На ступени, где дно всё ближе

Вторник, 1 января 2008 г.
Просмотров: 2985
Подписаться на комментарии по RSS

 

 

Как такое могло произойти? Майя не понимала. Сначала острая боль и мысли: «Нет, это невозможно! Нет, нет, нет!». Потом медленное осознание правды и состояние, близкое к помешательству. Её Кирилл, любимый, родной, близкий человек - предатель. Изменник. Всё, как в плохом анекдоте: у Кира своя фирма, он преуспевающий бизнесмен, а она его секретарша. Хорошенькая блондинка Сонечка, тоже персонаж из анекдотов. Наглая, яркая и глупая. Какой-то банальный бред. Не могло такого случиться и именно с Майей. Не могло! Никогда! Но случилось. Знакомая из рекламного отдела, корректорша Лида, позвонила и сообщила новость. Конечно, на работе все давно знали. А жена, как это обычно и бывает, узнала последней. Майя закусила до крови губу и смела со стола пепельницу. Хотелось кричать. И от обиды, и от боли, и оттого, что узнала страшную правду. Эта дура Сонечка к тому же беременна! А у Майи детей нет. Шесть лет они с Кириллом мечтали о малыше, Майя бегала по врачам, но без результата. А тут так просто, без проблем, другая ждёт ребёнка от её мужа. У Майи потемнело в глазах. Держась за стену, она с трудом дошла до кровати и упала. Судорожные рыдания сдавили горло. Нет, волю слезам давать нельзя, один раз заплачешь, потом не остановишься. Надо действовать.

Взгляд упал на вчерашнюю газету, забытую мужем. Не задумываясь, Майя развернула её и пробежала глазами. Вот оно, объявление, над которым она недавно смеялась: «Госпожа Кларисса вернёт любимого, накажет разлучницу, сохранит домашний очаг». Ладно, с очагом разберёмся потом, единственное слово, которое беззвучно прошептали губы, и которое отозвалось в душе, имело сейчас значение - «накажет».

Уже через час она звонила в дверь колдунье. Или ясновидящей, как её там? Открыла молодая тёмноволосая женщина с колючим взглядом.

- Я по объявлению, - Майя переступила порог, стараясь высоко держать голову. Только сочувствия ей сейчас не хватало!

Женщина молча пропустила её в комнату. Майя небрежно огляделась. Ну да, всё как она и представляла. Зашторенные окна, горящие на столике свечи, прозрачный шар в центре комнаты и разложенные на цыганской шали карты. Вполне таинственная обстановка. Впрочем, это не важно. Если эта госпожа Кларисса действительно может…

- Дай руку, красавица, - голос довольно грубый, не смотря на молодой возраст колдуньи.

 Майя неохотно протянула ладонь. Не гадать же она сюда пришла. Ей нужны наговоры, заговоры, заклятья, проклятья, и что б все подействовали! Кларисса на лету схватила руку, словно добычу и принялась шептать что-то на непонятном языке.

«Что она там видит? - удивилась Майя, с трудом различая линии. - Такое хорошее зрение?»

Вдруг колдунья резко оттолкнула Майину руку и громко сказала:

- Ведьме ведьма не нужна.

- Что это значит? - нахмурилась Майя.

Хозяйка отступила на шаг:

- Эй, послушай, мне от тебя ничего не надо. Мы своих не трогаем. И ты не навреди мне, красавица.

Красавица изумлённо таращилась на госпожу Клариссу. Та, словно испугавшись, отвела взгляд. Затем прошла в прихожую и распахнула дверь:

- Иди своей дорогой. И не возвращайся.

Ничего не оставалось, как направиться к выходу. Но на пороге Майя обернулась:

- Куда же мне идти? И что делать?

- Тебе не ко мне, тебе к Марье. Держи, вот… - скороговоркой произнесла госпожа Кларисса и протянула странную визитку без имени и без телефона, с одним адресом.

Дверь с треском захлопнулась.

- Ничего себе, - хватаясь за перила, пробормотала Майя. - Меня выставили!

Этажом выше и этажом ниже раздался обидный хохот. Эхо разнесло его по всему подъезду. В первую секунду у неё побежали по спине мурашки - смеялась хозяйка. Но потом Майя вдруг разозлилась и топнула ногой:

- Прекрати!

Смех затих. Не оглядываясь, она сбежала по лестнице и вышла на улицу.

 

* * *

 

Вечером она всё же поехала по незнакомому адресу. На этот раз дверь ей открыл высокий мужчина. Совершенно лысый, старше её лет на десять и с упрямыми складками вокруг тонкого рта.

- Мне Марью, - неуверенно проговорила Майя, разглядывая его.

- Я Марий, - усмехнулся мужчина. - Проходите.

В прихожей странно мерцал зеленоватый свет и пахло чем-то вкусным. Со светом Майя быстро разобралась, под потолком вспыхивала и гасла зелёная лампочка, а запах… Ну, что ж. Она сегодня весь день ничего не ела, не удивительно, что ей мерещатся вкусные запахи.

- Чем обязан такому приятному визиту? - голос у этого мужчины звучал вкрадчиво, но с отчётливыми властными нотками.

- Меня прислала госпожа Кларисса, - Майя показала визитку.

- Клара? - мужчина усмехнулся и жестом пригласил её пройти в комнату. - Клара шутница.

- Она сказала… - Майя запнулась, не зная, как объяснить случившееся.

- Она сказала, что ничем Вам не поможет, - закончил фразу мужчина. - И не удивительно. Я догадываюсь, почему.

- Хотите взглянуть на мою руку? - она почувствовала, как опять раздражается. - Ваша знакомая отказывается, Вы догадываетесь. Что со мной не так?

Мужчина взял её за обе руки, но не взглянул на них, а сложил их ладошками вместе и отрицательно покачал головой:

- Спокойнее. Сейчас эмоции ни к чему. С Вами произошло то, что должно было произойти. Вы наша девочка. Вот и ободок черный вокруг зелёного, - добавил он, пристально вглядываясь в Майины глаза.

И тут у неё слегка закружилась голова, предметы стали расплываться, а мерцающий свет почти потух. Не успев подумать, что происходит, она вырвала руки и схватилась за мужчину, чтобы не упасть. Он молча поддерживал её несколько мгновений на пороге комнаты, а потом, когда её раздражение и дурнота рассеялись, мягко втолкнул под тёмную арку. Майя ничего не чувствовала, ей стало всё безразлично. И когда этот странный мужчина чиркнул спичкой и зажёг в комнате свечи, она даже не стала с любопытством оглядываться. Странное оцепенение почти сковало её. Мелькнула мысль, что угрожай ей в эту минуту смертельная опасность, она никуда не побежит.

- Скоро пройдёт, - уверенно произнёс Марий. Он что-то налил в высокий бокал и протянул ей напиток. Майя послушно взяла и сделала глоток. Жидкость по вкусу напоминала воду, но в такие бокалы воду не наливают. С третьим глотком стала возвращаться ясность сознания.

- Что это? Где я? - очнулась она, наконец. - Вы Марий, Марья, а я…

- Ведьма, - спокойно сказал мужчина, - Я ещё не знаю твоего имени, а ты ещё не знакома со своей силой.

Но ведь она догадывалась, что услышит именно эти слова. Знала и не верила. А теперь, когда всё тело наполнилось лёгким покалыванием, почувствовала вдруг дикую радость. Это правда! Правда! Никто ничего ей не доказал, но это правда! Ох, что она теперь сделает с Киром!

- Ты кого-то ненавидишь, девочка? - незаметно перешёл на «ты» Марий. Если Майя и обратила на это внимание, то скорее это «ты» было ей приятно.

- Меня зовут Майя. И я ненавижу. Ещё как ненавижу! - ей хотелось смеяться, она опьянела от странной воды, но ей это нравилось. И нравилось чувствовать, как боль превращается в злость, а злость ищет выхода и пульсирует где-то в области солнечного сплетения.

- Осторожнее, - услышала она голос Мария, - ты ещё понятия не имеешь, как направлять удар.

- А мне всё равно. Я уничтожу Кира, Соню и всех, кто посмеет причинить мне…

Марий приложил палец к её губам, и Майя замолчала. Да, не стоило так выплёскивать свою радость. Какое дело этому лысому до её проблем? Впрочем, что это? Она и на Мария злиться? Он-то ей ничего не сделал.

- Тебе надо научиться себя контролировать, - словно читая её мысли, сказал Марий. - Особенно сейчас. Пока ты не знаешь, что делать со своей силой. Впервые по-настоящему разозлившись, ты с ней встретилась. И надо же было так кого-то возненавидеть! Надеюсь, это не на скучном любовном фронте? Не разочаровывай меня.

- На нём, - призналась Майя, не понимая, что скучного может быть там, где кипят страсти.

- Молодая, - вздохнул колдун. - Ладно, пока я с твоим потоком справляюсь. И помогу тебе. Но предупреждаю, не бескорыстно.

Он подошёл к шкафу и вынул из него довольно объёмную книгу. Пока сдувал с книги пыль и чем-то любовался, Майя размышляла над его словами. Что значит не бескорыстно? Каких услуг он от неё потребует? Неужели…

- И не мечтай, - послышался его насмешливый голос.

Так, не мечтать. Она даже не удивилась, что он узнал, о чём она подумала, просто не обратила на это внимание. Тогда что? Деньги? У мужа денег достаточно, но взять их будет не легко. Совсем не легко, особенно наличными…

- Всё равно отнимешь. Не мне, так себе, - прокомментировал он её мысли и протянул ей книгу, - Держи, злючка.

Майя немного растерялась. И книга, и мысли, и ещё этот насмешливый взгляд. Как он её назвал? Злючкой? Нет, нет, только не сердиться! Надо спросить, о чём эта книга. Она, между прочим, тяжелая.

- Здесь всё, что тебе надо. Скажем так: самые древние методики по направлению твоей силы. Наговоры, заговоры, заклятья, проклятья, и все действуют, - Марий уже точно над ней смеялся. - Тебе повезло, что ты попала к Клариссе. В океане шарлатанства ты случайно выловила жемчужину. Хочешь о чём-то спросить?

- Да.

- Спрашивай.

- А зачем спрашивать, если Вы…

- Ты.

- Если ты читаешь мои мысли?

- Разве?

Майя задала мысленный вопрос. И получила ответ:

- Не мне. И не скоро. Потом. Зачем сейчас об этом думать?

Снова по спине пробежал холодок, но Майя постаралась отогнать неприятное ощущение. Что ж, добро пожаловать в новый мир, о котором она раньше ничего не знала.

 

* * *

 

Книга оказалась захватывающей. Майя не просто читала, она впитывала её в себя. Страницы перелистывались с удивительной лёгкостью. Никогда раньше она не запоминала так быстро с листа. Ужасно хотелось попробовать применить знания на практике, но Марий не разрешал. Брать книгу домой он тоже не разрешал и приходилось читать чуть ли не из его рук.

- Не надо запоминать слово в слово, - сказал он, - Пойми суть. Твоя природа тебе подскажет.

Майю это устраивало, она провела у него две недели. Её немного удивляло, что Марий не обращает на неё внимания, как на женщину, но удивление быстро прошло. И отлично, что ей не мешают. Зато она узнала, что он готовит прекрасные экзотические блюда. Стало понятно, откуда в квартире такие вкусные запахи.

- Подпускать женщину к плите – кощунство, - заявил он однажды, чем вызвал у Майи снисходительную улыбку. Впрочем, ела она с удовольствием.

Когда последняя страница была прочитана, книга вернулась на прежнее место, и Марий молча открыл перед Майей дверь. Она всё поняла и поблагодарила его кивком. Скинула одежду, которую он ей любезно одолжил, переоделась в свою и молча покинула его квартиру. Пора было возвращаться.

Дома ничего не изменилось. Кирилла не было, и, кажется, он не появлялся тут с того самого дня, как она обо всём узнала. Что ж, значит, он окончательно бросил её ради глупой блондинки. Да ещё оказался трусом, побоялся придти и объясниться. Возможно, по его просьбе их общая знакомая из рекламного отдела звонила тогда Майе. Майя тряхнула волосами и сжала кулачки. Злость заполнила её до краёв.

Спустя час, она убедилась, что Кир всё-таки приходил. Пропали некоторые его вещи, его одежда и его документы.

- Обрадовался, что не застал меня, - с горечью прошептала Майя.

Ну, ничего! Теперь она знает, как действовать. Сегодня как раз ночь полнолуния. Первая получит Сонечка. Сама связалась с женатым мужчиной. Весь день, до вечера Майя откровенно желала ей зла. Ближе к ночи провела обряд. Достала чёрные свечи, которые позаимствовала у Мария, нашла несколько гвоздей. Зажгла семь свечей и поставила их кругом. В центр положила гвозди. Затем, не торопясь и тихо, заговорила:

- Душа пылает, горн полыхает, гвозди в горниле, кобыла в мыле. По гвоздям раскаленным, по пропастям бездонным, по камням-валунам, по топям-зыбям…

С каждым словом она чувствовала, как её злоба материализуется в какую-то неясную силу и сила эта разрушительная. Но останавливаться не хотелось. Дочитав слова заговора до конца, повторила его семь раз. Затем дождалась, пока догорят свечи, собрала гвозди в чёрную тряпку и посмотрела на часы. Через двадцать минут наступит полночь. Надо торопиться.

Сунув ноги в туфельки, выбежала за дверь. Ближайшее кладбище находилось в десяти минутах ходьбы от дома. Но Майя побежала, уже жалея, что сняла тапочки. Каблучки громко цокали в ночной тишине, привлекая внимание редких прохожих. Несколько человек с удивлением обернулись вслед странной, растрёпанной, рыжеволосой девушке. Возможно, они подумали – куда она бежит или от кого убегает, но Майе было уже всё равно.

На кладбище она вошла без страха. Мёртвых бояться не надо, надо бояться живых. Выбрав первую попавшуюся могилу, отворила ограду и зашла внутрь. Темнота, хоть глаз выколи. Нащупав землю возле ограды, выкопала ямку и положила в неё тряпку. Так же быстро засыпала тряпку землёй. Закончив с этим, молча вернулась домой.

Дома, в тепле, почувствовала, что всё это время её бил озноб. Почти без сил опустилась в кресло.

- Что это я? Надо чаю горячего. И продолжать.

Про чай она тут же забыла. Чувствуя, что в другой раз не соберётся, встала и распахнула форточку. Лишь бы за окном дул ветер. Порыв ветра выстроил её мысли в ряд. Сами всплыли в памяти слова:

- В тёмную ночь, на светлой заре, сбудется да свершится мой наговор. Станет Кирилл умываться – вода иссякнет. Не умыться ему, не напиться ему. Станет Кирилл дышать, не вздохнёт, не выдохнет. Сядет он есть – рука не поднимется, остриё иглы коленной, кусок для него…

Майя читала и старалась представить Кирилла. Всё в нём стало ей неприятно. Как же раньше она могла его любить? А сейчас?

- Так и врагу моему сна не видать, глаз не сомкнуть, покоя не найти, - закончила она твёрдым голосом. Ветер унёс её слова в неизвестность. Хотя почему в неизвестность? Наговор был адресным и скоро слова, произнесённые с ненавистью, попадут в цель. Подумав об этом, Майя улыбнулась. И снова на плечи навалилась усталость, а ноги стали подкашиваться.

«Это тот самый откат, о котором предупреждал Марий? - подумалось ей. - Ну, нет. Слишком дёшево я хочу отделаться. Завтра пойду за защитой к Марию. Он обещал». Не в силах больше ни о чём думать, она свернулась на кровати калачиком и спряталась под одеяло.

 

* * *

 

Через неделю позвонила всё той же знакомой из рекламного отдела:

- Лидунчик? Ну, как дела? Как там Кирилл поживает? Ты уже знаешь, он меня бросил.

На том конце провода возникла пауза, видимо этого звонка не ждали. И, возможно, сплетницу Лиду слегка удивил бодрый Майин голос. По всему, жена босса должна сейчас прибывать в депрессии. А как же? Сами Кирилл Иванович изволили уйти из дома. Прощай сладкая жизнь, прощай денежки.

- Да… А ты-то как? - выдавила из себя знакомая.

- Я? Я в порядке, - заверила её Майя. - Так, беспокоюсь о Кирилле. Привычка, знаешь ли.

Несомненно, их разговор будет передан, Лида не упустит возможность разболтать о том, что звонила жена начальника. И в первую очередь об этом узнает белокурая Соня. Ах, как быстро фаворитки обретают нешуточную власть!

- Не в курсе, знаешь ли ты… Может, тебе неприятно, что я об этом говорю… Вобщем…

- Не тяни резину, Лидунчик. Что случилось?

- Соня недавно сломала ногу. Лежит сейчас в гипсе. Так неудачно упала, на ровном месте, представляешь?

- А как Кирилл, - перебила её Майя, поймав злорадный блеск в отражённых зеркальных глазах.

- А что Кирилл? Работает. Молчит. Каждый день навещает Соню в больнице.

- В какой? оживилась Майя. - Ты уверена, что она лежит в больнице?

- Конечно, уверена, - немного обиженно ответила Лида. Кто бы сомневался в её осведомлённости? - Соню на скорой отвезли в первую Градскую. Она же на улице поскользнулась, еле до дома доковыляла, оттуда сама и вызвала.

- Ясно. Ну, спасибо. Ты, Лидунчик, как всегда, всё про всех знаешь.

- Да ладно тебе, - растаяла от похвалы Лида. - А ты, правда, нормально?

Ага, срывается сенсационная новость о том, что Майя убита горем.

- Да, не беспокойся. Как-нибудь забегу, поболтаем, - и, не дожидаясь дальнейших расспросов, она нажала «отбой».

Значит, работает! Работает! Не верилось и верилось одновременно. Несколько слов, направленная злость и, вот, пожалуйста. Значит она настоящая ведьма! А Соньку не жалко. Подумаешь, ногу сломала. Сама поломала чужую жизнь, нога срастётся, а жизнь уже нет. Так что мало Сонечка получила, мало. Майя вскочила и закружилась на месте. Теперь она знает свою силу и знает, что ей делать дальше. Во-первых, Соня получит сполна.

- А не навестить ли мне больную дурочку? - остановилась Майя, - Есть у меня кое-что на такой случай.

Уже через полчаса ехала в метро, предварительно узнав адрес больницы. Вышла на Октябрьской кольцевой, обогнула высокое здание и быстро нашла больничные корпуса. Узнать в справочной нужный корпус и палату, в которой лежит Сонечка, тоже труда не составило. И вот она уже возле белой двери, за которой её не ждут. Приоткрыв немного дверь, увидела спящую разлучницу. Во сне личико Сони казалось совсем детским и невинным, но Майя-то знала, что скрывается за этой невинностью. Вот она, мишень. Губы сами зашептали страшные слова;

- Уйдёшь – вернёшься, забудешь – вспомнишь, бежать захочешь – откажут ноги, захочешь крикнуть – вздохнуть не сможешь…

Не отводя взгляда от ненавистного лица, Майя невольно повысила голос. На середине проклятья Сонечка стала просыпаться и поворачиваться.

- Кричащий узел внутри совьётся, гудящих стонов и чёрной желчи…

Сонечка широко распахнула глаза:

- Что… ты… здесь… делаешь?

- Пылают мысли и давит слово, не жди пощады, не плачь.

Ответить ей? Вот ещё! Майя отвернулась и пошла прочь. Больничные стены дрожали от ненависти, как и Майино сердце:

«Взликует морок, ломая душу… Взликует!» О, теперь ей хотелось смеяться. Но смех здесь привлечёт ненужное внимание. Домой, домой, а уж этот испуганный взгляд она никогда не забудет. До утра её будут согревать воспоминания о больших и растерянных Сонечкиных глазах.

Через три дня Сонечка потеряла ребёнка. Если что-то и кольнуло Майю при этом известии, то другие мысли быстро погасили просыпающиеся раскаянье. Этот ребёнок не имел право на жизнь, просто не имел! Это у Майи должны быть дети, а Сонька такого счастья не заслужила! Не задумываясь больше, она приступила к завершающей стадии. Побывав у Мария, ещё раз изучила все тонкости обряда на разорение. Нет, ошибся Марий, деньги она с мужа не возьмёт, но и его по миру пустит. А главное, она знала, работа для Кирилла важнее всех его похождений. Если наносить удар, то по самому больному. И Майя нанесла.

Вышла в полночь на перекрёсток трёх дорог, был у неё такой на примете. Необычная развилка возле детского садика, рядом с домом. И как нарочно, три тропинки сходились в одну точку. Зажгла три свечи и принялась читать, охраняя руками пламя:

Дыра дырявая, труха трухлявая, пустота пустая, тьма густая…

Никто не прошёл мимо, никто не потревожил. Место пустынное, тёмное. Бывает, что здесь гуляют с собаками, но в эту ночь никто не вышел. Дочитав заговор и подождав, пока догорят свечи, Майя встала с колен и пошла домой, не оглядываясь.

Весть о финансовом крахе мужниной фирмы её не удивила. Правда, на этот раз пришлось подождать. Но оно того стоило. Лидочка билась в истерике:

- Меня уволили! Всех уволили! Всему конец, что делать?!

Майя пожимала плечами, глядя на телефонную трубку. Конец? Очень хорошо. Что делать? А не надо было сплетни разводить.

Новость обрушилась внезапно. Кирилл повесился. Майя сидела сражённая и не верила в то, что ей говорили. У себя в кабинете, на какой-то грязной верёвке… Нет. Нет!!! Он не мог, она не успела сказать ему… Не успела…

Да. Но зато она отомстила.