротив друга и сверлили взглядами волки – медведей, а медведи, все, поголовно, только Рудольфа. Он был самым сильным волчьим вожаком за всю историю войны, и даже шкура его приобрела со временем красный цвет, отчего он стал совсем уж соответствовать данному ему при рождении имени.
Первым бросился Манн, старый, но все еще сильный и матерый волк, за ним последовали многие старшие, а там и все остальные. Начался бой...
Ул дрался, не жалея сил, а потому они очень скоро стали заканчиваться. Вокруг рвали когтями и зубами друг друга звери, бьющиеся в истерике боя. Вот упал Крис. На его боку была ужасная рана, и он не мог больше драться, он просто подставил себя медвежьим когтям, надеясь хотя бы этим на время отвлечь врага от своих собратьев. А на краю поляны в бессознательном состоянии рядом с таким же бесчувственным человеком лежал его дядюшка, к этому времени потерявший столько крови, что жить ему оставалось считанные минуты.
«Стоп!» подумал Ул. «Мы здесь бьемся наравне с этими недоумками медведями, а в это время у нас под боком на полянке тихо сопит сильнейший источник энергии, какой я видел в своей жизни. Ну и кто из нас после этого тупой?»
Первая цепная молния, пущенная Улом, прошла, чуть не задев вожака, причем как в прямом, так и в переносном смысле. Только сейчас до него дошло, как беспросветно глуп он был, пустив стаю в драку. Но корить себя времени не было, и он начал кастовать одно за другим мощные и смертельные заклинания.
 
* * * * *
 
Очнулся Саша затемно. Почему-то болела голова, хотя днем вроде как было выпито не так уж много. Но сейчас Саня не придал этому значения. Все его мысли занимал чудной сон, приснившийся ему, когда он прикорнул на скамеечке. Кстати, сейчас он лежал в кровати, что его совсем уж удивило. «Во даю! Уже лунатить стал!», подумал, а потом оценил свое самочувствие, опустил глаза и посмотрел на расцарапанные по локоть руки...
 
* * * * *
 
Прошел год. Вождем волчьей стаи Кабаринского леса по-прежнему остается Рудольф, он стал еще сильнее, и теперь его шкура стала отливать синевой. А пару дней назад в стае появился новый обычай. В годовщину великой битвы, положившей начало череде побед волков над медведями, вся стая пришла на братскую могилу погибших братьев и почтила их память минутой полной тишины.
 
* * * * *
 
Ул повернулся и пошел в сторону норы. Все давно разошлись, да и дома ждали волчица с детишками. Он шел по тропинке и все вспоминал тот бой, и своих дядю и верного друга, которых потерял тогда. Они стали героями навсегда, и он тоже когда-нибудь станет, такова судьба волка. А сейчас он знал, что воспитывает достойную смену, готовую хоть сейчас пойти в бой на защиту великой волчьей расы, а значит, он не зря живет на свете. И еще он знал, что Герой всегда остается Героем. Пусть даже и незаметным.