Друг

Пятница, 4 ноября 2011 г.
Просмотров: 3932
Подписаться на комментарии по RSS

Враг.

(из интервью издания «Голос Содружества», раздел «Происшествия»)

- Скажите, сер, Вы как представитель департамента общественной безопасности, как можете объяснить факт сорока загадочных смертей за последний месяц, в трех ближайших планетах – Туи, Нада и Зея. Общественность содружества не может спокойно смотреть вечерние новости, все ждут неименуемого продолжения печальной статистики.

- Господин корреспондент, проблема всей журналистики, в том, что она раздувает любую новость в сенсацию.

- Но Вы не будете отрицать, что смерти на всех трех планетах, имеют схожие черты. Всегда умирают только дети, причем, без видимым причин. Ученные разводят руками, высказывают только общие гипотезы, про внешнее воздействие неизвестного организма. Про необратимые изменения мозговых функций, которые и являются причиной смерти. Про одинаковую, зафиксированную в тридцати восьми случаях из сорока – застывшую гримасу или улыбку счастья на лицах умерших. Да, и тот факт, что данные случаи поручены расследовать именно Вашему департаменту, говорит о том, что эти случаи из ряда вон выходящие. Скажите, действует какой-то серийный маньяк или целая группа? Правительство всеми силами старается скрыть от глаз общественности этот вопиющий факт?

- Не вижу причин, так драматизировать ситуацию. Участие нашего департамента обеспечивает только силовую поддержку данного расследования. Да, предполагается, что на этих.. этих, гм, извините, несчастных детей, действительно производилось воздействие мощным силовым полем. Кто или что это сделало, пока трудно сказать. Анализом ситуации и проработкой версий случившегося занимаются лучшая команда парапсихологов, экстрасенсориков и аналитиков. В случае обнаружения этого врага – мы найдем и обезвредим его.

- Вы можете подвергать сомнению, что такое количество смертей – случайность, несчастный случай?

- Мы обязаны прорабатывать все варианты случившегося. Повторяю, в случае обнаружения, любой явной или не явной угрозы, будут предприняты все меры для блокирования либо уничтожения любой угрозы жизни поданных содружества. Мы обязаны обеспечивать спокойную жизнь в содружестве, всеми доступными способами. Мы найдем причину этих смертей, и уничтожим ее. Да, именно так. Прошу Вас, господин корреспондент, данную фразу привести в Вашем интервью дословно.

- Однако Вы не можете отрицать, что данный случай, из ряда вон выходящий. По этому, этим расследованием занимается могущественный департамент общественной безопасности правительства, да еще с аналитиками и экстрасенсами. Полиция, не справилась бы?

- Экстрасенсориками. Так правильнее. Полиция расследует случаи локального масштаба, здесь же, как Вы заметили, системный случай неординарного свойства сразу на нескольких планетах. Да, и Вы что-то имеете против использования экстра способностей на службе правительства?

- Я нет. Но по результатам опроса общественного мнения нашего издание, общество неоднозначно относится к таким людям. Хотя, конечно, никто не отрицает потрясающую результативность подобного рода подразделений. Но люди боятся неизвестного, а экста..сенсорики, их способности не понятны обществу. Потому и вызывают страх.

- У меня нет причины сомневаться в профессионализме моей команды. Им я доверяю, как себе. Если Вы не против, оставим эту тему философам и политикам. У Вас еще есть вопросы ко мне?

- Да. По информации из неофициальных источников нашего издательства, получены сведения, что и Ваш ребенок, малыш трех лет, тоже находится в этом трагическом списке. Скажите, ни потому ли Ваш департамент, участвует в поиске причины данных смертей?

- Откуда Вы..? Без комментариев.

- Не кажется ли Вам, что руководствуясь личными мотивами в данном деле, Вы не будите рассматривать данное расследование сугубо с профессиональной точки зрения?

- Мой департамент лишь выполняет поставленную задачу. Остальное – без комментариев.

- Скажите, наш источник утверждает, что после происшествия с Вашим сыном, Ваша жена оказалась в специализированном медицинском учреждении. Как Вы можете прокомментировать…

(Интервью было неожиданно прервано, в связи с неожиданным глубоким обмороком нашего корреспондента. Врачи утверждают, что происшедшее – результат переутомления и не связывают его с последним интервью журналиста. Со своей стороны представители департамента общественной безопасности содружества заверили в готовности продолжить прерванную беседу в любое удобное время представителям издания «Голос Содружества»)

Друг.

Он был самым лучшим моим другом. Наверное, моим единственным другом. В его компании всегда было весело и непринужденно. Он постоянно шутил, разыгрывал и придумывал все новые и новые игры. Он часто путешествовал и когда приезжал, часто рассказывал новые истории, описывал места, где он бывал, существ, которые встречались на его пути. Все это было очень забавно и интересно. Мой лучший друг, ты пришел в мою жизнь очень рано и идешь со мной по жизни и сейчас. Все самое светлое и яркое, связано только с тобой. Как я скучаю, когда тебя рядом нет. Мне грустно и тяжело без тебя. Я становлюсь сам не свой. Лежу и целыми днями смотрю в потолок. Мама приходит ко мне, гладит мою руку, ее губы что-то шепчут неразборчиво, а глаза становятся красными и начинают блестеть. Не переживай мама, скоро вернется ко мне мой друг, и все будет хорошо, как и прежде. Я обязательно Вас познакомлю, и ты увидишь, какой он замечательный. Мой друг. Он такой скромный, что всегда приходит, когда я один. Его не бывает, когда ко мне приходят гости. Его заразительный, жизнерадостный смех раздается только когда мне грустно и одиноко. Он появляется, словно из неоткуда, берет меня за руку, я встаю, и мы кружимся в бесконечном танце задора и веселья. Как же давно тебя не было. Где ты, мой единственный друг?

- Доктор, ну как мой сынок? Что ему снится, у него улыбка на лице?

- Вы устали, идите, отдохните. Хоть Вы его мать, Вам тоже нужен отдых. Ваш сын в коме больше пяти месяцев, и Вы все время возле него. Идите, Вас сменит сестра.

Доктор отвел уставшую мать от огромного окна, за которым находилась сложная аппаратура по поддержанию жизни младенца. Он усадил ее на широкий диван, налил воды и протянул женщине успокоительное. Чтобы разрядить обстановку, включил большую плазменную панель. Женщина пила воду и отсутствующим взглядом смотрела в на экран. Ее руки заметно дрожали. А пальцы бессвязно переключали каналы:

« …И мы вынуждены прервать наше интервью, в связи с тяжелым обмороком нашего корреспондента…»

« … сорок смертей на трех планетах содружества – Туи, Нада и Зея…»

« … прошел саммит стран содружества. Поднимались вопросы безопасности…»

«… Наиболее высокоорганизованные негуманоиды обнаружены на границе обозримой части вселенной. Спруты имеют развитую нервную систему. Эти существа, вероятно, являются самыми разумными животными среди всех негуманоидных. Имеют самый сильно развитый мозг и самые большие его размеры в среде себе подобных. По своей природе, спруты - хищники. Они имеют различные приспособления для охоты, схватывания и умерщвления добычи…» Рука женщины медленно опустилась на диван, дыхание стало ровным, уставшая мать провалилась в царство сна. Доктор оторвался от заполнения ежедневных бумаг, подошел к женщине и украл ее пледом. Затем, наклонился к селектору и вызвал в палату медсестру, для наблюдения за пациентом.

- Вызывали, доктор.. Медсестра не успевает закончить фразу, как в кабинет врываются четверо военных в пятнистой форме с большими и тяжелыми чемоданами. Молча, и слажено, как единый организм, они расставляют принесенное оборудование, соединяют провода, включают мониторы переносных станций.

Доктор подхватывает медсестру, которую как пушинку откинула открывающаяся дверь, усаживает ее в кресло, и, пытаясь вернуть свое положение хозяина кабинета, хмурит бровь и тянется к телефону на столе.

- Это лишнее. Мы ненадолго. И полиция здесь не понадобится. – Голос, принадлежал человеку в сером штатском костюме. Он беззвучно очутился в проеме двери кабинета, и так же беззвучно закрывший ее за собой. – Департамент общественной безопасности. – Стальная карточка, лишь на миг появилась в руках серого костюма. Блеснули звезды содружества на удостоверении.

Плечи доктора сразу опустились, а глаза потухли. С такими организациями в правительстве не шутят. Право на уничтожение, при препятствии выполнения своих обязанностей представителями подобных организаций, отображено не последней строкой, в конституции содружества. Об этом знают, даже дети. Мир и порядок не даются легко. Только тотальный контроль и не именуемая кара нарушителей спокойной жизни в содружестве, дает уверенность в спокойной жизни его населения.

- Но это, детский медицинский центр. Тут маленькие дети. Всего лишь дети, понимаете…

На минуту взгляд доктора затуманился, и он просто сел на пол, как выключенный робот.

Серый костюм, отвел взгляд от доктора и впился в мониторы систем слежения в открытых чемоданах. Военные сканируют все помещения медицинского центра. Этаж за этажом. Кабинет за кабинетом. Один из них, поворачивается к серому костюму и утверждено кивает головой.

- Это он! Вне всяких сомнений. Сэр, на этот раз, это действительно он!

Серый костюм еще какое-то время смотрит на военного, и в долю секунды, плавным, с легкой ленцой, движением перетекает в другой конец кабинета и оказывается около большого витражного окна. За окном, в палате больного, слышится шум и скрежет.

Чиновник в сером костюме заворожено смотрит в окно, его тело раскачивается из стороны в сторону, в воздухе еле слышно, раздается протяжное «оммуунаоммуннаоммунна».

Хлопок, еще один громкий хлопок и серый костюм сгибается вдвое. Военные подхватывают его и оттаскивают от окна.

Серый костюм с трудом присел в подставленное кресло. Лицо, белое, как мел, а рот только беззвучно закрывается и открывается вновь. Минут через пять, он стал похожим, на себя прежнего. С трудом встал, вытер платком каплю крови из носа.

- Сильный. Очень – его голос был еще хриплым. – Приготовится.

Военные, как по команде, сгрудились возле мониторов. Слова, срывались с их уст, были хлесткие и короткие, напоминали какую-то бессвязную тарабарщину.

Серый костюм наклонился к доктору, рядом в кресле начала постанывать медсестра.

Доктор лишь держится за голову, мычит и издает хрюкающие звуки.

- Когда мать прейдет в себя, ты должен ей, что-нибудь соврать, объяснить. Вы, доктора - тонкие губы серого костюма позволили себе натянуться, стремясь, превратится в улыбку- это умеете.

Доктор, пытаясь встать на ноги, раз за разом, хватается непослушной рукой за спинку стула.

-Это, особо опасная форма чужой жизни. Она поддерживает свое существование, питаясь эмоциями, энергией человека. Колебаниями волн его мозга. Даже такого – в словах серого костюма на секунду проскальзывают эмоции боли и сожаления.- Подавляя и разрушая личность, создает лишь иллюзию жизни, наполняя мозг ложными взрывными эмоциями. Получая весь эмоциональный фон, она высасывает саму жизнь. Потом ищет новую. Снова и снова.

Серый костюм чеканит слова, как будто читает учебник.

- Мы его забираем. – Рука серого опять направлена в сторону окна.

- Пошла критическая фаза, еще немного и ему не выжить. – подал голос военный, не отрываясь, от мониторов.

- Позаботьтесь о матери, доктор.

С треском разбилось витражное окно, замигал и погас свет в кабинетах.

Доктору показалось, что что-то пытается проникнуть в кабинет со стороны палаты больного.

Серый костюм уже стоял спиной к доктору и раздавал указания подчиненным. В бликах от мониторов военных, картина выглядела зловещей. Доктору, почему-то очень стало страшно. Просто до жути.

- Локализовать, настроить сетевую ловушку, еще раз просканировать дополнительные диапазоны частот – голос серого был слышан издалека.

- Обозначить направление движения, стимулировать выход из тела.

В помещении стало очень неуютно. Хотелось стать маленьким и незаметным, и забиться в любую щель. Звук стал каким-то неправильным. Стены и потолок искривились, и воспринимались неестественно враждебно. Какая-то мгла накрыла сознание и мешала просто думать. Господи, что стало с его родным кабинетом?

Проклиная себя за слабость, доктор отгородился от всех перевернутым креслом. Все руки и тело были покрыты крупными каплями пота. Он наткнулся на еще бесчувственное тело медсестры, и недолго думая, ногами подтолкнул его к креслу, укрепляя мнимую оборону. Хотелось выть и выть до одури. Доктор обхватил колени и скрепя зубами раскачивался из стороны в сторону.

- Все начинаем. – Серого было слышно еле-еле.

Ты пришел, мой славный друг. Ну, куда, куда ты меня тянешь. Ты появился, так вовремя. Мама ушла и мне совсем, совсем стало грустно. Ты предлагаешь мне новую игру? Думаешь, я справлюсь? Уверен? А как же ты? Ну конечно, конечно, ты будешь рядом. Будешь веселить, и радовать меня, как прежде. Я помогу тебе.

Рука пятимесячного малыша, находящегося в боксе искусственного поддержания жизни, медленно вырвала иглы капельницы из маленького тельца. Малыш открыл пустые глаза, с трудом перекатился на бочок, и начал ритмично, слабыми ножками выбивать крышку бокса. Ножки не справлялись, движения тела были неуверенными, но он должен был успеть выбраться из этой тюрьмы. Он должен был помочь своему другу.

С треском лопнуло ветровое стекло. На лице малыша растянулась беззубая улыбка. А ручка потянулась к образовавшемуся проему. С той стороны послышался крик доктора. Малыш должен успеть. Должен.

Спрут.

Я снова не нашел, то что искал. После того, как ушел мой Хозяин, я постоянно ищу к нему дорогу. Он обещал мне, что мы снова встретимся. Но я вынужден постоянно искать и пока, мои попытки тщетны. Я все брожу и брожу по лабиринтам мироздания, по тем дорогам, что показывал мне Он. Мне было сказано Им – и будешь метаться ты, Духом Бесплодным, пока не найдешь Дорогу свою. Помни, ты только ключ, а дверь – подобные мне, по образу и подобию. Ищи и найдешь ты свой путь. Мне кажется, ты малыш, и есть та дверь, за которой мы найдем Хозяина. Моего и твоего создателя. Да, нам надо пройти тысячу и одну дорогу, но мы обязательно найдем наш путь. И там за этой Дверью, я найду Его. Ты поможешь мне малыш, сыграть в эту, самую увлекательную игру в мире?