Что может быть хуже…

Вторник, 1 января 2008 г.
Просмотров: 6068
Подписаться на комментарии по RSS
Автор: Вячеслав Ледовский.

 

 

Голос. Мужской, но высокий и резкий, даже чуть визгливый.

Он мог принадлежать астенику. Брюнету с вытянутым, как у лошади, лицом, горящими черными глазами, плешью над высоким лбом. Впалой грудью и выпуклой спиной. Который уже нервничал, но пока еще держал себя в руках. Голос вырвал меня из сладкого забытья. Темной пустоты без сновидений. Это было очень хорошо. Я имею в виду, что мне ничего не снилось.

- Ты кто?

Кто-кто. Человек, задающий подобный вопрос, рисковал. Я мог ответить очень по-разному. От этого зависела его судьба. Моя будущая жизнь. И еще очень-очень многое. Я немного подумал. Решил сначала рассмотреть говорящего. Кто меня за это осудит?

Действительно, чернявый мужчина средних лет. Худой и взвинченный. С лихорадочными покраснениями  кожи на впалых щеках и узком подбородке. Усами а-ля Сальвадор Дали и бородкой-эспаньолкой.

- Здравствуйте, во-первых, - решил не торопиться я.

Собеседник расцвел прямо на глазах. Румянец стал здоровым. Плечи расправились. Грудь выпрямилась. Усы встопорщились кверху. Даже волосы на голове изменили нездоровый сальный оттенок на шелковый блеск.

- Вам того же, - подобревшим голосом отреагировал бородач. Посмотрел на меня, как нищий наследник на умирающего от атипичной пневмонии дядю-миллиардера.

Пауза затягивалась. Мужчина явно ждал от меня ответной реплики. А я подумал, не наговорил ли уже чего лишнего? Слово, оно серебро, а молчание зачастую золото. Еще через несколько минут тишины я решил, что могу с полным правом закрыть глаза и провалиться в бездумную дрему.

Собеседник прочувствовал мое настроение. Его глаза испуганно расширились, и он торопливо повторил. - Вы кто?

Брюнет явно решил не баловать беседу разнообразием реплик.

Покопавшись в многообразии вариантов, я выбрал фразу, которой можно гордиться, и ответил.

- Я это я! - пусть попробует оспорить это утверждение!

- Понимаю, -  не рискнул дискутировать брюнет, и я понял, что он меня побаивается. Это радовало. Как-то спокойнее общаться с людьми, которые тебя опасаются. Согласитесь, гораздо лучше, чем обратная ситуация.

- Но может, вы определитесь все же поточнее?

 Он подобострастно заглянул мне в глаза.

Я задумался над этим предложением. Определенно, определяться не хотелось ни в каких определениях. Мне, по крайней мере. Потому я уточнил:

- А кому это надо?

Согласитесь, если некое действие никому не нужно, его ни к чему и совершать, верно?

- Всем! - Опроверг мою надежду на благополучное разрешение ситуации брюнет.

Я оглянулся. Кроме меня и его, более никого не наблюдалось. Потому я задал следующий логичный вопрос:

- А кому это всем?

Лицо собеседника скривилось. Я знал, что более всего ему хочется ответить фразой типа  - «Здесь вопросы задаю я!». Но он удержался. Я почувствовал, больше всего из-за страха, что я совершу некий нежелательный для него поступок.

- Про всех мы поговорим попозже, - стараясь выглядеть уверенным в себе, ответил бородач. - Сначала самое главное определиться с тем, кто вы!

Мне захотелось сделать этому упрямому человеку приятное. Может, тогда он от меня отстанет. Хотя слово «сначала» не очень воодушевило. Эдак он на выяснении, кто я, не остановится. А кстати, кто я? Прислушался к себе. Действительно, кто же я такой? Меня удивило безразличие, с коим я осознал, что не знаю ответа на этот вопрос. Но стоило ли в этом признаваться? Потому я выбрал тактику встречного наступления.

- А почему я должен вам это объяснять?

Собеседник впал в ступор. Поглядел на меня, как на опасного сумасшедшего. Или как на ребенка, не желающего признавать очевидной вины. Или как муж на жену, которая отказывает в близости в первую законную брачную ночь, утверждая, «что она еще не готова». Но все же нашел объяснение, очевидность которого оспорить было невозможно.

- Потому что кроме меня, здесь больше общаться не с кем!

Вот в этом он был прав. Нас было только двое. И туманная серебристая дымка вокруг. Впрочем, для меня это было неважно.

- Вам что, просто хочется с кем-нибудь поговорить? - участливо спросил я.

- А это мысль! - Засиял брюнет, - если вы не в настроении общаться, то это хороший выход. Да, мне хочется с кем-нибудь поговорить!

Некое отсутствие логики в его словах явно присутствовало. Впрочем, я решил, что меня оно не касается. Пусть сам ищет себе собеседника. Или…

- Ну, так разговаривайте сами с собой! - предложил я и закрыл глаза. Но провалиться обратно в сладкую дрему все же не удалось из-за бубнежа этого приставалы.

- Что же делать-то? - Спросил он угасшим голосом.

- Если он не будет со мной общаться, нам здесь придется без конца крутиться! - Пояснил сам себе.

- Ведь должен хоть какой-нибудь вопрос сработать, а потом одно за другим, и все нормально разовьется, - резюмировал.

- Но сейчас ведь ничего не выходит!  - заявил с отчаянием.

- Может, все ему рассказать, это же не запрещено? - предположил тоном женщины, отказывающейся ради ужина со свекровью от праздника.

- Слушай, заткнись, а?! - Не выдержал я.

Он замолчал. Но стал ходить вокруг меня кругами. Наверное, это могло быть приятным, будь я космическим телом. Если только им по душе спутники на орбитах. Настроение поспать его кружения отбили напрочь.

«Пока я с ним не разберусь, покоя не будет», - осознал я. Вспомнил, что брюнет что-то готов был мне объяснить. Я открыл глаза. Он стоял напротив меня и смотрел с отчаянием, как зажатый в угол кролик на голодного волка.

- Ладно, - сказал я, - излагайте всё. Но ни слова лжи, я её не терплю! Ничего, кроме истины! И на всё про всё вам - не более пяти минут.

Его глаза потемнели, хотя раньше казались такими черными, что далее некуда. Чуть дрожа, решаясь, злея, брюнет глубоко вздохнул. Встопорщил бороденку. Двумя руками завил кверху усики. Вздернул подбородок.

- Мне нужно, чтобы ты ответил, кто ты, - этот ответ не слишком вдохновил. Как и его бесцеремонность. Резкий переход на «ты», а ведь мы друг другу даже не представлены! Хотя соглашусь, в моем случае сложность знакомства заключалась именно в том, что я не знал, как мне назваться. С другой стороны, следовало признать его правдивость. Он действительно от меня добивался только этого. Моего имени. Пока, по крайней мере.

- Послушай, мил человек, - попытался я объяснить, и мой собеседник ответил мне обаятельной улыбкой. Как-то сразу он стал мне симпатичен, и я решил быть полностью откровенным, - я сам, если честно, не помню, кто я. И как я тогда могу ответить на твой вопрос?

- Это не важно, - облегченно ответил он, - ты можешь говорить все, что угодно. Это абсолютно безразлично.

Н-да. Как вам понравится общаться с человеком, которому все равно, что бы вы ему не сказали? Конечно, он был милым и мне нравился, но в его предложение явно было некое замаскированное оскорбление. Как мне показалось, уже не первое в нашей недолгой беседе. Кроме этого, мне почему-то вспомнилось предположение про созидательную или, по крайней мере, обязывающую силу слов. Скажешь чего, а потом за это еще и расплачиваться?! Нет уж, лучше быть предельно честным.

- Я не знаю, кто я. И не собираюсь врать! - Категоричным тоном отрезал я.

- Хорошо, - неожиданно легко согласился он, - тогда где мы находимся?

Я огляделся. Мы словно висели в серебристой дымке. Я и - в полный рост - мой собеседник. А вот своего тела я не видел, хотя подозревал, что в поле зрения должны были попасть мои руки, ноги, нос и все остальное, что полагается мне как личности. Но меня это ничуть не взволновало. Где мы находимся, я тоже не знал. Так и ответил.

- Но почему? - В отчаянии спросил меня брюнет и перешел на «вы», - почему бы вам не предположить хоть чего-нибудь? У вас совсем нет фантазии?

Я прислушался к себе. Фантазии у меня хватало. А вот врать не хотелось. Нехорошо это. Так и сказал.

- Это не будет враньем, - парировал брюнет. - Хорошо, я сам вам скажу, кто вы. Понимаете, вы демиург. Создатель. Все, что вы решите, оно тут же сбудется. Потому что это ваш мир. Предназначенный вам для сотворения.

Его слова меня ничуть не удивили. Видимо, они были правдой. Только принимать эту истину я не хотел. Что-то создавать, это же очень хлопотно. С учетом того, что рождающий сущности потом несет полную за них ответственность. А оно мне надо? Если и без этого покойно и хорошо?

- А пока я не решу, чему быть, значить, ничего и не будет? - переспросил я.

- Да, - просиял собеседник, - наконец-то вы поняли!

- Вы меня толкаете к суперлжи, - строго заметил я. - Это плохо!

- Почему суперлжи?! - Взвился брюнет.

- Потому что если чего нет, называть это нет чем-либо, что есть, вранье, - пояснил я, - а поскольку небывшее станет при этом чем-то, значит, моя ложь изменит его и станет суперложью!

Мой визави в отчаянии опустился … не на пол, а в туман к моим … в общем, в нижний сектор  моего поля зрения. В его глазах мелькнула насторожившая меня надежда.

- А может, вы Будда? - Вкрадчиво спросил он.

- Нет! - Легко избежал я ловушки. - И вообще, больше не пытайтесь меня определить. Никак!

- Но разве вам не хочется стать хоть кем-нибудь? Тем более, что вы можете стать кем угодно? И выстроить свой мир по своему хотению, образу и подобию? Почти…

Почему-то сразу поправился бородач.

Больше всего мне как раз и хотелось вернуться в мир по своему хотению. Сладкое небытие. С другой стороны, я был не против помочь этому господину. Лишь бы он от меня отстал. И при условии, что врать не придется. Кстати, пришло мне в голову - я до сих пор не поинтересовался его статусом. Если я демиург этого мира, то кто он-то такой?

- А вы, собственно, кто такой? И по какому здесь вопросу? - наверное, именно с этого и надо было начинать наш разговор. - Я помню, что вас вроде не создавал. Тогда как вы здесь оказались?

- Я альтер-эго. Вторая сторона божественной эманации. Только не творец, а разрушитель. - Признался брюнет. - Я появился одновременно с вами и должен противостоять вашим усилиям в создаваемом мире. Поскольку развитие, оно вообще возможно только в борьбе противоположностей. А первый вопрос, который нам надо решить, какой мир мы, то есть вы, создаете. Кстати, именно вы сотворили мой теперешний облик. Спасибо, мне кажется, получилось очень удачно.

Бородач обвел вокруг себя изящным движением рук. Похоже, в плане внешности я ему угодил. Мне тоже казалось, что получилось совсем неплохо. Вот его слова мне нравились гораздо меньше. Еще чего не хватало. На меня не только собирались навялить непростую работенку по созданию мира, но сразу пояснили, что потом отстраниться от новодела не удастся. И придется постоянно вкалывать, при этом имея под рукой саботажника. Вредителя. От которого …

- А я могу от тебя избавиться? - Спросил я. Предупредил. - Только не врать!    

 - Нет, - быстро ответил брюнет, ответно перейдя на «ты», - то есть да, поскольку ты демиург и можешь все. Но твое существование неразрывно связано с моим. Если я исчезну, тебя тоже не станет!

Я обдумал проблему со всех сторон. На самом деле, размышлять это очень хлопотное занятие. Небытие гораздо лучше. По крайней мере, там не приходится врать. И нет необходимости нести ответственность. За созданий, которым, скорее всего, придется мучаться в новом мире. Тем более, что там будет и этот тип. По мне, если можно избежать неприятностей, лучше это делать сразу и кардинально. И всегда лучше быть предельно честным. Ложь, она ведь всегда ведет к дополнительным, а значит, излишним усилиям. Счастье, оно в тишине и покое, а лучшая политика это правда. Вот мое кредо. И кто меня за это осудит? Разве что бородач. Больше никого здесь нет. Но его проблема решаема.

- Знаешь, - сказал я, и мой собеседник встрепенулся, - больше всего мне не нравится обманывать. Говорить или даже грезить о существовании несуществующего. Уверен, честное поведение  лучше. Но я все же решусь солгать.

Брюнет расслабился. Посмотрел на меня с надеждой. Он все ещё ничего не понял.

- Я совру, но всего один раз. - продолжил я, и мой собеседник насторожился, протестуя руками, глазами, головой, стал подыматься, но я закончил фразу. - Думаю, что тебя нет!

Я прикрыл глаза, посмотрел из-за прищуренных век. Силуэт бородача поплыл, его очертания размылись в туманное облако, которое через секунду исче…

… Из темной, без ощущений и сновидений, пустоты меня вырвал голос. Мужской, но высокий и резкий. Он мог принадлежать астенику. Брюнету с вытянутым, как у лошади, лицом, горящими черными глазами, плешью над высоким лбом. Он вытягивал меня из сладкого забытья, и мне это очень не нравилось…

Автор: Вячеслав Ледовский.