Чертова рыба

Вторник, 1 января 2008 г.
Просмотров: 3059
Подписаться на комментарии по RSS
Автор: Елизавета Васильева.
 
 
Дом спит. Окна зашторены, двери надежно заперты. Тишина. Время от времени из-за тяжелых туч выползает луна — убедиться, что все в порядке на вверенной ей территории. И снова скрывается за тучами — луне тоже хочется спать. Постепенно горизонт начинает светлеть, открывая взгляду привычный деревенский пейзаж. Светлеют силуэты деревьев — их много растет в ухоженном садике: яблони, сливы, абрикосы, груши и, конечно же, старая раскидистая черешня!
Дом начинает просыпаться. В коридоре слышны тихие голоса.
В одной из комнат — той, что рядом с кухней, — просыпается худенький светловолосый мальчишка. Улыбается, вспоминая только что приснившийся сон. Потом какая-то важная мысль приходит во взъерошенную со сна голову. Зевая во весь рот и протирая на ходу глаза, мальчишка вскакивает с кровати, наспех натягивает штаны, хватает удочку и сложенный с вечера рюкзак. Заглядывает в кухню, берет со стола приготовленные мамой бутерброды и мчится на берег. На берегу его уже ждут. День обещает быть замечательным.
 
…Опять эта чертова рыба!
Она повсюду, она преследует меня в моем собственном доме!
Стаи, косяки, тучи рыб, рыбешек, рыбищ плавно машут хвостами с облицованных плиткой стен ванной комнаты. Деревянные, глиняные, бумажные рыбины разных форм и размеров заполонили мое жилье, их тупые лупоглазые морды таращатся на меня с разбросанных по всему дому старых пожелтевших книг и дурацких журналов про рыбалку… Взгляд повсюду натыкается на одно и то же. Рыба, рыба, рыба. Иногда мне кажется, что у меня растут плавники. В голове. И что они шевелятся там время от времени.
Но что хуже всего — меня заставляют каждый день, без выходных, на завтрак, обед и ужин жрать эту дрянь! Меня мутит от одного только вида этой гадости на моей тарелке… Я съедаю один-единственный крошечный кусочек, но мерзкий привкус еще долго раздражает мое нёбо. Его невозможно перебить ни фруктами, ни мясом, ни даже моим любимым яблочным пирогом… Я так и хожу весь день с этим отвратительным вкусом во рту: от завтрака к обеду, от обеда к ужину.
О, как же я завидую тогда Старому Психу! Старик единственный из всех нас избавлен от необходимости запихивать в себя эту падаль. При всем при этом он совсем не ценит своего счастья.
Честное слово, я бы дорого заплатил, чтобы иметь возможность поменяться с ним местами, хотя узнай об этом кто-нибудь чужой, я бы давно уже отдыхал в психушке… С пометкой в истории болезни: "склонен к суициду".
Забота правительства о здоровье граждан не знает границ!
Ха! Узнай они, что Старый Псих с момента прибытия вообще не пробовал рыбы, вот бы они забегали, заметались, как муравьи у разоренного муравейника. Вот интересно, подняли бы они шум вокруг нашей сумасшедшей семейки, или все произошло бы строго конфиденциально? Бесшумные тени в черных масках, закрытый фургон, повязка на глаза… Как в кино. Лично я бы давно сдал Старого Психа в ближайший дом скорби. Или еще лучше — на опыты!
Да, я бы так и сделал, будь на то моя воля. Я избавился бы от старика, хоть он и приходится мне родным дедом, а заодно и от многих проблем, например, от этих дурацких рыб, которые меня бесят! Но заикнись я об этом отцу… Ладно, не будем о грустном... Он скорее меня самого запихнет в лечебницу.
И все-таки… Все-таки я завидую этому старому дураку, который только и знает, что целыми днями малевать, лепить, вырезать своих обожаемых акул и китов и пялиться подслеповатыми глазками в свои вонючие, пыльные книжки.
Когда-то, когда я был еще совсем сопливый, я любил слушать эти глупые рассказы. Раскрыв рот и боясь пропустить хоть слово, я слушал глуховатый дедов голос, разглядывал красочные картинки и представлял: вот стремительно проносятся таинственные тени в мрачной морской глубине; вот сверкает на солнце скользкая чешуя, когда большая рыбина вдруг выскакивает из воды и с громким всплеском шлепается назад.
Да, когда-то я это любил. А потом смертельной ненавистью возненавидел все, что хоть каким-то образом связано с рыбой. Потому что в один прекрасный день узнал: если я не буду съедать перед каждым приемом пищи 20 граммов рыбы, я очень скоро сдохну. В мучениях. Так, как это произошло с мамой... Я узнал это, когда однажды отказался жрать осточертевшую рыбу. Отец тогда был очень серьезен, и я поверил ему. Ну, отец тоже сдохнет, никуда не денется...
А вот Старый Псих будет жить. Долго. И, вероятно, счастливо. Потому что ему для счастья не нужны мы, ему нужны его тупые рыбы. Вот так. Мы все сдохнем, а он будет жить. Несправедливо, правда? И все это только потому, что моя родина — Америка, а его — Земля.
 
…Малыш сегодня снова слишком нервный, агрессивный. Тяжело с ним, ничего не скажешь. Что, снова вести его к психологу? Или надеяться, что само собой пройдет? В прошлый раз они сказали, мол, у него сложный период, половое созревание и тому подобное. К тому же он еще не полностью оправился от стресса, вызванного смертью матери.
Да, это правда, прошло еще слишком мало времени… Пять лет — не срок. Я все-таки смог смириться и принять, но я — взрослый мужчина, а он… Он пока еще глупый, испуганный мальчишка. Когда Она умерла, я тоже испугался. Испугался свалившейся на меня ответственности, потому что не знал, как мне теперь растить нашего ребенка в одиночку. Отец мне не помощник. Он давным-давно с головой ушел в прошлое, в понятный ему одному мир.
Что ни говори, но это именно он не прижился на этой планете. Он, а не мы.
Да, теперь уже общеизвестно, что нам не жить, если мы перестанем получать необходимое количество веществ, которые содержатся в рыбе, и только в рыбе. От этого никуда не деться, но, с другой стороны, нет никаких оснований предполагать, что когда-нибудь это произойдет. Вот уже много лет, несмотря  ни на что, нам исправно поставляют рыбу. А пока нам поставляют рыбу — мы живы. Мы живы и будем жить дальше, пускай даже ценой немногих человеческих жизней…
А вот он… Забавно получается: мы изо всех сил цепляемся за жизнь, мы стремимся продолжать свой род здесь, на этой планете, хоть она и преподнесла нам неприятный сюрприз (и, возможно, далеко не последний), а мой отец предпочел бы умереть, да все никак не умрет…
Почему-то общее для всех нас правило: "Рыба — это жизнь" к нему не имеет никакого отношения. Он не ел рыбы с тех самых пор, как поселился здесь. А физически он будет покрепче любого из нас, хотя ему пошел восьмой десяток. Может, это потому, что он родился и вырос на Земле?
Я знаю, о чем он грезит днем и ночью: он мечтает отправиться в рейс. Он бы отдал все, что дорого его сердцу, без сожаления бросил все, что держит его здесь, на Америке, — только бы его взяли в рейс.
Поэтому все считают его психом.
И впрямь, какой здравомыслящий человек вызовется добровольцем в рыболовецкий рейс?! Любая мать пожертвовала бы чем угодно, чтобы моего отца взяли в рейс вместо ее сына… Но туда берут только молодых, крепких мужчин, да и то лишь после тщательного отбора. Слишком опасное это дело — рыбная ловля.
После того, как Голубая планета скрылась под темными водами Земного океана и окончательно стала голубой, на поверхности остались несколько высочайших горных вершин. Они-то и принесли нам спасение.
Через сорок с лишним лет после Происшествия и переселения людей на новую родину, когда родилось уже второе поколение американ, внезапно возросла смертность среди детей. Да и их молодые родители мерли, как мухи. Малышу в то время было всего десять лет. Он выжил. И я остался жить. Но Ее я тогда потерял… Не дай Бог кому-нибудь такой смерти. Нам до сих пор так и не объяснили толком, в чем дело. То ли поменялся химический состав воздуха, то ли почвы, то ли еще чего… Как, впрочем, и не объяснили, что же все-таки произошло во время Происшествия, и почему за несколько лет до погружения Земли в Океан начались секретные исследования на недавно открытой планете, по своим основным характеристикам схожей с Землей, и на нее, эту планету, названную в честь страны-первооткрывателя Америкой, спешно вывезли пятьдесят миллионов землян…
Долгое время ученые ничего не могли поделать с эпидемией. А потом как-то заметили, что состояние здоровья больных, в рационе которых предусмотрено хотя бы небольшое количество рыбы, заметно улучшается. И тогда на всепланетном уровне приняли решение: срочно наладить массовое потребление рыбы населением планеты. Принять-то приняли, но возникло довольно существенное препятствие — рыба на Америке не водилась. Никакая. И с большими трудностями доставленные с Земли экземпляры для развода тоже не приживались, несмотря на все усилия. Смешно, правда? ­­ — Ни один урожденный американин в жизни не видел живой рыбы, а ведь мы потребляем ее тоннами…
Так что правительству пришлось принять новое решение: посылать регулярные экспедиции на Землю, чтобы обустроить на редких участках суши рыболовецкие базы и заняться добычей жизненно важного для нас сырья. С тех самых пор матери молодых американ с ужасом и болезненной надеждой ожидают ежегодного отбора кандидатов в рыбаки. Лучшая наша молодежь с неотвратимо четкой периодичностью уходит в рейсы. И вовсе не межпланетный перелет страшит тех, кто ждет своих родных, — тут-то у нас все под контролем, наша космическая индустрия достигла огромных результатов, спасибо нашему правительству.
Но кто знает, какие чудища поджидают нас в глубинах Земного океана теперь, после Происшествия? Это уже давно не те селедки, скумбрии или даже акулы, которые отныне живут лишь в памяти моего отца и подобных ему обломков прошлого. На базах случается всякое. Наверное, поэтому никто так и не знает точно, что же именно там случается… Конечно, потом семьи погибших гарантированно получают от правительства баснословные суммы в качестве компенсации и торжественные клятвы вечно помнить отдавших жизнь во имя человечества.
Страшно признаться даже себе, но порою я рад, что мой сын не вполне нормален — психов не берут на рыбную ловлю.
А потом меня бросает в холодный пот, когда я думаю о том дне, когда я по не смогу больше контролировать его, и он перестанет есть рыбу… Я отчетливо понимаю — мой сын сделает это при первой же представившейся возможности. Он — сможет. Я бы не смог.
Хотя время от времени у меня тоже возникает страстное желание на некоторое время приостановить прием "лекарства". Нет-нет, я вовсе не хочу умереть! У меня нет и никогда не было суицидальных наклонностей. Хотя, пожалуй, некоторые в моей ситуации не выдержали бы — прожить жизнь, когда рядом одни сумасшедшие…
Нет, я бы сделал это из чисто научного интереса. Я долго размышлял над тем, почему мой отец не ест рыбу и нормально себя чувствует. Если все дело в том, что он — выходец с Земли, то это может означать лишь одно — у меня тоже есть шанс! Ведь я был зачат на Земле, а родился во время перелета. Прямо в космосе. Хотя в моем паспорте в графе "планетное подданство" четко стоит: американин.
Сколько я смог бы продержаться? Месяц, два? Год? Вообще обойтись без рыбы? Но нет, я никогда не рискну. Не рискну, потому что на моих руках два психически неуравновешенных человека, один из которых мой отец, а другой — мой сын. Я каждый день, перед каждым приемом пищи буду есть положенное количество рыбы, как предписывает Инструкция Министерства охраны жизни и здоровья граждан Америки. Я буду следить, чтобы мой сын чувствовал себя хорошо и не обижал моего отца, и время от времени покупать раритетные книги с Земли о жизни акул.
А потом я уйду добровольцем в рейс. На рыбную ловлю. С удочкой.
 
…Дом спит. Окна зашторены, двери надежно заперты. Тишина. Время от времени из-за тяжелых туч выползает луна — убедиться, что все в порядке на вверенной ей территории. И снова скрывается за тучами — луне тоже хочется спать. Постепенно горизонт начинает светлеть, открывая взгляду привычный деревенский пейзаж. 
Дом спит. Сонными коридорами бродят молчаливые утренние сны.
В одной из комнат — той, что рядом с кухней, — спит на узкой кровати худой седобородый старик. Он улыбается во сне. Старику снится светловолосый мальчишка с удочкой.
Потом он просыпается, смотрит в потолок, все еще улыбаясь своему сну. Кряхтя, поворачивается на правый бок и натыкается на что-то твердое. Пошарив в кровати, старик достает книгу. На обложке изображена большая рыба и старый рыбак в лодке: Э.Хемингуэй "Старик и море". Аккуратно положив книгу на тумбочку у кровати, старик берет в руки обточенный деревянный чурбачок. Сегодня это будет кит — большой и сильный. Старик улыбается. День обещает быть замечательным.
 
Автор: Елизавета Васильева.