А небо у нас нежно-розовое лазурное...

Вторник, 1 января 2008 г.
Просмотров: 3161
Подписаться на комментарии по RSS
 
 
Такси неслось по длинному тоннелю с редкими фонарями, излучавшими тусклый красно-розовый свет. Смотреть на него в неизвестно уже который раз не хотелось, я предпочла дремать на заднем сидении. Раз, когда встряхнуло не то на попавшейся под колёса неровности, не то на резком повороте, открыла глаза и попыталась мельком оценить обстановку: скоро ещё?
Шофёр, не отрываясь от дороги и своих дум, мысленно поддакнул: «Скоро. И не удивляйся, пожалуйста, если тебе не уделят много внимания: у нас сейчас такая заварушка, что…» На этом глаза мои закрылись, и я снова оказалась в окраинных владениях Морфея.
Но вот машина остановилась, любезно предоставив своей пассажирке ткнуться лбом в подголовник сиденья, находящегося перед ней. Морфей сбежал, a я распрощалась с водителем и вышла.
Нежно-розовое лазурное небо (именно такое! И не надо спорить – мне лучше знать, какого цвета у нас небо!), старинная постройка белого мрамора со ступеньками на террасу – как давно я здесь не была… и не вспомнить… ах, да – тогда меня в срочном порядке вызвали на поверку. Пришлось бросить весьма милую добрую старушку в последний момент её жизни… как бабушку звали-то?.. Точно! Гертруда Станиславовна. Нет, ну не память у меня стала, а решето! С таким с трудом вспоминаю прошлое, что… На пенсию мне пора, вот что! Кстати, может сегодня позвали как раз за этим? Или не за этим? Водителя, что ли спросить… Ни фига – он уже, оказывается, уехал! Ладно, хватит тебе рассуждать, дорогая, иди-ка к Главному да спроси напрямик!
В штабе был переполох: все носились по коридорам, потные, взъерошенные – на моей памяти такого ещё и не случалось. Увертываясь от встречных, при этом получая пинки от налетавших сзади, я добралась до Центра, постучала и вошла. Главный с кем-то болтал по телефону, увидев меня, кивнул и показал глазами на стул. Пока он калякал, осмотрелась: кабинет - нет, не изменился. И сам Главный всё такой же – резкий и моложавый. Всё, похоже, договорился: теперь, значит, со мной будет беседовать.
- Ну что, вляпалась? – резюмировал он сочувственно.
- А в чём дело-то? – осторожно поинтересовалась я.
- А в том, милая девушка, что надо было лучше охранять данное тебе тело – молодое и красивое.
- Разве её не спасли?! Вроде она не собиралась умирать...
- Человек предполагает, а Бог располагает. В канцелярии решили, что нечего самоубийству потворствовать – сама решила, сама пусть и отвечает. Так что, дорогая, забрали твою Алину, лежит она в данный момент в приёмной и ждёт распределения на кладбище.
- Так я – что: опять, значит, без тела?
- Вот то-то, что опять. И даже не знаю, что тебе предложить: на текущий момент все тела разобраны, ожидающих – куча мала: видала, что в коридорах творится?
- Ну, видала, прям пчелы в улье.
- Вот-вот! А всё потому, что на Земле – кризис, люди боятся, что не смогут прокормить детей, рождаемость резко упала, вам, душам, тел и не хватает.
- Так, может, мне – того? На пенсию?
- Ха! На пенсию! Тоже мне - старушка нашлась! Иди в столовую, подкрепляйся там и жди – авось подберем тебе место быстро.
- Ясно… - Обречённо вздохнув, я вышла из Центра и направилась в столовку.
Там было шумно: парни и девушки, - такие же неприкаянные души, - сидели за столиками, что-то ели, пили и галдели, обсуждая последние новости.
Я взяла кислородный коктейль и нашла себе местечко в уголке потише. То и дело по радио называли чьё-то имя, и объявленный покидал помещение. На его место приходил другой.
- Корнелия Сирелина! – услышала я своё имя. – Ваше направление готово!
Ну всё, отдохнула, значит. Поднявшись, с сожалением посмотрела на недопитый коктейль и отправилась в Душевую – так мы окрестили отдел кадров для духов. Взяла назначение и пошла в пункт отправления. Там уже стояло такси. Через четверть часа меня вышвырнули из тоннеля на Землю прямиком в чьё-то тело. Пока осматривалась и устраивалась удобнее, оно начало подавать признаки жизни и голос. А я с ужасом обнаружила, что нахожусь в мужском теле.
Память мгновенно услужила ярким образом последнего обитания в таковом, когда мне, тогда ещё совсем юной крошке с тонкой нервной системой приходилось выслушивать вечные ругань и матюки Дона Николаса Бульвареса и постоянно вдыхать пары далеко не первосортного алкоголя вперемешку с перегаром. Помнится, меня постоянно тошнило от тех миазмов. На плановом обследовании, когда пожаловалась на дрянное самочувствие, наши умники предположили беременность. Пардон за интим – я была в те времена совершенно невинна, аки овечка! Это потом, через пару веков, когда мне дали наконец долгожданный первый отпуск, лишь тогда я познакомилась и влюбилась в одного симпатичного духа и вышла за него.
Муж мой – просто душка: по ночам, пока наши подопечные сопят и храпят, мы с ним встречаемся в кафе Душевное, где нас всегда ожидает ужин при свечах под классическую музыку. Потом мы гуляем под луной и занимаемся ментальным сексом. Вы не знаете, что такое ментальный секс?! Да об этом знает каждая душа! Это такое! Это такое… ммм… такое…
 
Тут я вспомнила, что нахожусь в мужском теле. Хотела заорать «Караул», но сообразила, что меня никто не услышит: во-первых, далеко, а во-вторых, все там такие занятые, что просто не обратят внимания: скажут, пристроили тебя? – пристроили. Вот и сиди, куда посадили, и не рыпайся. Вздохнув, выглянула наружу и оглядела свою нынешнюю оболочку: а он – ничего себе так, красавчег вполне: круглолицый, лопоухий немного, если волосы отрастит - на эльфа похож будет. Рубашечка клетчатая на все пуговки застёгнута – аккуратист. Ладно, буду с ним уживаться.
 
В это время моя телесная оболочка вздрогнула и села. Так, сейчас вспоминать начнёт – вспомнит, что было раньше девушкой, бросившейся под машину. Нет, такое не годится: шок будет – мама не горюй! Что ещё? Старушка, «ушла из жизни естественным путём в связи со старостью». Это мне, пока к тоннелю перемещалась, удалось запись в медицинском журнале краем глаза ухватить. Ой, нет – ну вы только подумайте! Значит, бабуля ещё жива была, а они её в журнале оприходовали заранее?! Сволочи! Мдя… Нет, старушка тоже не подойдёт. А, собственно, чего я волнуюсь? Вполне интересно, пусть знает, с кем работала его душа. Кроме того, у взрослого мужика свои воспоминания имеются. Хотя, если его прежняя душа сбежала, он может ничего и не помнить. А та – хороша: с первой же трудностью столкнулась - и тююю – слиняла! Паршивка! Вот, Бог даст, найду её – отлуплю!
- И вовсе не слиняла… - раздался вдруг мальчишеский голос.
- Э… ? И чей это голосок тонкий в ухо мне шепчет? –удивилась я несказанно.
- Я – душа! – пояснил голос. – То есть дух. Я испугался, когда он упал, и тоже свалился – в пятки. А потом потерял сознание. Кстати, не могла бы ты немного подвинуться? Хочется переместиться поближе к своему законному месту.
- Та-ак... – Пришлось немного сжаться, пропуская незадачливого мальчугана на его родную территорию. – А мне что теперь делать?
- Не знаю, я ещё неопытный – первый раз живу.
Я задумалась: две души одновременно – такого ещё на моей памяти не было. Хотя существует мнение, что у людей не одна душа, а несколько, но во всей моей многовековой практике такого не встречалось. Надо, наверное, возвращаться к родным пенатам, оставив на месте законного владельца тела. Может, с Центром по ментальной связи связаться? Авось чего подскажут дельного.
Но Центру было не до меня.
Тем временем парень совсем очнулся и стал звонить куда-то по мобильнику, при падении, к счастью, уцелевшему. Люди – чудаки: не хотят пользоваться простой ментальной связью, а изобретают всякие механизмы для этой цели. Те время от времени ломаются, и люди тратят деньги на покупку новых. Ну бог с ними, людьми: чем бы дитё не тешилось, лишь бы не плакало.
Так вот: начал он по мобиле рассказывать, что ничего страшного не случилось, просто у него голова закружилась, он упал и сознание потерял. И начал про Оксаночку какую-то спрашивать: как она, не плачет ли, покушала ли и пусть она ждёт папу – он скоро приедет.
- О ком это он? – спросила я.
- Дочка у него недавно родилась, болеет сейчас, плачет и днём, и ночью, типа первый зубик прорезывается, вот он и волнуется, – пояснил дух, - потому и упал, что от недосыпания голова закружилась.
- Легко с ним? Не обижает тебя?
- Не-е-е, что ты: он добрый. Сказку вот пишет для дочки.
- Что за сказка?
- Фэнтези... Главная героиня - девочка-колдунья. С нежитью никак расправиться не может – ни сама, ни помощники её: уже больше года воюют да сражаются, а вурдалаки с навьями всё прут да прут откуда-то…
- Понятно... Хорошо, когда подопечный добрый, - работать с ним легко.
- Ну, вообще бывает иногда – заводится. Но так редко, что и не помню уже из-за чего.
- Как же так – не помнишь? – пожурила я малыша. – Это ведь твоя работа – запоминать его жизнь.
- Может, потом вспомню?
- Это вряд ли. Но на будущее – старайся всё получше запоминать. Работать надо хорошо.
Мне стало даже немного смешно от своего поучительного тона: вспомнилось, как несколько веков назад, будучи в таком же возрасте, никак не могла запомнить, куда моя подопечная разбрасывает чулки да башмаки: у маленькой баронессы шкалило чувство юмора, и она забавлялась тем, что прятала от всех свои одежды, причём часто так, что сама не могла вспомнить, куда, а у меня просто голова шла кругом от этих пряток.
Засигналила менталка, подключая меня к Центру.
- Привет, Корни, - поздоровался Главный, - у нас одно тельце намечается. Двигай к тоннелю – оттуда перенаправим.
- Ну слава Богу! – вздохнула я и, попрощавшись с молоденьким духом, отправилась к месту назначения.
Не прошло и получаса, как меня впихнули в чьё-то тесное тело. Повозившись, устроилась и выглянула посмотреть:
- Шерсть! Да ещё и рыжая! Шуба, что ли? А что там, интересно, у меня под хвостом?! Что?! Под хвостом?! Батюшки-светы! Я стала душой дворняжки!
Вот чего не люблю – так это находиться в собачьей шкуре: как правило, этих особ мне подкидывают самых трудновоспитуемых.
- Надеюсь, это тело тебе послужит подольше, - услышала я по менталке весёлый голос Главного. Не успела набрать побольше воздуха, чтобы выругаться, как он, хихикнув, отключился.
Что ж, логичное продолжение моих мытарств.
Боже, какое глупое создание – этот пёс! Даром, что большая часть жизни уже прожита.
- Ну - куда? Куда ты несёшься?!
- Рррры!
- Какое – рррры! Я тебя спрашиваю! Ты что, не видишь - тебе красный, машины в обе стороны сплошным потоком едут?
- Рррявк!
- Правильно сделал Центр, что отозвал твою предыдущую душу на пенсию – с таким подопечным ей давно нужен курс реабилитации у психологов. А потом в санаториях пусть отдыхает, мемуары пишет.
- Ррр-гавк!
- Ну почему, почему ты постоянно всё делаешь по-своему! Почему не признать опыта доставшейся тебе души!
- Ррр-ав-ав-ав!
Тем временем стало ясно, что моя псина через несколько секунд спровоцирует очередную аварию, а в машине, которая разобьётся, находятся трое детей.
- Ну – всё! Несколько аварий из-за тебя уже случилось, людей облаиваешь и кусаешь ни за что, ни про что – мне это надоело!
Взбунтовавшись, я самолично покинула тело прямо на обочине дороги. Со стороны это, вероятно, выглядело типа сердечного приступа у пса или апоплексического удара.
Вообще такое не приветствуется. Но уж больно детей жалко. Ну и что? Явлюсь с повинной, ну – накажут, переживу как-нибудь.
- Корнелия Сирелина! – раздалось по менталке.
Ну конечно, в Центре уже известно.
- Я!
-Немедленно явиться в штаб!
- Есть!
Ага-ага, сейчас явимся. И ещё поспорим, кто прав!
Главный выглядит прекрасно, как всегда. Ну как же: спортсмен, комсомолец! Ой... тьфу ты… перепутала: это у людей когда-то имелся комсомол, а у нас, душ, такого, конечно, не было и нет.
- Ну, Корни, что на этот раз?
- Сбежала!
- Да знаю я, но почему?! Ты же знаешь, что этого нельзя делать без согласования с Центром!
- А что – надо было смотреть, как гибнут невинные дети, и ничего не делать?!
- Ты должна была курировать свою оболочку и направлять, куда положено!
- А если она неуправляема?
- Неуправляемых не бывает! Сиди теперь на гауптвахте и заново учи психологию живых существ! Через неделю сдашь зачёт!
Вот так… Ничего, пробьёмся…
Отсиживаю наказание и честно перелистываю учебники. Кстати, а ведь была у меня когда-то весьма милая, ласковая спаниелька, не чета этому псу. Мы с подопечной любили ходить на охоту за утками, пока она не состарилась и не настало время расстаться. Приятные воспоминания. Всё лучше, чем смотреть, что глупая шавка на Земле вытворяла.
Уррааа! Зачёт сдала, новую оболочку получила – да какую! Меня вселили в новорожденного ребёночка, девочку. Я такая радая! Наконец досталось человеческое тело и с самого его рождения! На моих глазах растёт человечек! Вот уже и школу закончила, в литературный поступила. Начну-ка ей из своих предыдущих жизней истории нашёптывать, пускай записывает в свою тетрадку. А вот у нас и компьютер появился, и дело быстрее пошло. А что – неплохой роман получился! Ох ты - его даже издали приличным тиражом! А вот ещё один романчик! И ещё парочка! Как хорошо жить!
- Корни, ты не заметила, что уже почти сто лет не расстаёшься с этим телом?
- И что?
- Пора!
Ну, Главный… ну как всегда – не вовремя… Всё испортил…
- Когда?..
- …
Всё. Пять минут назад моя девочка ушла из жизни.
Мчусь на такси к знакомой старинной постройке белого мрамора со ступеньками на террасу – как давно я здесь не была… и не вспомнить… кажется, мне тогда пришлось учить психологию... сидя на гауптвахте…
Наконец Главный порадовал отпуском! К его завершению в Душевой подберут для меня оболочку – и я снова выйду на работу: курировать чьё-то тело и стараться направлять его на совершение добрых поступков.
А пока можно целыми днями наслаждаться цветущим садом во дворе родового замка и пением птиц, облюбовавших во-он те высокие кусты с крупными сиреневыми цветами. По вечерам буду готовить ужин и, поджидая с работы мужа, - мою душу, моего суженого, записывать свои воспоминания...
А небо у нас нежно-розовое лазурное...