Каменный гость

Вторник, 1 января 2008 г.
Просмотров: 2859
Подписаться на комментарии по RSS
Автор: Михаил Зипунов (zipa).
 
 
 
И звезды сильней заблистали,
И кровь ускоряет свой бег,  
 И смотрит с улыбкою Сталин -
Советский простой человек. 
(В. Лебедев-Кумач. «Советский простой человек», 1937)
 
 
Да какой же я террорист? Побойтесь Бога! Я абсолютно законопослушный гражданин… Нет, ну, конечно, мелкие грешки были… Не без этого. Но вот так сразу – террорист, это вы зря. И вообще все мои действия стоило бы квалифицировать исключительно как самооборону. Да-да, по сути это все – чистейшая самооборона. Хотя я понимаю, что формально доказать это ни один адвокат не сможет. Эх… Что уж тут поделаешь… Все равно другого выхода у меня не было. И если отмотать все на неделю назад, я бы сделал это снова.
Хотите знать – почему? Оно вам надо? Нет-нет, извините, я не хотел вас оскорбить! Прошу прощения! И в мыслях не было! Просто вы ведь все равно мне не поверите, так к чему переливать из пустого в порожнее? Доказательства у вас есть. Свидетелей – хватает. Да и я же не отпираюсь. Вот разве что с терроризмом – это вы перегнули палку. А так я признаю свою вину.
Мотив нужен? Ну, ладно… Если вы настаиваете… Только имейте в виду – я не сумасшедший. Вот у меня и справка есть… Ага – подготовился. Хотя, вот адвокат мне советовал, наоборот – под шизика косить. Да только я решил, что лучше уж отсидеть свое, чем под шприц подставляться. Я и от армии в дурке не прятался и сейчас готов за все ответить. Только ни покушение на убийство, ни терроризм вы мне не шейте. Не было этого.
А что было… Ну, как хотите. Хотите слушать – я расскажу.
Простите, а вон там в углу сидит, это кто? Темно, не вижу лица…Да нет, я не стесняюсь, мне скрывать нечего.
Все началось чуть больше трех лет назад. Я работал в рекламном агентстве. Зарабатывал прилично. Семью обеспечивал. Все как у людей. Да чего там прибедняться – вполне зажиточно жили. Жена постоянно в обновках ходила, детей старался сильно не баловать, но так чтоб и не чувствовали себя людьми второго сорта. В общем – жаловаться не буду.
А тут вдруг раз – и запретили рекламу алкоголя и сигарет. И по телевизору и наружку. Ну, конечно, выкручивались. Не сигареты рекламируем, а торговые марки. Да только клиенту одному захотелось креатива. А мне что? Да за хорошие деньги я такой креатив сварганю!
Вот и памятник этот… Вот вы говорите – терроризм, а между прочим памятник этот – моя идея! Стал бы я без причины свое детище гробить!
В общем, решили мы, вместо билбордов с рекламой сигарет, поставить памятник этот. Заказчику, по крайней мере, идея по душе пришлась. Тем более бабка у него – на всю голову сталинистка. Да и у самого комсомольской ностальгии – выше крыши. Вот и решил он одним махом и бабке любимой подарок сделать – памятник Иосифу Виссарионовичу в центре города поставить, и себе выгоду поиметь – Сталин-то наш не трубку в руке держал, а пачку сигарет определенной марки. Пачка – будь здоров! Издалека видно – что курят великие!
Кому надо – заплатили, и разрешение горсовета в кармане. Правые, либералье всякое, конечно, пытались возражать, да только у нас все продумано. Аккуратненько так вкинули информацию кому надо – и к открытию памятник был под самой надежной охраной!
Бабки. Нет, не деньги, а натуральные бабки. С портретами Сталина, с флагами красными – все как положено! И попробовал бы кто помешать установке памятника!
Вот вы зря улыбаетесь. И вы там в углу тоже зря посмеиваетесь. Наши бабки-коммунистки – это сила. Да и у вас в столице вы не могли о них не слышать. Постоянно как первомай, революция или еще что – наших бабок к вам спецрейсом доставляют и поближе к вождям держат. Если какая заварушка – наши бабки всем зададут. ОМОН нервно курит в сторонке. Что уже говорить о нашем городе. У нас – им нет равных в искусстве рукопашного боя.
А я на полном серьезе! Они своими флагами такой махач устраивают! Началось-то все как – положил один наш бизнесмен глаз на музей Ленина. Помещение на центральной улице – и не торгово-офисный центр. Форменный беспорядок.
Порешал все с документами, собрался въезжать – да не тут-то было. Оперативно бабки с района подтянулись и не пускают. Ну, бизнесмен этот посмотрел на такое дело, развернулся и ушел. А ночью подослал бандюков своих… Ну, вы же знаете, как это делается. Обыкновенная рейдерская атака: кто первым встал – того и тапки. Что может быть проще. Вот и бизнесмен тот думал так же. Бабки, правда, оставили на ночь небольшой заградотряд, вход забаррикадировали, развели во дворе костры, чтобы не заснуть – Интернационал поют под караоке. Ну, бандюки поулыбались да и начали пробираться через черный вход… Не знаю уж, как там все получилось, оступился кто или матернулся – но бабки просекли обходной маневр. В общем, к утру те из бандюков, кто не смог пробраться в музей и теперь лежал в реанимации, совсем не завидовали тем, кто туда успел попасть. Тех, кто оказался внутри, так никогда больше и не видели. Ни живыми, ни мертвыми.
Да и бизнесмен струхнул, когда несколько бабок с красными флагами демонстративно заявились в закрытую гимназию, где его сынок учился. Нет, обошлось без жертв. Да и вообще вели себя бабки вполне пристойно. Прогулялись под окнами, да и ушли себе. Вот только со знамен ихних, говорят, кровь капала. А я откуда знаю? Может, и кровь, а, может, и кетчуп. А, может, и вообще не капало ничего, а воображение у кого-то разыгралось. Не знаю. Знаю только, что бизнесмен этот оставил музей в покое.
А бабки с тех пор стали грозой нашего города. На выселках гопоту приструнили. Директора местной телекомпании убедили включить в прайм-тайм ежедневную передачу «Ленин с нами!» Да мало ли еще чего! У них же никаких моральных принципов, кроме революционной необходимости. А в руках – флаг! Вот как мы в детстве нунчаки себе делали. Так и бабки из подручных средств мастерили вполне пристойной оружие. Они со своими флагами любого ниндзю или брюса ли за пояс заткнут. И не только за пояс. И не только заткнут. Вы уж мне поверьте. Размахивают красным – внимание отвлекают. А потом древком – между глаз. Или между ног. Или еще куда.
Они и школу боевых искусств в бывшем дворце пионеров открыли. Учат молодежь за себя постоять. Октябрята там заточенной звездочкой глаз с двадцати метров выбивают, а пионеры галстуком такое делают, что мороз по коже…
Да… отвлекся я немного, извините. Я просто хотел объяснить, что, имея такую поддержку, мы никого не боялись. А кто и попытался заикнуться о нецелесообразности установки памятника – вынужден был брать больничный. Но в целом, хочу сказать, установка памятника прошла достаточно мирно.
Заказчик остался доволен. Все, кто в центре побывал – сигареты курили только наши! Да, вот что значит – великий вождь! До сих пор люди за ним идут. Не то что нынешние… Кстати о нынешних. Мэр наш тоже от радости большой к нам в офис заглядывал – руки всем жал. Мы ж такую презентацию памятнику устроили! По всем каналам засветились. И по местным, и по центральным. Народ из области потянулся – на памятник посмотреть. Потом  из других областей активно ехать стали. Туризм  развивался – дай Боже! Уж как бюджет города не разворовывали, а все равно хватало и на гречку для пенсионеров, и на боевые сто грамм по праздникам для ветеранов. В общем – все довольны.
Всем хорошо, а у меня горе. Жена моя забеременела. Нет, это не горе, конечно! Что вы! Горе было, когда она родила. Не сразу, нет. Поначалу-то я радостный ходил! А то! Сын! До этого ведь одни девчонки, а тут сын наконец-то! Девочки мои красавицы, конечно, но все равно, знаете, бывало, задумывался – неужто ж я последним Люшковым буду! Кому фамилию передать? Кто род Люшковых продолжит? Так что как узнал, что сын у меня, – обрадовался очень. Думаю, ну, что ж, Генрих, вот и передал ты эстафету дальше.
Да только через месяц-другой стал я к мальцу приглядываться повнимательней – не Люшков это и все! Не мой сын! Я сначала думал было – подменили в роддоме. Жена-то у меня не из гулящих. Всегда доверял ей как себе. Проверил все. Но тихо так проверил – жена и не знала ничего. Вышел на нужных людей. Заплатил сколько надо. Все без толку. Точнее с толком, да не с тем. Не подменял никто. А группа крови – не та. Тут уж, как ни доверяй жене, а какие еще варианты?
Но скандал я устраивать не стал. Я вообще человек по натуре тихий, мирный. Решил для начала все точно проверить, а потом цивилизованно развестись. Сказал жене, что в командировку еду, а сам у кума – он напротив живет – остался.
Что? Кум? Нет. Исключено. Мальчонка на кума ни капли не похож. Так вот, значит, сели мы с кумом вечерком, ну, выпили немного. Глядь в окно – пришел, гад! Массивный такой мужик. Подошел к калитке, постоял немного, покурил и – в калитку заходит! Я – во двор быстро. Крадусь к себе, словно вор. Подхожу, в окно спальни заглядываю – а он уже в постели! Я говорил – человек я спокойный. Но тут чуть было не сорвался. Еле удержался. Не захотел дочерей будить. Зачем им знать это все. И, слава Богу, что удержался. Смотрю дальше – мужик этот пыхтит вовсю, скачет как на лошади, а жена-то моя и не пошевелится, будто спит. А она у меня – женщина  темпераментная. Думаю, странно это. Может хахаль этот и не хахаль вовсе, а шантажист или еще что – силой жену мою заставил. Ну, думаю, я тебе покажу. Жаль только, что жена сама не сказала мне, что пристает к ней этот красавец, ну ничего, завтра поговорим.
Утром «возвращаюсь я из командировки», а жена на шею бросается – будто и не было ночью у нее никого. И не просто на шею бросается, а видно, что действительно рада моему возвращению. Подождал я, пока дочки в школу уйдут, да и начал разговор. Говорю, не бойся ничего, я все знаю. Мол, надо было сразу мне все рассказать – я бы этому прохвосту задал! Имеются связи. А жена – смотрит удивленно, словно не понимает, о чем я. Притворяется, думаю. И как я не подступался – все отрицает. Ну, думаю, ошибся, значит. Таки действительно шуры-муры у них. Говорю, ну что ж, тогда – развод. Жена плачет, у самого – кошки на душе скребутся, а только все равно собираю вещи и к куму. Говорю, пока документы будем оформлять, можешь жить в нашем доме. А потом – разменяемся.
А вечером у кума опять выпили немного, да и развезло меня. Люблю ведь ее. Все равно люблю! Тряпка, ты, Генрих, думаю – ноги сами домой несут. Еле дождался, пока кум отключится, и – домой.
Хорошо, что сначала, как и вчера, в окно спальни заглянул. А там – опять этот! Ну, совсем ни стыда, ни совести! Думаю, ладно, сейчас эта гнида из дому выйдет, я тебя за руку выведу – чтобы в доме не скандалить – покажу красавца этого, что ты мне тогда запоешь!
Еле дождался, пока они там закончат. Взял полено – гада этого вырубить, чтоб не убежал. Стою за деревом, жду.
Выходит. Я уж полено поудобней перехватил, да только так и застыл, как лицо его увидел. Так и простоял за деревом с открытым ртом, пока он мимо проходил. Хорошо еще, что выпили мы с кумом, а не то сердце могло б и не выдержать. Как вышел он из двора, так у меня ноги подкосились и сознание я потерял. Утром жена нашла меня, растормошила, улыбается, говорит, что не злится на меня, что понимает – шепнул кто, а я и вспылил. Смотрю на нее и вижу – ну не притворяется она! Тут только я понял, что она действительно ничего не знает и про визиты ночные даже не догадывается. Да только я же видел – кто к нам приходил! Зажмурюсь, а пред глазами – он. Сталин. Памятник с центральной площади. Идет не торопясь, и сигарету рекламную курит. Жутко.
А я вам что говорил? Вы справку видели? Я ведь тогда первым делом на обследование побежал. Нет, доктор говорит, все у вас в порядке. А Сталин… ну это вы перетрудились, мол. Бывает. Отдохните, отпуск возьмите – Сталин и перестанет являться.
Конечно, думаю, отпуск! Я – на море лежу, солнцу бока подставляю, а тут этот гад мою жену иметь будет!
Нет, дело не в том, что мы с кумом выпили. Это была вторая моя мысль. Я потом и на трезвую голову засаду устраивал. Все равно приходил, сволочь.
Рассказал жене что к чему – не верит. Хотел уже было заснять все и показать, а потом решил – лучше ей не нервничать. Она ведь к тому моменту уже опять забеременела. Подумал я, подумал. Ну, какой выбор – предъявить доказательства, объяснить все и уехать всей семьей из города? Да только где гарантия, что памятник за нами не увяжется? А главное – у жены травма на всю жизнь обеспечена. Это ж подумать страшно – ты спишь себе спокойно, а в это время тебя истукан каменный обрабатывает. Так что решил я жене ничего не рассказывать.
А только делать что-то было надо. Я когда в центре бывал – к памятнику подходил. Смотрю – а этот гад вроде бы и стоит неподвижно, да только массивней стал что ли… В плечах раздался. И улыбочка ехидная такая появилась – как у живого!
Думаю, если я его не остановлю, тут одной моей женой дело не кончится. Он же сил набирается! Через год-другой – сойдет с постамента!
Вот сами посудите, господин майор… что? Товарищ? Хорошо, вот вы сами посудите, товарищ майор – что я должен был делать? И вы товарищ в углу, что скажете?
Признаю, сначала я смалодушничал. Решил чужими руками беду отвести. Я же тогда все еще в рекламном агентстве работал. Ну и подкинул одному медиа-холдингу идею с газетой. Рекламировать газеты никто, конечно, не запрещал. Но владелец холдинга постоянно копал под сигаретчика нашего. Не знаю уж, что они там не поделили, а только насолить друг другу – первое дело! А как Сталин с сигаретами на площади появился, так газетчик себе покоя и не находил. Открыто конфликтовать не мог – бабки не дремали. Но за возможность утереть нос «сталинистам» готов был меня расцеловать.
А идея-то на поверхности лежала. Мне и думать много не надо. Так и появился у нас на центральной площади Владимир Ильич. В руке – газета. Не «Искра», конечно, а таблоид местный. Но главное – Ленин в полтора раза выше Сталина! И как раз напротив!
Газетчик кипятком писает от радости, что сделал сигаретчика с его Сталиным. А я тихо улыбаюсь – кто ж еще за Сталиным присмотрит как не Владимир Ильич! Этот уж точно не даст спуску горячему грузинскому мачо! При таких-то размерах!
Да только рано я радовался. Некоторое время Сталин, правда, действительно у нас не показывался. Только как-то раз возвращаюсь я от кума, смотрю – а возле окон детской спальни стоит кто-то здоровенный! Я за дерево – так и есть! Ульянов, сукин сын! Младшей дочке в окно заглядывает. Улыбается, сволочь.
Ленин детей любил? Ага! Майкл Джексон тоже детей любил! Пускай любит себе на здоровье. Только пусть это будут не мои дети!
Тут уж я медлить не стал. На следующий же день за свои деньги поставил у себя во дворе статую Фанни Каплан.
После этого какое-то время было относительно мирно. Постреливали, правда, вечерами. Зато никакой педофил под окнами дочерей не маячил.
А потом опять Джугашвили стал наведываться. Я, признаюсь, запаниковал. Это же что получается? Если Ленин – да еще в полтора раза больше Сталина! – не может с Виссарионычем совладать, от кого помощи ждать? Да к тому же стал Ильич сдавать. Народ, все кто на площадь приходят, и не замечали, смеялись, фотографировались с двумя вождями, но я-то внимательно смотрел. Со временем Ильич поусох, что ли. Заболел, видать.
Ну, думаю, если Владимир Ильич не справляется, пора Льву Давидовичу за дело браться. Подкинул я одному магазину спорттоваров идейку. У них там и туристическая снаряга всякая разная продавалась… Короче, появился у нас на площади третий памятник.
Троцкому.
Честно говоря, не оправдал Лев Давидович моих надежд. Все, на что сподобился, – нацарапать ледорубом на спине у Сталина слово из трех букв. Больше его никто не видел. Дело возбудили о краже памятника. Искали по всей области – без результата. Я б на месте следователя в Мексике поискал, да только что толку? Не справился Троцкий со Сталиным…
А этот ублюдок опять к нам зачастил.
Никита Сергеевич, на деньги нашего аграрного барона, тоже жидковат оказался. Только след от ботинка на памятнике Сталину остался, а самого Хрущева – след и простыл. Видать не получилось что-то с кузькиной матерью…
Я уже начал с нацистами нашими наводить контакты, да вовремя остановился. Гитлер и тогда плохо кончил. А если б сейчас и завалил Сталина, так ведь хрен редьки не слаще.
Ну, вот сами скажите – что мне оставалось делать? Махно? А если б ему Сталин Крым пообещал? Не заключил бы батька с ним временный союз? Поймите, я больше не мог рисковать – жена опять забеременела.
Конечно же, все это время я пробовал решить проблему и простыми физическими средствами. Да что я мог поделать? Бита бейсбольная – в щепки, пули отскакивают. Ночью он – неуязвим.
В общем, сами видите – выбор не богат. Достал я динамит. Наклофелинил бабок, охранявших памятник. Увез их с площади, кстати, чтобы не пострадали случайно, а вы говорите – «покушение на убийство»!
Ну и рванул.
А потом к вам пришел.
Мне теперь одна дорога – в тюрьму. На свободе мне все равно не жить – бабки достанут. Семью за границу отправил. Так что за них я спокоен. А я… ну что ж… так мне и надо. Я его породил, я его и взорвал…
Товарищ майор! Почему расстрел?! Это же только памятник! Люди ведь не пострадали! Кто приказал? А суд? Что? Сталин? Иосиф Виссарионович? Он же умер! Нет, я, конечно, понимаю, что живее всех живых, но… Товарищ майор! Вы же пошутили, да? Но зачем такие жестокие шутки? Я же чистосердечно во всем признался!
А вы там в углу, ну вы-то скажите хоть слово! ААА!!! Нет! Тот же умер! А этого я взорвал! Почему ты здесь сидишь и куришь?!!
Товарищ майор! Не оставляйте меня с ним! Да, я террорист! Я покушался на жизнь товарища Сталина! Я все подпишу! Только семью не трогайте!!! Спасибо товарищу Сталину за…
 
 
21.11.08
Автор: Михаил Зипунов (zipa).